- Нет, я не буду предлагать тебе свои сапоги, - сказал усталый путник собеседнику, - мне они дороги как память о прошлом. В них я прошагал множество дорог, они помогали мне пройти острые камни и топкие болота.
И путник с некоторой гордостью вытянул вперед ноги, на которых красовались истоптанные, кое-где в заплатах, заляпанные засохшей грязью сапоги.
- И не надо смотреть на меня с таким презрением, - продолжил он, - я просто устал. А ты осуждаешь меня за грязную обувь. Покажи свою! Давай сравним пройденные нами дороги.
Собеседник скромно вытянул ногу в чистеньком, новеньком, блестящем ботинке.
- Вот видишь! Как ты можешь осуждать меня, если твои ботинки скользили только по паркету!
И путник продолжил разглагольствовать о том, сколько тягот было на его пути, как трудно бывало иногда найти приют. И с каким трудом доставалось ему пропитание.
А уж сколько насмешек ему пришлось пережить! А как больно было видеть, как любимая уходит вот к такому! В чистенькой, новенькой обуви!
Собеседник слушал спокойно, где-то даже с интересом и доброжелательностью.
Долго слушал. Потом предложил путнику ужин и отдых в уютной спальне.
Когда гость уснул, хозяин встал, взял перо и бумагу. И написал путнику записку, в которой были такие слова:
«Я ухожу. Ты заслужил достойный отдых. В этом доме всё в твоём распоряжении, пока тебе этого будет хотеться».
Положил записку на видное место.
И пошел в гардеробную.
Там он снял свои новенькие ботинки. Купленные совсем недавно. Да, они действительно были новыми. Пару раз надетыми.
Вытащил из коробки старые, потертые, кое-где в заплатах сапоги. Чистые. Пока.
Погладил их по привычным носам. Обул. И вышел за дверь.
Это был его временный приют. Впереди ждали новые, интересные, увлекательные дороги.
И да, он будет рассказывать о них внукам. Только о хорошем и веселом. Потому что всё остальное осталось в прошлом. Только сапоги помнили…ему это было не нужно.
Вывод:
Прежде чем подумать, что вас осуждают или осуждать других, оглянитесь назад.
И простите себя. Просто себя. Просто простите.
