Это фото, как и множество подобных ему, обладает огромным символизмом. Военная техника проходит парадным строем по Красной площади. В данном случае это тяжелые огнеметные системы. Адское оружие, способное одним ударом выжечь целый квартал. Оно должно устрашить потенциального противника.
Но главная мысль, которую хотел передать режиссер этого шоу состоит вовсе не в том, что военная мощь, представленная на параде, способна сокрушить любого врага. Основной смысл находится справа от движущихся боевых машин, он в голубом фанерном панно, закрывающем некое архитектурное сооружение. Кто-то очень не хочет, чтобы это строение видели зрители и участники военного праздника. И эта деталь знающим людям говорит очень о многом.
Война стремительно врывается в нашу жизнь. Еще недавно все это сложно было себе вообразить, но сегодня уже есть фронт и тыл. И хотя в тылу нам все еще по инерции кажется, что все образуется и будет по-прежнему, но разум подсказывает, что ситуация будет быстро меняться в худшую сторону. Поэтому сейчас еще есть время подумать над тем, как устроен и куда движется современный мир, как мы пришли к этой точке и является ли она конечной? Тем более, что как раз в плане понимания у нас все очень и очень печально.
Хотя, что-то похожее уже было в нашей истории. Это, конечно 1914 год, который разделил историю России на то, что было до войны и то, что было после ее начала. Это в позднем СССР стало распространено понятие "дореволюционные времена". Но для людей живших в 1920-30-е годы, времена, относящиеся к началу века, были "довоенными".
Спустя почти два года после начала Первой мировой войны В.И.Ленин опубликовал одну из своих ключевых работ "Империализм, как высшая стадия капитализма", ставшую хитом на всё ХХ столетие. Сейчас часто говорят, что эта старая брошюра снова актуальна. Но редко кто ее на самом деле читает и еще меньше тех, кто вчитывается. Те, кто "Империализм" не читал, думают, что там содержится, в основном, разоблачение захватнической политики великих держав того времени, развязавших мировую войну. Но на самом деле книга вовсе не об этом. Она о лицемерии и лжи как раз критиков "империализма". Тех, кто болтовней о возможности устойчивого мира, старались задержать ход истории и сохранить отживший свое хозяйственный и политический уклад.
Сегодня история повторяется вплоть до мелочей. И как и тогда, снова появилось множество "поборников мира", которые предлагают те же рецепты, которые предлагали тогда оппоненты Ленина. История ничему не учит этих людей. Они пытаются искать корни войны там, где их нет. Они приписывают зловредные качества в народам и политикам, подыгрывая военной пропаганде, и не желая видеть объективные факты. Они оглядываются на прошлое, вместо того, чтобы увидеть будущее.
Но, прежде чем рассуждать об устройстве современного мира, а значит и о современной войне, необходимо вспомнить такое понятие, как "финансовый капитал".
Высшая стадия капитализма
Термин "финансовый капитал" впервые ввел в научный оборот известный германский социал-демократ Рудольф Гильфердинг. В 1910 году вышла его фундаментальная монография с таким названием, где он детально разбирает, каким образом открытые Марксом тенденции все большей концентрации капитала и обобществления производства приводят к качественной трансформации капитализма, когда ведущие отрасли промышленности оказываются полностью во власти крупнейших монополий, которые контролируются немногими крупнейшими банками. Таким образом происходит сращивание банковского капитала с промышленным и, что важно, с государственным аппаратом. В результате чего этот последний незбежно становится на службу горстке наиболее влиятельных бизнесменов.
Ленин в "Империализме" много раз ссылается на труд Гильфердинга, по существу, в популярной форме излагая его содержание.
Теория финансового капитала Гильфердинга по своей сути - ничто иное, как "теория заговора". Только в отличие от современных разнообразных конспирологических "теорий", которые в "приличном обществе" не принято обсуждать, это полностью научная концепция, основанная на объективных данных начала ХХ века. Действительно, сговор лежит в основе любого картеля, любой монополии, поэтому сговор совершенно естественное явление для монополистического капитализма, это его основа.
