Собачий корабль даже пах по-другому — Говорун понял это сразу, как только стерильно белый шлюз остался позади. Пол повсюду был испещрён глубокими царапинами от когтей и напоминал наждачную бумагу, оставленную после бесконечной череды разумных собак, когда-то бродивших по нынче опустевшему лабиринту.
Покинув общество высокомерных двуногих, пёс по имени Анубис будто сбросил надоевшую маску, теперь напоминая скорее ласковую дворняжку, чем мифическое существо. Он часто подпрыгивал от радостного возбуждения, нетерпеливо скулил и словно бы невзначай подставлял под руку широкую мохнатую спину, так что осмелевший Говорун в конце концов запустил пальцы в густую шерсть и осторожно потрепал собаку по холке, на что Ану прикрыл глаза и благодарно пихнул здоровяка в плечо.
— Ты можешь осваиваться сколько хочешь, мы никуда не торопимся, — церемонно кивнул Ану, словно собачья тяга к тактильным ощущениям была самой заурядной вещью на свете и не стоила упоминания.
— А где у вас тут… ну не знаю, капитанский мостик? Я бы не хотел откладывать обучение.
Кто играет в человечков? (начало, назад)
— Похвально, похвально, — Ану затрусил вперёд и вдруг нырнул прямиком в образовавшийся в тупике треугольный дверной проём.
Говорун ожидал от рубки чего угодно, кроме голых стен и колоссального панорамного окна, большую часть которого загораживал внушительный корпус соседнего с ними корабля.
— А как я?… — Говорун растерянно завертелся, выискивая положенное обилие незнакомой техники и не находя ни единой зацепки.
— Как только ты соединишь своё сознание с кораблём, всё случится само собой, — вежливо пояснил Ану, — не напрягайся. Это интуитивный процесс.
— Но… я же ещё человек? — в горле пересохло. — Как это делается?
— Тебе нужно расслабиться, — морда Ану приблизилась и очертания окна поплыли куда-то вбок.
Говорун чувствовал, как тонет и цепляется за невидимый канат, как жадно рвётся наверх за глотком воздуха… И всё прекратилось так же внезапно, как началось.
Но теперь всё было иначе, словно раньше он был жалким слепцом.
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
Он слышал, как рядом неторопливо наполняются кислородом чистейшие лёгкие, как размеренно бьётся сильное сердце собаки… и его собственное обезумевшее сердце… Как где-то за всеми этими перегородками, заполненными переплетением неведомых жил, приводящих в движение сложный механизм этого корабля, трепетали в полузабытьи мириады других сердец… Но всё это были не люди. И уж точно не собаки.
Нечто… другое.
И даже картинка за стеклом стала иной — по-настоящему объёмной и настолько дополненной мельчайшими деталями, что тянуло зажмуриться вновь, чтобы не лопнуть от перебора непрошеных впечатлений.
Говорун раскинул руки и понял, что лежит на наполовину откинутом и в точности подогнанном под его тело кресле, а Ану заботливо склоняется над ним.
— Всё хорошо? Вижу, корабль подхватил тебя. Поздравляю, ты на борту! — собачий язык коснулся его щеки, но это больше не казалось неуместным. Это было… правильно.
— Спасибо, Ану, — он снова потрепал напарника по холке, но без робости, на равных, — а наши соты все в предвкушении, не правда ли? Ну что, зададим им жару?
— О! Почту за честь сопровождать тебя в нашем первом совместном приключении! И во всех последующих тоже! — Ану смотрел… с преданностью? С обожанием?
— Есть кое-что, что я хотел бы сделать здесь напоследок.
Все системы корабля ощущались Говоруном, как свои руки-ноги. Нет, нельзя даже сравнивать — это было куда как естественнее, чем раньше. Проще.
— Здесь? — сердечный ритм Ану чуть споткнулся. — Но почему? Неужели тебя волнует чужой мир? Мы же создадим свой! Найдём подходящую планету, у меня есть на примете несколько неосвоенных… И чудесных, обещаю! Ты же не хочешь брать чужое?
— Разумеется, нет. Я только заберу своё.