И вновь борьба за жизнь человеческую. Наши воины отдают свои жизни на окраине России, чтобы спасти жизни других от зверств б-нд-ф-рм-р-в-ний и В-С-У, а в центральных областях России (на исконно русской земле) не дают даже родиться тем, кому надлежало жить. Речь идёт о снижении рождаемости в России и критически низком демографическом показателе.
Об этом на канале уже была статья «Жизнь и смерть всегда рядом». Но в этот раз, мне хочется рассмотреть данный вопрос в несколько ином (глубинном) ключе, поэтому я обратилась к нашему знакомому этнологу Е.А. Евтушенко, чтобы он пояснил снижение рождаемости в России с точки зрения пассиионарной теории Льва Гумилёва.
И вот что он написал
Сразу отмечу, что сегодня мы будем говорить о глубинных, этнологических причинах этого явления. Такие вопросы, как влияние гибридной войны на снижение рождаемости и увеличение смертности, и др. факторы, связанные с глобализацией («тихим геноцидом») рассматриваться не будут.
Во-первых, надо сказать, что с 1990 по 2019 г. коренное население России сократилось, по самым скромным подсчетам, на 15 млн. человек. А, возможно, и больше. (В 2020-21 гг. ситуация резко ухудшилась, но это уже отдельная тема). Эти потери сравнимы с потерями в мировой войне! Что же касается численности населения в РФ, сопоставимой с РСФСР (148 млн.), то она удерживается за счет вернувшихся из республик русских и получивших гражданство мигрантов.
Как случилось, что даже в репрессивные 1930 - е годы у нас был прирост населения, а в годы освобождения от коммунистического режима - спад? В России и раньше случались демографические ямы. Они были вызваны войнами, смутами, революциями. Но продолжалось это недолго. И сразу после окончания этих событий следовал быстрый прирост населения. Срабатывал старый демографический закон: «бабы ещё нарожают». Сегодня рожают мало. Впервые за 700(!) лет, начиная с 14-го века, когда возникает Московское государство (в котором мы сейчас и живем), наблюдается длительный, устойчивый спад. Причем, происходит он в «мирное» время.
В чём же причины высокой смертности и низкой рождаемости? Чаще всего называют снижение уровня и качества жизни, слабую гос. поддержку, плохую экологию, естественные демографические «ямы» и т.д. Все это так, однако, если копнуть поглубже, мы увидим, что главной причиной являются не столько материальные трудности (бывали времена и похуже), сколько тот духовный надлом, который пережил наш народ в период радикальных преобразований 90- х годов, и который переживает до сих пор. В результате за истекшие 30 лет было потеряно самое главное – смыслы существования. (Куда идем? Зачем идем? – Да и нужно ли куда-то идти? Может быть, надо «брать от жизни все!», и не заморачиваться?)
Лев Гумилёв отмечал, что в истории иногда бывают периоды, когда жить вроде бы можно, но противно. В такие времена многие люди теряют «волю к жизни», они перестают хотеть жить. В этом и заключается главный кризис. Не просто поверхностный социально-экономический кризис, о котором нам все время твердят, но именно системный, глубинный кризис, когда поражаются самые тонкие ткани национального организма, его нервная система, его мозг. Когда поражается душа народа!
Для сравнения. В послевоенное сталинское время уровень жизни был ниже, чем сегодня, люди жили в бараках, ходили в телогрейках, и мясо ели не часто. Но они свято верили в то, что завтра будет лучше, чем сегодня. (И для этого были основания, например, – ежегодное снижение цен в 1947 - 1954 гг.) Они были спокойны за будущее своих детей, поэтому рожали. Конечно, приросту населения способствовали такие следствия тоталитаризма, как запрет на аборты, затруднение разводов, уголовное преследование за половые извращения, цензура в СМИ и многое другое. Забота о детях была приоритетом государственной политики. Но главное – та советская система, при известных недостатках, базировалась на традиционных ценностях: патриотизме, коллективизме, взаимопомощи, строгой нравственности.
В 1960 - 80 годы эта система ценностей начала постепенно разрушаться. Появились признаки надвигающегося духовного кризиса. Начал набирать силу буржуазный, прозападный стереотип поведения («надо пожить для себя», «нечего нищету плодить!» и пр.) Одновременно с этим резко ускорилась урбанизация, которая всегда отрицательно влияет на демографию. И, как результат, с 60-х годов, у нас стала падать рождаемость! Перепись 1979 г. показала большой перекос: прирост населения среди русских и большинства коренных народов РСФСР заметно снизился, в то время, как на Кавказе, и, особенно, в Средней Азии произошел всплеск рождаемости.