Самый главный вывод, который делал Гильфердинг, состоял в том, что финансовый капитал каждой крупной державы нуждается в обширной хозяйственной территории, на которой он может осуществлять свое монополистическое господство. А поскольку в мире существует несколько великих держав, их монополистические системы неизбежно сталкиваются между собой, вовлекая свои государства в это противостояние. Такое соревнование финансово-промышленных кругов великих держав, основанное на их монопольном положении внутри своей сферы влияния и получило наименование империалистической политики или империализма.
Стремление к территориальным захватам, к агрессивной имперской экспансии и аннексиям диктовалось самой природой монополистического капитализма, который должен был постояно расширять свою хозяйственную территорию, чтобы получать доступ на новые рынки. Но мир был уже полностью поделен между империалистическими державами, следовательно столкновение между ними было неизбежным.
"Требование политики расширения революционизирует все миросозерцание буржуазии. Она перестает быть миролюбивой и гуманной. Старые фритрэдеры верили, что свободная торговля не только наиболее правильная система экономической политики, но она положит кроме того, начало эре мира. Финансовый капитал давным давно утратил эту веру. Для него нет гармонии капиталистических интересов, он знает, напротив, что конкурентная борьба все более превращается в борьбу политических сил. Идеал мира поблек, на место идеи гуманности выступает идеал величия и силы государства". [1]
Интересна судьба самого Гильфердинга. Во время Первой мировой войны он порвал с революционным марксизмом и сделал блестящую карьеру, став министром финансов в Веймарской республике. После прихода к власти Гитлера бежал во Францию, но в 1941 году не сумел выбраться из нее, был выдан фашистам и умер (по всей видимости был убит) в тюрьме.
Из концепции Гильфердинга вытекал совершенно ясный вывод, что империалистическая политика и, следовательно, империалистическая война, разразившаяся уже через 4 года после опубликования "Финансового капитала", является непосредственным продуктом монопольного сговора, заговора капиталистической элиты. Само развитие капитализма неизбежно вело к сговору и монополии, подчинению великих держав монополистическому сговору, и к войне между великими державами.
Но столь же ясно напрашивался и другой вывод: что раз уж само развитие капитализма ведет к монополии и централизации управления хозяйством; раз уж оно создает громадную пропасть между массой пролетариата и кучкой капиталистов, узурпировавших власть и распоряжающихся государством в своих корыстных интересах; раз уж противоречия обострились настолько, что привели к чудовищной по своей разрушительной силе войне, то остается сделать всего один следующий шаг по направлению к лучшему будущему. Этот шаг называется пролетарская диктатура.
Так вот, именно этому выводу и была, в основном, посвящена брошюра Ленина "Империализм, как высшая стадия капитализма", как впрочем, и вся деятельность Ленина в тот период. Для Ленина дальнейший путь был ясен, это движение вперед к социализму. В дальнейшем российский пролетариат под руководством партии большевиков проложил этот путь на практике. Но дело в том, что не все разделяли точку зрения Ленина.
Спор Ленина с Каутским
Карл Каутский и Владимир Ленин. Эти два выдающихся мыслителя являются родоначальниками политических течений, которые определяли европейскую политику в течение всего ХХ-го века. Сейчас часто приходится слышать о марксизме и марксистах. Но если уж по-честному, то марксизм давно уже прекратил свое существование, как единое течение, разделившись на ленинизм и каутскианство. Совершенно непримиримые, во многом противоположные идейные традиции.
Суть разногласий в общем-то вполне проста. Ленин считал, что ситуация в период Первой мировой войны уже созрела для революционного низвержения финансового капитала в любой из воюющих держав, установления диктатуры пролетариата и начала строительства социализма. В то время как Каутский и его последователи полагали, что все не так однозначно, что условия для социалистической революции еще не сложились. Каутский не был социал-шовинистом, поддерживающим свое правительство в войне. Он выступал за мир. Но он полагал, что империализм это только одна из форм политики финансового капитала и всеобщий мир возможен и без его ниспровержения. То есть при сохранении позиций той самой горстки избранных бизнесменов, контролирующих банки и монополии. В общем, каутскианцы считали и до сих пор продолжают считать, что дальнейшее хозяйственное развитие и некоторые реформы способны изменить характер капитализма. Сделать его, ну, добрее что ли.
