"Северная быль", "Изгой" - Алиса

Холодно.

Земля - как камень, воздух - как сталь, режущая лёгкие. Но он узнал, что такое настоящий холод. Ещё он узнал, что у каждого свой ад – у кого-то черти со сковородами, у кого-то яма со змеями, а в его аду было пустынно и смертельно холодно.

Человек выдохнул воздух. Пар полетел вверх, чтобы стать облаком, совсем как в песне, которую он пел когда-то. Постояв ещё немного, он вернулся в избу. Именно избу. По-другому назвать это строение было нельзя. Да и по-другому оно звучало бы здесь, в глухой сибирской деревушке, неуместно.

Открыв книгу, он продолжил чтение. Он и раньше много читал, стараясь привозить с гастролей какую-нибудь новую книгу, в основном классику, но теперь он читал только церковные писания. Это помогало обрести равновесие и покой. После той аварии, когда он всё потерял, и двух лет больницы, это было необходимо.

За дверью послышался шум подъезжающей машины, затем хлопок двери и разговор людей. В дверь постучали.

- Кто там?
- Константин Евгеньевич, откройте! Мы с Вами хотим поговорить.

Закрыв книгу, он подошёл к двери.

- Уходите, пожалуйста. Я никого не хочу видеть.
- Но, Константин, всего лишь несколько вопросов, это не займёт много времени.

Дверь распахнулась. На пороге стояла молодая женщина с микрофоном в руке, за её спиной был парнишка с видеокамерой.

Не дав журналистке произнести ни слова, он терпеливо, но настойчиво заговорил:

- Послушайте, я уехал сюда, чтобы никого не видеть. Вы можете это понять? Всё, что я хотел сказать, я уже сказал! Я хочу, чтобы меня просто оставили в покое. Это не так сложно понять! Уезжайте!

И закрыл дверь.

- Константин!

Но он уже её не слушал. "Как жаль! Такое хорошее место, только все привыкли, с расспросами перестали лезть… Неужели опять переезжать?"

За дверью всё стихло. Только слышался женский голос: "Я же говорила…"

Он встал и вышел за дверь. Женщина достала телефон, набирала номер, парнишка грузил аппаратуру в багажник.

- Тут телефон не работает, даже не пытайтесь, - негромко произнёс он, подойдя к ним.
- Как Вас зовут?
- Елена.
- Послушайте, Елена, я действительно не хочу никого видеть, ни с кем не хочу говорить, это не каприз и не кокетство. Поставьте себя на моё место.
- Нет, на Вашем месте я не хочу быть, – с грустью и сочувствием в голосе произнесла журналистка.

Он посмотрел ей в глаза.

- Я рад, что Вы меня поняли, - сказал он и направился к избе.

Потом остановился на пороге, обернулся и сказал:

- Не говорите никому, что нашли меня.
- Хорошо, - ответила Елена.

Она захлопнула дверь, машина поехала по ухабистой дороге.

Он стоял и смотрел её вслед.

Земля была, как камень, воздух был как сталь.

Холодно.