Посмотрев на часы, Темир скомандовал:
— Пора!
Они снова сели в машину, но теперь Егор перебрался на заднее сиденье.
Свадебную процессию они заметили еще на подъезде к селу Зухры. Ребята двигались сверху, со стороны гор, а процессия — снизу, с шоссе, поэтому им было все видно как на ладони. Диковинной разноцветной гусеницей кавалькада разнаряженных машин, отчаянно сигналя, вползла в сельскую улочку.
— Богатый поезд! — сказал Темир. — На всех капотах ковры! Не поскупились.
Дело в том, что коврики, которыми застилают капоты, после свадьбы не возвращаются родителям жениха, а переходят в собственность владельцев машин.
— Надо поближе подобраться, чтобы не упустить момент — сказал Темир и направил уазик вниз, к селению.
Они въехали в ту же улицу, где стоял кортеж, но с другого, верхнего конца. Тут росло раскидистое дерево, на котором еще держалась желто-бурая осенняя листва. Под его прикрытием они и остановились.
Впрочем, там, внизу, было не до них. Ночью прошел дождь, а так как время было совсем не летнее, скорее предзимье, то просыхало плохо. На той стороне, где стоял дом невесты, слева от ребят, образовалось целое болотце. Процессия остановилась на другой, более сухой и чистой стороне улицы. Народ высыпал из машин, но держался в основном там же, справа, где было почище. Прямо сюда им подносили из двора выпивку и закуску.
— По-походному. Даже во двор не заходят. Спешат, — прокомментировал Темир.
Тем временем между домом и процессией, прямо в грязь, которую присыпали песком, положили большой ковер, чтобы невеста смогла пройти к машине, не запачкав туфелек.
На крыльце показалась молодая женщина. Она сказала что-то представительному мужчине, который, по-видимому, был в процессии главным. Тот кивнул, подошел к головной машине и вернулся с чем-то белым в руках — вроде платка или покрывала.
— Ау джаулукъ, — произнес Темир.
— Что, не понял? — переспросил Егор.
— Вот эта женщина, — объяснил Темир, — это старшая подруга невесты. А мужчина — кюеу дженгер, не знаю, как он у вас называется, ну, который всем распоряжается?
— Шафер?
— Ну, наверное. Сейчас подруга сказала ему, что невеста уже наряжена и готова ехать, но, чтобы выйти, ей надо закрыть лицо. Для этого на голову набрасывается специальный белый платок — ау джаулукъ. Теперь шафер должен пойти в дом и набросить на нее этот платок. И подарить обручальное кольцо.
— А кольцо — это разве не жених должен? Где вообще жених?
— Сейчас по-разному уже делают, но раньше жених в такой процессии не участвовал. И тут я его не вижу. Видно, стараются показать верность обычаям.
Шафер с платком скрылся в доме невесты. Следом за ним туда же прошел мальчик-подросток, наряженный в белую черкеску с газырями, большую белую кудрявую папаху и с кинжалом на боку в посеребренных ножнах.
Это был младший брат жениха. И сегодня этому мальчишке лет двенадцати предстояло исполнить очень почетную и красивую роль: вывести невесту из родительского дома. Он должен был подойти к невесте, наряженной в национальный костюм и стоящей на специальной циновке, и, в соответствии с обычаем, произнести: «Келиним, джанаым, огъур аякъ бла атландырайым» — что означает «Невеста, душа моя, сопровожу тебя в добрый путь».
Мальчишке впервые доверялось такое важное дело, и он несколько дней репетировал, заучивая наизусть ключевую фразу, чтобы невзначай не сбиться от волнения.
Егор увидел, что в процессии произошло какое-то движение. Вперед вышла женщина с гармошкой, и под ее аккорды все громко запели:
— Орайда, райда, орайда, райда!
— Что это значит? — спросил Егор.
— Это значит, что нам пора! Приветственная песня невесте! — ответил Темир. Он воткнул передачу и снялся с ручника. На выжатом сцеплении уазик потихоньку пополз вниз под горку.
На крыльце появилась невеста в красиво расшитом костюме с плотным, жестким корсетом. Голова ее была полностью покрыта платком, закрывавшим лицо. Ее вели под руки, справа — младший брат жениха в белой папахе, а слева — подружка. Как уже потом узнал Егор, та самая, что прислала письмо.
Темир резко отпустил сцепление и дал газу. Мотор мог бы заглохнуть, но этого не случилось, так как машина уже катилась. Уазик рванулся вперед, и Темир направил его прямо на шикарный ковер. Замызганная машина въехала туда на тормозах, юзом, с остановившимися колесами, смяв и вдавив в грязь шелковистое полотно с тонким узором.
Темир распахнул водительскую дверцу и громко крикнул:
— Зухра!
Было видно, как встрепенулась невеста. Услышав свое имя, произнесенное голосом любимого, она импульсивно, нечаянно, сотворила неслыханное — отбросила с головы платок! И на какой-то момент все вокруг будто замерло, застыло в беззвучном медленном кружении: гости, хозяева, Темир, стоящий на подножке уазика с раскрытой дверцей, и Зухра с отброшенным, летящим по воздуху платком, ослепленная светом яркого дня, растерянная и не знающая, что делать дальше. Влюбленные смотрели в глаза друг другу, не видя никого вокруг.
Первой опомнилась подружка.
— Что ты стоишь? Беги! — крикнула она и подтолкнула Зухру в спину.
Невеста сделала несколько неловких шагов и, наверное бы, упала в грязь, если бы не была подхвачена Егором, выпрыгнувшим из второй дверцы уазика. Бесцеремонно затолкав Зухру на заднее сиденье, он вскочил туда следом, захлопнул за собой дверцу и крикнул Темиру:
— Гони!
Последнее, что увидел Егор и что, как кинокадр, крупным планом во весь экран впечаталось в его память, это мелькнувшие в стекле закрытой дверцы яркие растерянные мальчишечьи глаза под кудрявой белой папахой.
Помешать похитителям было некому. Шафер задержался в доме, одаривая по обычаю девушек, наряжавших невесту. Когда он выбежал на шум, было уже поздно. А весь остальной народ, выпивший и веселый, оказался по другую сторону уазика и вообще не сразу понял, что произошло.
Как финиширующий бегун, уазик разорвал разноцветные ленточки, которыми детвора перевязала улицу на выезде из села. Дети надеялись получить подарки, а пришлось врассыпную разбегаться от бешено мчащейся машины.
Егор обнимал доверчиво прильнувшую к нему Зухру. Она, по-видимому, была в таком состоянии, что ничего не понимала. Даже в болтающейся на ухабах машине Егор чувствовал, что она дрожит всем телом, словно схваченная в кулак птичка. Глядя в заднее окошко, он видел, как стали захлопываться дверцы у свадебных машин и как эти машины суетно и бестолково, мешая друг дружке, разворачивались на многострадальном ковре.
(Из повести "Закон сохранения", первой книги трилогии "Связь времен").
Почитать и купить повесть в электронном виде можно здесь: https://ridero.ru/books/svyaz_vremyon_3/
Приобрести книгу в бумажном виде здесь: https://market.yandex.ru/product--povest-zakon-sokhraneniia-avtor-taradin-s-p/1753404021?cpa=1&suggest_text=Повесть%20%22Закон%20сохранения%22.%20Автор%20Тарадин%20С.%20П.&suggest=1&suggest_type=model&sku=101755699386