- Вам так неудобно будет сидеть и холодно. Так что давайте, как в американских фильмах: ничего личного". И Родионов аккуратно обнял ЕС и притянул ее к себе. Как будто мраморную статую, так напряглись все ее мышцы. Если бы он сейчас заглянул ей в лицо, то увидел бы какими огромными стали в этот момент ее глаза, и совершенно растерянными, и отчаянными, и сумасшедшими. Но уже на это у него наглости не хватило. А если бы он заглянул в ее мысли, то вообще ничего бы не понял: такое там было столпотворение, гроза, пурга и ураган. "Нельзя позволять ему так поступать! Я должна сопротивляться! Нельзя сопротивляться, он же сказал: это просто, чтоб удобнее было сидеть! Он прав: так я не просижу, и ему скоро станет больно ноги! Но я не могу, не могу, не могу! Поздно дергаться, расслабься, сделай вид, как-будто все норм, а то уже неприлично! Я не знаю, как правильно!!! Мозг! Включись! Нужно рассуждать логичнее! Итак, вводные: ты устала, ты замерзла, ноги больно, тебе может снова стать плохо, как тогда на заводе, и ты доставишь ему неприятности. В такой позе, как ты села все выглядит неестественно и для тела положение неестественное, значит, так не будет хорошо ни тебе, ни ему. Он же просто все сделал так, чтобы было удобнее. У него нет твоих дебильных метаний и комплексов, он просто думает и действует рационально." Леля постаралась привести в норму дыхание, и расслабить застывшее в напряжении тело. "Бери пример с мальчика, и не напрягай его своими заморочками. Ничего личного!"
" Ничего личного". Боже, как я вру!" - со стоном подумал Родионов.
" Ничего личного. Мы просто помогаем друг другу в дурацкой ситуации. Как на фотке цыпленок и котенок, попавшие в дождь, и согревающие друг друга в какой-то холодной, неуютной подворотне. Родионов - мой котенок, а я - его цыпленок сейчас." - от этой мысли Леле стало так смешно, что она чуть не прыснула в Родионову в диафрагму. "Ох-ох, ну раз уж так можно, устроюсь -ка я поудобнее" - и Леля, развернувшись к Родионову лицом, доверчиво обняла его за талию, положив голову на широкую грудь. Сердце под ее ухом пропустило удар, а может пару ударов. Или даже три.
Сперва сердце остановилось. Точнее, оторвалось от веревочки, на которой висело и бухнулось вниз, в живот. И теперь, достигнув дна, пульсировало там и жгло. Блин… Не ожидал он, что она вот так вот повернется…
… И что это теперь мне в диафрагму упирается?.. Ее грудь?.. Пфф. Все. Я в аду. Допрыгался, доблагородничался. Вместо тела здоровый кусок кипящей смолы. Сердце вернулось на место, но колотится, как чокнутое, и она не может этого не слышать. Щеки горят. Да и в целом, мне шиздец. Да и сидеть ей у меня на коленях скоро станет совершенно неудобно… Блин, пофиг все. Удерживаться на одной мысли: удерживать крышу, чтобы не снесло, и руки не начал распускать… Я сейчас взвою, ей-богу!
…Хорошо хоть, что она сидит тихо, как мышка. Только в плечо тихонечко дышит. Хотя сердце у нее тоже стучит, как сумасшедшее. Боится, наверное. Она же - взрослая женщина. Поняла, должно быть, что ненадолго моих благих намерений хватило… У меня от просвечивания бретелек бюстгальтера сквозь мокрую ткань рубашки уже предохранители летели, а я еще и умудрился на колени себе ее посадить! Умный, ничего не скажешь!!!
… Боже, ну ничего же особенного! Это же не первая девушка у меня на коленях. Она даже… полностью одета. Ну… в такой мокрой блузке не совсем, конечно… Я сейчас или умру, или завою, или свихнусь и натворю, чего не надо…Крышу хоть на гвозди приколачивай… Но не сейчас. Я обещал ей. Она мне доверилась
Начало и продолжение истории читайте на моем канале. Ваша Аармасстаа