Ленин писал: "Совершенно несерьёзен тот спор о словах, который поднят Каутским: назвать ли новейшую ступень капитализма империализмом или ступенью финансового капитала. Называйте, как хотите; это безразлично. Суть дела в том, что Каутский отрывает политику империализма от его экономики, толкуя об аннексиях, как «предпочитаемой» финансовым капиталом политике, и противопоставляя ей другую возможную будто бы буржуазную политику на той же базе финансового капитала. Выходит, что монополии в экономике совместимы с немонополистическим, ненасильственным, незахватным образом действий в политике. Выходит, что территориальный раздел земли, завершённый как раз в эпоху финансового капитала и составляющий основу своеобразия теперешних форм соревнования между крупнейшими капиталистическими государствами, совместим с неимпериалистской политикой. Получается затушёвывание, притупление самых коренных противоречий новейшей ступени капитализма вместо раскрытия глубины их, получается буржуазный реформизм вместо марксизма".[2]
Каутский предположил, что когда-нибудь в будущем империалистическая конкурентная борьба приведет к созданию некоего единого мирового картеля, сверхимперии, хозяйственной территорией для которой будет вся планета. Такой всеобщий глобальный империализм по мысли Каутского уже не будет создавать угрозу мировой войны.
«Сильная конкуренция гигантских предприятий, гигантских банков и миллиардеров порождает идею о картелях финансовых королей, поглощающих более слабых. Так может случиться и в настоящей мировой войне между империалистическими великими державами, союз сильнейших из них может положить конец соперничеству в вооружении.
Исходя из чисто экономической точки зрения, не исключена возможность того, что капитализм пройдет еще через одну фазу. Система картелирования будет перенесена во внешнюю политику. Наступит фаза сверхимпериализма с которым мы должны бороться в такой же степени как и с империализмом. Но опасность сверхимпериализма лежит в совершенно иной плоскости, а отнюдь не в плоскости того, что он будет угрожать всеобщему миру».[3]
Каутский считал, что для того, чтобы обеспечить долгосрочный мир, необходимо прежде всего укрепление выборной демократии, снятие различных ограничительных барьеров в международной торговле, свободное движение капитала, отказ от империалистической политики захватов и аннексий. Он считал, что последовательное соблюдение этих принципов способно со временем создать условия для формирования мирового картеля, общей финансовой системы капитализма, охватывающей весь мир. Международного финансового капитала. Это должно было привести к тому, что войны исчезнут, так как не будет возникать трений по поводу дележа хозяйственной территории.
Ленин, не мог принять такого хода рассуждений. Ему было очевидно, что уже в то время в 1910-х годах, на глазах, противоречия углубились настолько, что делают невозможным само существование капитализма, не говоря уже о его переходе на какую-то новую стадию. Каутский не говорил о революции, а обещал в будущем мирный капитализм, если союз сильнейших держав победит в войне и положит конец соперничеству. Ленин считал это предательством. Он соглашался с тем, что теоретически "ультраимпериализм" может быть и возможен, но считал это бессмысленной умозрительной конструкцией. Намного более вероятно, полагал Ленин, что капитализм вовсе исчезнет до этого времени, превратившись в свою противоположность, то есть в социализм.
Думаю, мы бы сейчас не вспоминали бы о Ленине, если бы он не показал на практике, что социалистическая революция способна победить, и если бы, в том числе благодаря Ленину не была создана мировая система социализма. Ленин делом, в прямом смысле слова, доказал свою правоту. Но он не мог предвидеть, что спустя 70 лет, международная система социализма прекратит свое существование. Тем не менее, это произошло. Так может быть в итоге Каутский оказался прав?
