Отчиму моему, который стал для меня отцом, – Волчок Павлу Тарасовичу, посвящается
Счастье Павлика
(основано на реальных событиях)
Сегодня Павлушка проснулся от страшного гула: стены глинобитной мазанки тряслись, сухая извёстка сыпалась с потолка. Братья: старший Коля и младший Володя – тоже проснулись. Володя заплакал, подбежал и прижался к Павлику. Тот обнял братишку, погладил по кудрявой голове.
--Не бойся, малыш!
Павлику было целых пять лет, и он считал себя обязанным заботиться о своём двухлетнем брате. Мальчишки залезли с головой под старенькое верблюжье одеяло и заткнули уши. Очнулись лишь после того, как наступила тишина, и они услышали голос мамы Наташи:
- Ну всё. Вылазьте – они улетели.
Как понял Павлушка «они» были страшные тёмные птицы. Мама их называла «фашисты». С этого дня они прилетали регулярно в одно и то же время. Бомбили посёлок, а потом улетали. После этого становилось тихо. Пашкиному семейству пока везло: в их краю ни один дом не был повреждён.
Павлик знал, что их отец, Тарас, пошёл на «войну». Однажды ему приснился сон: отец в кольчуге Ильи Муромца с картины, что висела на стене, огромной дубиной лупил по башкам мелких, но зловредных фашистов. Те сыпались во все стороны, как мухи, которых мамка хлопала полотенцем. Про Илью Муромца мальчишка слышал от старшего брата Кости.
-- Богатыри – это защитники Русской земли.
Мальчик проснулся и с гордостью думал об отце:
- Папка, он сильный, нет, даже могучий, совсем как Илья Муромец. Он обязательно защитит их всех: мамку, Костю. Володю и его, Пашку. Даже вредного соседского Ваську тоже защитит. Держитесь, проклятые фашисты!
Дети знали, что перед бомбёжкой нужно идти в холодный подвал, который взрослые называли «бомбоубежищем». Считалось, что там бомбы не смогут достать людей. Как оказалось, зря. Однажды они опоздали спрятаться, а «фашисты» уже налетели. Мамка схватила детей в охапку, прижалась к старой цветущей яблоне. После налёта они увидели на месте бомбоубежища огромную воронку от бомбы. Там остались соседка и вредный Васька и ещё много людей. Павлик думал, что это яблонька укрыла их и спасла, совсем как в сказке про гусей-лебедей.
Потом «фашисты» прилетать перестали. От взрослых дети услышали непонятное слово «оккупация», а в посёлок на трещащих мотоциклах приехали чужие солдаты.
Они были совсем не похожи на тех мелких мух из Павлушкиного сна. Огромные, с краснющими мордами, в тяжёлых сапогах хозяйничали в посёлке. То там, то тут слышались автоматные очереди, кудахтанье кур, визг свиней.
Мамка перестала выпускать братьев на улицу: боялась. Немцы пришли сами. В небольшое окошко Павлик увидел двух фашистов. Они вели себя как хозяева. Старый пёс Дружок залаял на чужаков. Протрещала автоматная очередь – пёс упал, залитый кровью.
Мать запихала детей под кровать и села под образа. Вошедшим, казалось, не было до неё никакого дела. Громко хохоча, они вытащили кусок старого сала, которое варилось на таганке и бросили в сумку. Не обнаружив больше ничего съедобного, пинком открыли дверь и вышли на улицу.
Когда немцы ушли, мальчишки с плачем бросились к своему любимцу. Мать продолжала сидеть на стуле, не говоря ни слова.
Павлик не знал, какую страшную цену пришлось заплатить жителям Кубани за долгих шесть месяцев. С августа 1942 по февраль 1943 длилась оккупация.
Павлушке и его братьям посчастливилось выжить в аду войны. Многие погибли от бомб. От пуль. От голода.
Казалось, войне не будет конца.
Наступил ещё один май. В саду у дома цвели яблони. В хрипящем, простуженном репродукторе заиграла музыка, и прозвучало заветное слово: «ПОБЕДА!»
Радостные мальчишки играли на улице. Павлик, которому шёл восьмой год, за войну превратился в рахитичного тщедушного дистрофика. Да и остальные дети выглядели не лучше, но весна брала своё.
Неожиданно в конце улицы показался солдат. Мальчишки побежали ему навстречу. Каждый из них надеялся, что это его отец.
Павлик остался на месте, бежать не было сил. С завистью он смотрел на солдата. Тот был в шинели, в пыльных сапогах. Ордена и медали блестели на груди.
Только что это? Тот прошёл мимо всех и протянул руки к нему, к Павлику.
--Папка…-- захлебнулся от счастья мальчишка. Как пушинку Тарас подхватил его на руки, прижал к себе исхудавшее тельце. Нет, отец совсем не Илья Муромец, не богатырь, но могучий защитник Русской земли, который победил проклятых фашистов. Спас мамку, Костю, Володю и его, Павлика. Жаль, только Ваську не успел.
Мальчишки с завистью и восхищением смотрели на них, и каждый мечтал дождаться своего отца, своего защитника, но пока повезло только Пашке.
Наталья и Костя с Володей бежали навстречу… По щекам отца текли слёзы…