Вы спросите, – почему кризис 90-х ударил, в первую очередь, по русским?
Во-первых, русские, будучи с 15 - 16 веков(!) ведущим, государствообразующим народом, во всех смутах и войнах несли самые большие потери, поскольку принимали первый удар на себя. Особенно это касается катастрофичного 20 века.
Во-вторых, (и это главное) если посмотреть на проблему не с привычной политической или социально-экономической точки зрения, а с позиции теории этногенеза Льва Гумилёва, то мы увидим, что корни уходят в другой, более глубокий – этнический кризис, который поражает весь национальный организм или, по терминологии Гумилёва, – этническую систему. В результате эта сложная, биосоциальная система выходит из состояния равновесия и ее начинает лихорадить. Сопротивляемость этноса внешним и внутренним воздействиям снижается.
Причины:
1) В резком пассионарном, т. е. энергетическом спаде – с высокого до среднего уровня – что приводит к увеличению числа субпассионариев (социальных паразитов) и активизации антисистем (пятой колонны).
2) В расколе единого этноса на две-три части, которые начинают враждовать между собой, растрачивая пассионарность во внутренних конфликтах (либералы и консерваторы, красные и белые и др.).
Мы об этих вещах уже говорили. У Гумилёва этот период, называется «фазой надлома». Продолжается он 150-200 лет и наступает спустя 600-700 лет от начала этногенеза. Повторю, что начало российского этногенеза выпадает на 13 век – конец Древней Руси (славянский этногенез, с 1 по 13 вв.) и зарождение Московской Руси - России. Можно сказать, что надлом – это болезнь среднего возраста, поскольку виток этногенеза составляет приблизительно 1200 – 1300 лет, редко – 1500. (См. в моей КНИГЕ «Пассионарная теория этногенеза Л. Н. Гумилёва: осмысление и попытка применения», раздел Фазы этногенеза)
Наша этническая болезнь началась в 1830-е годы и стала заметной в середине 19 века. С этого времени русский народ стал быстро терять религиозность, отказываться от традиционных ценностей, впадать в различные пороки. И происходило все это, в масштабах истории, довольно быстро. Особенно быстро разлагалась «элита» и «интеллигенция».
Если выделить главное, то надлом есть этническая шизофрения - раздвоение коллективного бессознательного этноса (суперэтноса). Причина заключается в том, что в фазе надлома всегда происходит болезненный переход от «традиции» к «модерну», то есть от религиозных, коллективистских ценностей к буржуазным, индивидуалистическим, которые к концу этой фазы начинают преобладать (не абсолютно, но относительно). Разумеется, все это с поправкой на культуру и архетипы данного этноса или суперэтноса (цивилизации). Ближайший пример – ментальное разделение Европы в 16 веке на католическую (традиционную) и протестантскую (модернистскую), и долгая война между ними.
Чтобы добраться до сути нашего демографического вопроса проследим историю России с 1900 по 1960-е гг. в аспекте этнологии.
Картина будет такая. Первое резкое обострение этнической болезни произошло в начале 20 века, перед всеми революциями. (О чем сегодня многие не подозревают, даже идеализируют этот период!) Церковь в это время быстро теряет свое влияние. В народных низах, особенно городских, наблюдается развращение нравов и расцвет религиозного сектантства. Происходит люмпенизация населения, появляется множество босяков-субпассионариев, растет криминал, пьянство, проституция и пр. В верхах еще хуже – спиритизм, разврат, наркомания и другие пороки. В высших кругах набирает силу масонство. «Образованное общество» все больше отрывается от русской почвы и денационализируется. Дикий капитализм, накладываясь на этнический надлом, еще более усугубляет ситуацию.
Таблетки, которые давали Александр III и Николай II больному уже не помогают, встает вопрос об операции. При этом внешне все выглядит относительно благополучно. В начале XX века растет экономика, развивается наука и образование, появляется доступная медицина (что сказывается на приросте населения). Вроде бы все неплохо, а напряженность растет!
Таким образом, в начале 20 века мы наблюдаем первый духовный надлом и кризис смыслов в русском обществе. Что, кстати, и проявилось в культурно-философских поисках и «метаниях» Серебряного века.
Операция по спасению больного производится в 1917-20 гг. По самому жестокому сценарию. С излишним кровопусканием и отрезанием здоровых тканей. Причина – в космополитическом факторе глобализации (зарубежные спонсоры революции и интервенции, чужаки-исполнители).