Сказать, что этот стародавний спор стал снова актуален, значит ничего не сказать. Он приобрел прямо судьбоносное значение, особенно для нашей страны, для России, а точнее для Союзного государства, ибо с Белоруссией мы связаны одной цепью. От ответа на вопрос кто прав: Ленин или Каутский зависит будет ли вообще существовать Россия. Постараюсь это пояснить.
Ультраимпериализм
Если мы станем оценивать тот глобальный мировой порядок, который наступил после крушения мировой системы социализма, то должны будем принять, что Карл Каутский не ошибся в своих прогнозах. Наступила фаза развития капитализма, в которой вся мировая экономика оказалась внутри общей хозяйственной территории, общего экономического пространства, в которой вся промышленность оказалась поделена между крупнейшими транснациональными корпорациями с тесно переплетающейся структурой собственности. Самое главное то, что вся мировая экономика оказалась основана на единой финансовой системе, в основе которой лежит доллар, эмитируемый банковским сверхкартелем - Федеральной резервной системой США.
Это в общем виде вполне соответствует тому, что описывал Гильфердинг для отдельных государств и что предсказывал Каутский для всей планеты. Это монополистический сговор, финансовый капитал, завоевавший мировое господство.
Впрочем, наступление новой постимпериалистической эпохи можно было смело констатировать еще раньше, уже после окончания Второй мировой войны. Империализм тогда остался только в штампах советской пропаганды, но на деле он приобрел уже совсем новое, глобальное качество. Теперь уже мир не был поделен на хозяйственные территории империалистических держав, где хозяйничали только монополии данной державы. Теперь бывшие колонии получили независимость, образовалось большое число новых государств. Но каждое такое государство сразу же попало в полную зависимость от международного финансового капитала. Теперь уже в мире не было места противоречиям между империалистическими державами из-за хозяйственной территории, ведь вся планета, кроме социалистического блока превратилась в единую хозяйственную территорию глобального капитализма.
Да, прогноз Каутского в какой-то степени сбылся. Но ведь концепция "ультраимпериализма" - не просто прогноз. Это в первую очередь упование на то, что всемирный картельный сговор сведет на нет агрессивную империалистическую политику и милитаризм. Ну что же, нас можно поздравить! Наступила эпоха ультраимпериализма и принесла нам всеобщий мир.
Но, погодите, что-то тут не так. Ультраимпериализм есть, а вот как раз мира-то и нет. И проблема отнюдь не только в нынешней войне между РФ и Украиной. Локальные войны той или иной степени интенсивности шли непрерывно вразных частях планеты на протяжении всего периода и после окончания Второй мировой войны и после ликвидации мировой системы социализма. За последние десятилетия мы являлись свидетелями масштабных конфликтов не только в Африке и в Западной Азии, которые по общему признанию являются самыми неспокойными территориями планеты, но также и в Юго-Восточной Азии и даже в Европе (Югославия). К сожалению, и на территории бывшего Советского Союза война стала вполне обыденным делом.
Во времена Каутского можно было только умозрительно рассуждать о мире ультраимпериализма. Но сегодня мы можем на практике проверить его концепцию. Вопрос состоит только в том, положила ли в самом деле новая эпоха конец войнам? Сегодня мы можем дать совершенно однозначный ответ. Нет. Война для многих регионов мира стала обыденным делом, она превратилась в образ жизни. Но эти войны совсем не похожи на империалистический дележ хозяйственной территории.
Есть общая черта, объединяющая все войны последнего времени. По своей сути это конфликты между какими-то группами региональных "элит" одной страны или двух-трех стран, целиком зависящих от международного финансового капитала, из-за каких-то региональных интересов. Даже если брать наиболее масштабный конфликт последнего времени - текущую российско-украинскую войну, то сколько бы ни пыжились некоторые пропагандисты изобразить это дело как некое глобальное столкновение России и Запада, но на деле это просто война двух региональных держав России и Украины и не более того. Принципиально она ничем не отличается от конфликта, например, Эфиопии с Эритреей или Армении с Азербайджаном, разве только масштабами боевых действий.
