Мы всю жизнь проживаем веря в Бога которого мы придумали сами, при этом называя себя православными. Наша вера складывается из опыта наших бабушек, разного толка поверий, и традиций, которые считаются благочестивыми, но к сожалению не имеют отношения к спасению нашей бессмертной души. Каково же будет наше удивление когда мы окажемся после смерти по левую сторону от избранных овец Божьих? Как будет обидно! Зачем я всю жизнь потратил на то, что бы не стучать молотком в воскресенье, берег вербу целый год, прочитывал каждый день эти изнурительные молитвенные правила? Но окажется, что по правую сторону стоят только те-кто возлюбил Бога, и возлюбил ближнего своего, а не те кто перед едой тщательно вычитывали состав майонеза в среду и пятницу, а может даже и в понедельник для большей гордости. Во что мы верим? В то что на земле нам нужно помучиться, и за это мы попадаем в рай. Вот и придумываем для себя поводы для страдания: смеяться грех-православный должен обязательно ходить с гримасой ответственности и скорби, вино пить грех-от него блуд происходит... Но болеть, мучатся, и находится в поношении на работе и дома -то, что нужно православному! Ведь скорби попускаются по нашему мнению по принципу "кого люблю-того и наказываю". Все страдаем, и страдаем, изводя своих близких и детей своим псевдоправославием. Нам бы радоваться, войти в храм и закричать: Христос Воскрес! Обнять всех, поцеловать лобзанием святым! Но нет... Нам нельзя, мы и в храм страдать приходим. Одни кислые мины вокруг! Как будто мы не в храме с Господом, а уже в аду, в горниле страданий. Отстояли каторгу и домой читать книжки про гиену огненную, что бы ум не развлекался праздно, а то вдруг ещё нам жизнь покажется не местом испытания, а вполне обычной семьёй, с домом и с обычными соседями-нам такое не подходит. Нас больше вдохновляет "блаженны плачущие ныне, ибо они утешаться". Когда в последний раз мы выезжали всей семьёй на природу? Когда радовались с друзьями в гостях? Что вы... У нас и друзей то нет. Мы настолько требовательны к окружающим, мы настолько хмурые и неприветливые, что люди при виде нас, верующих, переходят на другую сторону дороги. А мы только и радуемся, думая что мы стали уже стали такими верующими, про которых говорилось: "будете ненавидимыми всем миром за Имя Мое"... Какая уж тут любовь к ближним, когда мы считаем себя жертвами, а всех вокруг энергетическими вампирами?
Даже милостыню давать не умеем. Кто хоть раз проявлял участие к нищему? Кто поинтересовался какая беда у человека? У нас нет цели облегчить нужду человека, что бы он обрадовался. Мы закрыты. Мы просто исполняем свой долг, как фарисеи которые подавали нищим и платили десятину с тмина, думая что этим они исполняют заповедь. И сколько бы мы не кидали бедной старушке, рубль, два, или целых пятьдесят, все равно несчастная оставленная своими детьми и внуками бабушка так и умрет в одиночестве, не выплакав никому свое горе.
"Сыне, даждь Ми твое сердце", говорит нам Господь. Но мы не слышим этих слов, потому что у нас есть свой бог, выдуманный нами, который говорит нам: "свечу через левое плечо не передавай", "на масленицу налопайся блинов"... А потом ещё удивляемся что в Америке официально зарегистрировали веру в "макаронного монстра". А мы то чем лучше? В кого мы верим? Может быть мы сами монстры, которые отталкивают своим поведением людей от храма Божьего? Как то один знакомый мне сказал: церковь-это сборище фанатиков! Я тогда обиделся. А сейчас думаю, а чего обижаться то? Фанатики мы и есть. Стоим в храме и с фанатизмом исполняем обряды и традиции, не замечая что здесь сейчас с нами Господь находиться! А мы? Нам не до этого... Долг выполнили, свечки поставили, и думаем каждый о своем. Разве мы члены церкви? Иисус сказал: "узнают все, что вы мои ученики, если будете иметь любовь между собой". И что видит Господь когда, смотрит на нас? Стоят как истуканы два часа и бубнят: "пострадах и слякохся до конца, весь день сетуя хождах"... А что значит "слякохся"? А мы знаем, мы пришли просто протарахтеть молитвы, и пойти домой. Любовь между собой? Да мы даже не знаем как зовут половину людей с нашего прихода. Хорошо хоть батюшку запомнили как зовут. Отец Петр, вроде бы... или Павел... В общем не важно, мы ведь не к батюшке пришли, а к Богу! А Бог у нас в душе... Наш... Выдуманный...