Смуглый парень распластался на земле а Витя смотрел на Евгения Георгиевича заплаканными глазами.
- Давай, кончай реветь, отведу тебя домой. - Сказал он мальчику, который, то и дело, оглядывался на лежавшего цыгана.
- Я вас видел, - неожиданно сказал он, - в своих снах, но снах очень реалистичных.
-Сны - вообще загадочная вещь, но давай это обсудим не здесь, пойдём.
*****
-Ну что, необходимо вернуть каждого на своё место, - сказал Евгений Георгиевич. - Джеф, ты, к сожалению, исчезнешь...
-Нет... Я все готов сделать, я не хочу исчезать...
-К сожалению, это невозможно, но твой оригинал продолжит существование в этой реальности. - Евгений Георгиевич нахмурился. - Рита, ты готова?
-Да, но есть одно... пожелание. Я хочу вернуться в 1998 год... Совсем ненадолго... Для меня это важно.
-А как же вы? - Вдруг спросила я, вспомнив, что он тоже оказался в той реальности случайно. Или не случайно...
-А я... Я вернусь в своё время в этом мире, как и ты
Я взяла прибор, поймала волну - лето, щебечут птицы, веселые голоса детей, и такие знакомые, родные, среди всего этого многообразия звуков, льющихся из радиоприемника.
...Мне было восемь, и каждый год мне казался таким длинным, а дни тянулись неимоверно долго. Помню те сидения, жёсткие деревянные, отголосок советских времён. Это было лето, июль или август. Мать не очень хотела идти на этот фильм, но я уговорила её. Такой беззаботный летний день, казалось, что всё впереди и каждое мгновение было чем- то ярким и запоминающимся. Так необычно было снова увидеть это, но со стороны прохожего. Я зашла в кинотеатр, по привычке достала свою банковскую карту, но, увидев удивлённое лицо кассира, тут же убрала ее назад, выгребая завалявшуюся в кошельке мелочь. Вот она и пригодилась. Разместившись на последнем ряду, я наблюдала за теми двумя людьми, сидевшими на два ряда ниже. Фильм закончился, титры. Я последовала за ними к выходу, неожиданно девочка обернулась и я уже собиралась отдать ту записку, приготовленную заранее, но вовремя передумала. Я много лет помнила эту встречу, помнила ту светловолосую женщину, и много лет не могла понять, почему она хотела что то мне дать, похожее на сложенный в три четверти листок тетрадей бумаги, и почему не сделала этого, лишь несколько лет назад я увидела её... В зеркальном отражении.
Пора возвращаться... Снова ловлю волну, уже в последний раз, больше - никаких перемещений. Я иду по шумной улице, в руках - кофе из "Старбакса". Вдруг кто-то задевает мою руку, кофе расплёскивается на белую блузку.
- Извините... - Смущённо говорит мне мужчина, вытаскивая из кармана упаковку влажных салфеток.
Его лицо... До боли знакомое... Деловой костюм, галстук, подтянутая фигура, часы. Витя... Ошибиться невозможно, этот голос я ни с чем не спутаю...
- Мы знакомы? - Спрашивает он меня, заметив пристальный взгляд.
- Нет, извините... - Я отошла на несколько шагов, но что - то заставило меня обернуться. Он сделал то же самое.
- Мне кажется, я вас где то видел.
- Нет, вы ошиблись, мы незнакомы. - Сказала я и растворилась в толпе, спешащей куда - то. Вагон метро, стук колес, глаза закрываются, засыпаю.
Поезд резко тормозит, я вздрагиваю и просыпаюсь: врачи суетятся вокруг меня, и, заметив, что я пришла в сознание, наклоняются к моему лицу.
- Вы помните свое имя, знаете, где вы?
- Маргарита... Что произошло... Почему я здесь... Петля снова замкнулась... Они переглядываются, перекладывают меня на носилки и погружают в карету скорой помощи, переговариваясь о том, что у меня явно произошло сотрясение. Неужели я так и лежала все это время на земле и произошедшее не более, чем последствия травмы? Эти мысли не дают мне покоя, слишком реалистично было видение.
Карета скорой помощи проезжает мимо торговых рядов... Я вижу его... Того пожилого мужчину... Евгения Георгиевича... Наши взгляды каким - то образом на долю секунды встретились... Нет, это слишком невозможно, чтобы быть правдой. Пробка. Я оглянулась на торговые ряды. Место, где я видела его только что, было пустым.
Запустив руку в карман в надежде найти там носовой платок я нащупала клочок бумаги. Развернув его, я прочитала всего лишь одно предложение, написанное мной перед перемещением в 1999 год: "Не бери этот прибор в руки".
Начало истории