При этом, как и в любом подобном столкновении, противоборствующие стороны обращаются к "мировому сообществу", как к арбитру, который должен разрешить существующие противоречия. Однако мировое сообщество в большинстве случаев ничего решить не может, политики просто начинают болеть за ту или другую сторону конфликта, либо просто не обращают на него внимания. Конфиликты множатся и принимают все больший масштаб. Но долгосрочный мир впереди, обычно не просматривается.
Империалистическая война - это прежде всего борьба независимых финансовых капиталов, монополистических объединений из-за рынков сбыта. Современная война эпохи глобализма уже имеет другую природу. Это борьба периферийных элит между собой, в которой каждая сторона стремится прежде всего доказать "мировому сообществу", что ее противник это "нацисты", "империалисты", "коммунисты", и вообще враги всего прогрессивного человечества. А в первую очередь, старается продемонстрировать, то противник - враг свободы торговли, движения капитала и мировой финансовой стабильности.
Ультраимпериальзм или глобализм, возможно сглаживает противоречия между великими державами на почве конкуренции за хозяйственную территорию и раздела рынков сбыта. Но кто сказал, что это единственная причина возникновения политических противоречий? Если отсутствуют трения между крупными империалистическими державами из-за хозяйственной территории, то почему не может быть противоречий между малыми государствами, продающими концессии международным монополиям? Например из-за месторождений полезных ископаемых или из-за транспортных маршрутов. Да и даже внутри одного государства могут быть противоречия по поводу того, кто будет стоять у власти и торговать этими самыми концессиями. Такие противоречия неизбежно приобретают острый характер в условиях экономических неурядиц того или иного рода. Причем, чем глубже экономический кризис, тем острее может быть политическое противостояние, и тем большие массы населения в него могут быть вовлечены.
Но может ли загнивающий, паразитический капитализм, руководимый международным финансовым капиталом, действительно способствовать хозяйственному развитию и экономическому процветанию? Современный глобальный капитализм, основанный на искусственном вскармливании частного бизнеса и сдерживании развития государственного сектора, только тормозит прогресс и хозяйственное развитие целых регионов мира. Именно это ведет к постоянной нестабильности и и военным конфликтам. В следующей части мы увидим как это происходит на примере Африканского Рога. Региона, который является родиной древнейшей цивилизации, но десятилетиями подвергается грабежу международным капиталом и утратил способность самостоятельно выбраться из пучины голода и войны всех против всех.
Глобализм, основанный на свободе торговли, свободе движения капитала, а фактически на свободе капиталистического грабежа, также угрожает всеобщему миру, хотя эта опасность связана не с дележом хозяйственной территории финансовыми картелями. Эта опасность связана с подавлением развития производительных сил, путем навязывания международным финансовым капиталом архаичного свободно-рыночного уклада. А там, где производительные силы не развиваются, туда неизбежно приходит война.
Каутский ошибался. Всемирный сговор финансового капитала не устраняет опасность войны. Наоборот, консервируя отживший капиталистический уклад он ведет к хозяйственному застою и обострению противоречий, которые неизбежно выливаются в кровавые войны. Эти войны еще более усиливают хозяйственную разруху. Примеры такого рода войн можно приводить десятками. Но дело не в отдельных конфликтах, которые вспыхивают то тут то там на земном шаре. Дело в том, что целые регионы мира погружаются в пучину бесконечных войн и хаоса.
1. Гильфердинг Р. Финансовый капитал. 399 с.
2. Ленин В.И. Империализм, как высшая стадия капитализма Империализм, как высшая стадия капитализма // В.И. Ленин. Полное собрание сочинений. Издание пятое. Том 27. М.,1962.
2. Каутский К. Империализм // К. Каутский. Демократия и социализм. Фрагменты работ разных лет. М., 1991. С. 20