- Ты в курсе, что Вадим уезжает? - холодным тоном произнёс он, продолжая смотреть на языки пламени в камине.
И не дождавшись моего ответа, продолжил:
- Знаю, в курсе. Вы же встречались с ним в парке. Не так ли? Не подскажешь для чего? - он резко повернулся ко мне.
Я попятилась назад:
- Не начинай. Мы всегда были просто друзьями. Между нами ничего нет! Почему ты меня постоянно ревнуешь, я давала хоть раз повод? И ты что, следишь за мной??
- А мне кажется ты испытываешь к нему чувства, - прошипел он, и схватил меня за руку.
- Отпусти меня! Мне больно! - я попыталась вырвать руку. Чашка выпала из рук и разбилась на мелкие осколки, - Ты разбудишь сына! Прекрати!
- А я вот подумал, а может и сын не мой? Кто тебя знает... - он вцепился мне в горло.
Мне показалось, что кроме виски он принял что-то ещё, взгляд был отрешённый, дикий, зрачки были чересчур расширены, глаза почти навыкате.
- Отпусти меня, - я попыталась вырваться из его рук. Когда в глазах начало уже темнеть, я со всей силы стукнула его ногой. Он разжал руки и я со всех ног побежала по коридору. Но споткнулась о машинку Славика, валявшуюся на полу, Игорь догнал меня и нанёс несколько ударов.
- Что ты творишь, опомнись, - я пыталась привести его в чувство. Но он был невменяемым и попытался опять вцепиться мне в шею.
Такая ярость взяла меня, что я рывком скинула его с себя, схватила со стола вазу и ударила его по голове. Это получилось машинально, наверное сработал инстинкт самосохранения. У меня не оставалось выбора, он бы наверное убил меня, если бы я не защищалась. Игорь упал без чувств. На секунду мне показалось, что я убила его. К горлу подступил ком, а от страха затряслись руки. Я нащупала у Игоря пульс, он был. В доме была кладовка, которая запиралась ключом. С огромным трудом я затащила его туда и закрыла дверь. Бегом побежала в комнату, и наспех начала закидывать все необходимые вещи в сумку. Малыш всё также спал мирно в кроватке. Слезы душили меня, но я пыталась взять себя в руки, несмотря на то, что от перенесённого шока я была в полуобморочном состоянии.
- Малышок мой, прости меня, за всё это. Прости. Я пыталась сохранить мир. Бедный мой мальчик! - глотала я слезы и одевала спящего сына.
Он заворочался, но на моё счастье продолжил спать. Я положила его в сумку-переноску, из которой он уже вырос. Но так я хотя бы могла его не сильно тормошить при ходьбе. И побежала на выход. В гостиной было тихо. Я выбежала на улицу, и поняла, что оделась слишком легко, весна в этом году была холодная, несмотря на буйство зелени и цветение деревьев. На мне были тонкая куртка и кофточка. Я одевалась наспех, хорошо хоть взяла плед для Славика. Малыш поежился на свежем воздухе и даже начал хныкать, но я покачала его и двинулась подальше от дома.
На улице была глубокая ночь. Двор подсвечивался фонарём, а дальше наступала непроглядная тьма. Сердце стучало как бешеное. Я настолько боялась, что Игорь очнётся и кинется вслед за мной, что казалось вот-вот упаду в обморок. Такого ужаса я не испытывала никогда в своей жизни. Я совершенно не знала куда идти. Вокруг лес и темнота. Лишь полная луна немного освещала путь. Такси было вызвать невозможно, слишком отдалённо находился этот дом. Ждать его просто не было времени, была дорога каждая минута. Вдруг я вспомнила, что на другом конце озера я слышала стук колёс поездов, значит где-то должна быть и станция.
Я спустилась к озеру и увидела лодку, на которой иногда рыбачил муж. Аккуратно я положила в лодку ребенка и сумку, и хотела сесть сама, но промахнулась в темноте и по колено оказалась в воде. Кое-как я уселась и начала грести. Каждая клетка тела отдавалась болью. Но я изо всех сил гребла на другой берег. Телефон я выкинула за борт, предварительно вынув карту памяти, на которой были фотографии и много всего другого. Я понимала, что он в два счета вычислит меня, если я этого не сделаю. С трудом я догребла до другого конца берега. Озеро было достаточно большое и я боялась, что у меня закончатся силы. Но страх двигал меня вперёд, вселяя энергию. Во мне будто открылось второе дыхание.
