Девочка с полосками сажи на щеках неотрывно смотрела на замершую у костра мужскую фигуру с оружием и мусолила печёную картофелину, позабыв о голоде и не веря самой себе, что наконец-то почти решилась спросить. Мужчина, как обычно, отмалчивался на общем ужине при летней кухне и задумчиво всматривался в Млечный путь, но сегодняшним вечером в его всегда отстранённом и вежливом поведении было что-то иное. Такое, что позволяло надеяться на серьёзный ответ, а не на неловкий перевод темы или дурацкую шутку о слишком любопытных детишках, которым пора спать, а не то чудища заберут прямо из детского корпуса «бывшего пионерлагеря», что бы это ни значило.
Чудищами пугать — это он махнул, конечно, когда защитники сталкиваются с ними каждый день, это даже обидно и вовсе не смешно.
Ведь на днях Лёха, пришедший после первого боевого крещения с новым ведущим, самим Говоруном, божился, что легендарный охотник не настолько уж страшный и нелюдимый, как болтают. Слухи она, конечно, слышала, и про потерянную семью — разве этим теперь удивишь кого? — и про сверхъестественные способности вычислять заразу и искоренять её. А главное — про то, что без Говоруна ничего бы и не было. Сидели бы под бетонными перекрытиями, как перепуганные крысы, и мечтали бы хоть изредка выходить на солнце.
Кто играет в человечков? (начало, назад)
И вот сейчас — совсем другая жизнь! Почти что вольготная! Можно ночью сидеть у костра и наблюдать, как искры уносятся вверх, в чистое звёздное небо. А скоро чудищ совсем не останется. Перебили почти всех, а захватывать новых людей чудищам удаётся всё реже и реже.
Говорун вдруг отвёл глаза от бездонного ночного неба и уставился прямо на девочку, и она смутилась, заёрзала, внезапно остро захотела сбежать, но всё же собралась с духом и пролепетала:
— А можно спросить! — даже и вопроса-то не получилось, а так, чепуха какая-то. Детский сад.
— А можно, раз такая смелая, — поощрительно улыбнулся Говорун и сразу показался этаким ужасно добрым дядькой, который очень любит всех детей и готов терпеливо рассказывать сказки.
— А это правда, что в небе был вражеский корабль? Большой, размером с нашу планету? Или Витька опять наврал всё, хотя и старше меня всего на одиннадцать месяцев?
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
— Правда, — голос его не дрогнул, лицо не потемнело, так что девочка торопливо продолжила допытываться, а остальные малолетние едоки притихли и навострили уши.
— А вы там были? Ну, внутри?
— Было дело.
— И как там?
— Я бы сказал, скучновато, у нас тут гораздо веселее, даже не сомневайся, Таня-которая-любит-получать-ответы, — в уголках глаз мелькнула очевидная насмешка, но он явно был настроен продолжать откровенную беседу, так что Таня не стала тянуть кота за хвост.
— И боги там тоже были? Всамделишные?
— Были.
— И куда же тогда они делись?
— Мы им разонравились.
— Почему? — Таня и сама не заметила, как перешла к требованию, а присутствующие у костра редкие взрослые хором замолчали и с некоторой завистью покосились на мелкую девчонку, получившую вдруг шанс задавать вопросы, тогда как любой из них отдал бы паёк на месяц или даже на полгода, чтобы быть на её месте.
— Трудно так вот с ходу объяснить, — добродушно пробасил Говорун, обращаясь скорее к себе самому, — проще будет сказать, что они нас испугались. Мы слишком живые для них, понимаешь? Позавидовали они, что им самим настолько захочется быть здесь, среди нас, что обратно на… небо вернуться уже не потянет.
— О! — только и выдохнула Таня. — А разве они… ну… типа… не всесильные?
— Так не бывает. То есть они были могучие, но до нас им далеко.
— Но они умели делать большие дома! И даже летать! Я видела старый город! Там всё сломано, но это же было взаправду! Круто же! Мы так не умеем.
— Нам и не надо. Хорошо ведь живём, да, Таня? А если захотим, то потом сделаем всё так, как нам понравится. Разве нет? Руки-то имеются, — и Говорун зачем-то показал Тане свои мозолистые лапищи с оттопыренными большим пальцами.
Таня оглянулась на потерявшееся в темноте низкое здание. В окне трепыхалось пламя свечи, напоминая об уютной спальне и одеяле со смешным рисунком непонятного существа с большими ушами и ненатуральными глазами на жёлтой мордашке.
— Хорошо, но… Что насчёт других? Я про детей, которые… ну… настоящие, но не хотят с нами водиться.
На лице Говоруна отразилась лёгкая печаль.
— Они захотят. Просто в детстве им мало рассказывали сказок, вот они и выдумали глупость, что они лучше других. А так не бывает. Они придут, обещаю. И будут с тобой играть, сколько тебе вздумается!
— Я не хочу с ними играть! — обиженно, но всё-таки жадно выдала Таня, представив, как ловкие и сильные «другие» дети приходят к ним в лагерь и показывают необыкновенные фокусы с умными собаками, про которые не слыхал только глухой. — Если только чуть-чуть, — уже менее уверенно прибавила девчонка с картофелиной.
— Договорились, — заговорщицки подмигнул Говорун, — я им передам.
Цикл рассказов не закончен, наши герои по-прежнему с нами!