Рыжая-бесстыжая, эта фраза преследовала меня с детского сада. Рыжая-бесстыжая, дразнились мальчишки и в школе. Мне было не очень понятно, что со мной не так, но от этого не менее обидно. «Ты не рыжая, а золотая, - каждый раз повторяла мне бабушка. - Так всем и скажи». Я молчала, плакала и молчала. Но в очередной раз, не выдержав дразнилок, выкрикнула обидчикам в лицо: «Я не рыжая, я - золотая». И мальчишки осеклись. На этот случай у них ничего заготовлено не было. С тех пор что-то переменилось, я могла ответить, а могла промолчать, я-то знала, кто я. А еще у меня была замечательная книга Лидии Будогоской «Повесть о рыжей девочке». Автобиографическая книга о гимназистке. И ее, оказывается, тоже дразнили! И ее бабушка говорила: «Плюнь, дураки смеются. Вот в Париже женщины вылезают на крыши и нарочно сидят на солнце с распущенными волосами, чтобы порыжеть. Это считается красивым». Объединенных усилий двух бабушек: настоящей и литературной, вполне хватило, чтоб перевесить любых дразниль