Аккуратно я вытащила лодку на берег, взяла ребенка и сумку, и двинулась вперед. Глаза уже привыкли к темноте и я немного различала дорогу. Было невыносимо холодно, я просто дрожала как осиновый лист. К тому же ноги были мокрыми, джинсы прилипли к телу и от этого становилось ещё холоднее. Я не знаю как долго я шла. Наверно часа два. Было холодно, страшно и тяжело. Ребёнок весил уже немало, плюс вещи, которые необходимо было взять - питание и смесь ребенку, бутылочки, личные вещи. Я поблагодарила себя за то, что практически не разбирала сумку когда приехала в дом - не успела. И поэтому убегая не пришлось тратить много времени на сборы.
Наконец в темноте я увидела что-то похожее на рельсы. Значит где-то есть станция. И двинулась по пути рельсов. Ещё час я шла, пока окончательно не обессилела. Славик проснулся и заорал, я взяла его на руки. Вдруг я увидела впереди огни. Я не ошиблась! Перрон! Станция! И на моё ещё большее счастливое совпадение, можно сказать, подарок судьбы, я услышала сзади приближающийся поезд.
Он остановился, и я сломя голову побежала к нему. Из предпоследнего вагона вышла проводница, женщина лет сорока. Со слезами на глазах я попросила её пустить в поезд, впопыхах рассказывая, что убежала от мужа. Но она наотрез отказалась, лишь сказала сухо "не положено" и зашла в вагон. Я была в отчаянии. Славик орал не переставая. И тут меня окликнула проводница из соседнего вагона. Плача, я подошла к ней.
- Быстро, заходи, - сказала она тихо, оглядываясь по сторонам. Я пулей залетела в вагон. Конечно, я понимала, что никто не обязан был меня сажать в поезд без билета. Но во-первых, я бы просто не успела его купить, а во-вторых, какой смысл был бежать от мужа и тут же по паспорту покупать билет, который он вычислит за считанное время.
Женщина провела меня в вагон и сказала идти в предпоследнее купе. Только сейчас я огляделась и поняла, что это не плацкарт, а купе. Мне повезло. В вагоне было тихо, все спали. Мы прошли в своё купе и я открыла дверь - никого из попутчиков не было. Я прикрыла дверь и села на полку. Через десять минут поезд тронулся и ко мне в купе зашла проводница Елена - на бейджике было написано её имя и фамилия. Она была высокой, красивой и ухоженной, на вид около сорока пяти лет. Она прикрыла дверь и села напротив.
- Вы не представляете, как я вам благодарна, - и протянула ей пятитысячную купюру.
- Как же тебя так угораздило, детка, - мягко покачала она головой. Я взглянула на себя в зеркало и обомлела - синяки и кровоподтёки были на шее, скуле, под глазом. Разбита губа...
Я расплакалась и рассказала ей о муже, как он избивал, как я сбежала от него и почти три часа шла в темноте по лесу. Она качала головой и молча слушала. Когда я замолчала она посмотрела в окно и тяжело вздохнула:
- У моей дочери похожая судьба. Её муж распускал руки, в итоге она потеряла ребёнка. А её саму еле спасли.
- И что дальше? Она ушла от него??
- Конечно. Сразу же. Ты отдыхай, я сейчас принесу бельё. А малыша есть чем покормить?
- Да, я сделаю смесь.
- Вода горячая в титане, только нагрелась.
- Спасибо вам! От души!
Она слегка улыбнулась и вышла из купе.
Я раздела малыша и поменяла подгузник. Он перестал плакать и смотрел в окошко на мелькавшие деревья. Мы сходили налили водички в бутылочку. Я сделала смесь, постелила принесённое Еленой бельё и положила Славика, накрыв одеялком.
Елена принесла мне чай в подстаканнике, печенье и конфеты.
- Ещё раз большое спасибо вам! А у вас не будет проблем из-за нас?
Она махнула рукой, мол, можешь быть спокойна:
- Вагон почти пустой. Едем до Краснодара. Прибытие в час ночи. Ты уже решила куда поедешь дальше?
- Пока нет.
- Ладно отдыхайте, - и она вышла из купе.