Бравые воины в красивой форме чеканят шаг на параде. Залюбуешься. Рота почетного караула. В полной мере оценить каким титаническим трудом достигается такая красота, четкость, и слаженность движений может только тот кто служил в таких ротах.
На жизненном пути мне встречалась всего пара человек, проходивших срочную службу в подобных ротах.
Один мой земляк, служил ещё в советское время. Как он вспоминает, в военкомате, его действительно спрашивали не хочет ли он служить в элитной части? - Конечно, хочу, - ответил призывник. В какой именно не уточняли, думал что десант, или морская пехота. Привезли в Читу.
В первый же день, под осенним дождичком шесть часов занимались строевой. Андрюха деревенский парень, привыкший к физическим нагрузкам, и как он не такое испытывал. Ошибался.
Но наутро болело все тело, особенно ноги. На следующий день прибавили час занятий. И так все два года. Завтрак, зарядка, и на плац. Дух ты или дембель никаких скидок.
В первые неделю отсеивали тех, кто действительно не способен к занятием строевой. Закосить под такого не получалось. Опытные офицеры по каким-то своим признакам вычисляли симулянтов, и те после отбоя отправлялись отрабатывать внеочередной наряд.
За счастье считалось попасть в караул в штаб ЗабВО. Открывать и закрывать ворота. Но это уже на втором годе службы. Иногда, наблюдая парады по телевизору, Андрей отпускает критические замечания, и утверждает что нынешние салабоны совсем не умеют тянуть ногу.
Интересно, что в свои под шестьдесят, Андрей сохранил выправку, но говорит лучше бы отслужил сверхсрочную землекопом в стройбате, чем срочную в РПК.
Евгений, тот самый "салабон", по мнению старшего товарища, служил в начале нулевых, в той же части. Как и сейчас она базируется в Чите на ул. Верхоленской.
Вспоминает тоже самое, что и Андрей. Плац от рассвета до заката. Отработка до автоматизма различных приемов, разворотов, и тому подобное. Все время хотелось есть, и поначалу в столовой вспыхивали стычки из-за куска масла .
Тоже любил заступать в караул у штаба СибВО. К тому времени перегородили часть улицы Лермонтова, возле центральной площади города. Евгений со смехом вспоминает как он и другие почетные караульные, тоскливым взглядом провожали проходящих мимо красивых, а они почему-то все были красивые, девушек.
Утверждает, что и за десять миллионов не согласился бы повторить свой армейский путь.