После революции страну лихорадит три года, затем наступает некоторая стабилизация (1 этап). Происходит это, главным образом, за счет преодоления этнического раскола – удаления из этнической системы лишнего, мешающего элемента – условных белых (либералов-западников и отчасти буржуа). Коллективная шизофрения на какое-то время утихает, точнее – переходит в латентное состояние
Кто-то из читателей на это может возразить, что во всех бедах революции виноваты злодеи-большевики и нечего тут «огород городить». Только это совсем не так.
Поясняем для тех, кто не понял: гражданские (т. е. внутриэтнические) войны с участием миллионов людей по воле небольшой кучки заговорщиков, и на пустом месте – не возникают! Для этого надо накопить критическую массу внутренних противоречий и зайти в исторический тупик, где «реформы» уже невозможны. (См. цикл статей на канале «О роли народа в истории»: «Кто двигает историю..» и «Мало знать историю, ее нужно понимать…»)
Далее. После сталинской жестокой «терапии» (2 этап стабилизации), система, с одной стороны, несет потери (невинно репрессированные), но с другой – укрепляется за счет отстранения от власти антисистемщиков – троцкистов и прочих врагов народа.
Для нашей же темы главное, что с конца 1920-х происходит отход от «революционных свобод» и возвращение к традиционным ценностям – патриотизму, крепкой семье, нравственным нормам. При этом резко уменьшается число субпассионариев (тунеядцев, бродяг, мелких уголовников), которых «берут в оборот» и заставляют работать на общее дело. Именно в этот период страна совершает свой знаменитый рывок (с конца 1920-х - до 1950-х гг.) Все это время наблюдается интенсивный прирост населения, особенно в предвоенные, репрессивные 30-е годы. Этому способствует два важнейших фактора: 1) появление новых целей и смыслов у молодого поколения советских людей («Мы рождены, чтоб сказку сделать былью!..»), и 2) преобладание сельского населения над городским, то есть, сохранение влияния традиционного, патриархального уклада (даже в первом поколении горожан).
Однако, со временем выясняется, что больной не выздоравливает окончательно, а получает лишь временное облегчение. Сталинского лечения хватает лет на тридцать, с последующей инерцией до конца брежневского периода (1982 г.). Что, впрочем, для надлома немало.
Приблизительно с конца 1960-х этническая система вновь начинает разбалтываться, сначала незаметно, затем по нарастающей. Снова происходит пассионарный спад («социальная апатия»), сопровождаемый повторным расколом этноса на уже известные две части. Главный антагонизм 1960-80-х: буржуазный человек-индивидуалист – против традиционного человека-коллективиста. Одновременно к 80-м годам в городах заметно увеличивается число субпассионариев: «бичей», «алкашей» и пр.
В русском обществе вновь проявляется кризис смыслов и духовный вакуум – все те же вопросы: «куда идем?» и «во что верить?». История повторяется. Старшее поколение все это помнит.
В конце концов, все заканчивается катастрофой 90-х., когда на «домашнюю» этническую болезнь вновь накладывается внешний фактор глобализации. Все опять проходит по самому жестокому сценарию! Причина – в сохранении в составе российского суперэтноса пятой колонны – антисистемных групп, которые, меняют окраску с троцкистской на «либеральную».
В действительности, 20 век был особенно тяжелым для России. Такого еще не было. За одно столетие российский суперэтнос переживает два глубочайших внутренних кризиса – в начале и конце! Плюс потери в 1930-е гг. (коллективизация и пр.) Это много даже для катастрофичного 20 века!
Именно в этом и заключается этнический надлом – возрастная болезнь русского этноса, шире – Российского суперэтноса (Большой России). Для сравнения: с 13-14 веков – т. е. с начала нового витка русского этногенеза – в России был только один сопоставимый кризис – Смута нач. 17 века. Это был кризис роста, связанный с избытком пассионарности аристократии и дворянства. А в 20 веке – два кризиса. И еще – жесточайшая война «элит» в сталинский период. При этом русскому народу, как народу имперскому, досталось больше всего (Подробнее см. в Книге гл. «Фаза надлома»).
Делаем вывод. Если копнуть поглубже, то выясняется, что наши демографические (и не только!) проблемы имеют, главным образом, внутриэтническое происхождение. Больные и полубольные народы плохо рожают. Так же как и народы буржуазные. У нас то и другое переплелось. Что же касается внешнего фактора глобализации и внутреннего фактора «либеральной» пятой колонны, то они только наложились на «домашнюю» болезнь и заметно ужесточили ситуацию. (Подробнее см. мои статьи на Дзен-канале «Вход в будущее»: «Теория пассионарности Гумилева о современном состоянии России» и «Теория пассионарности Гумилева о будущем России»)
Возникает естественный вопрос: так что же, это конец? И русские обречены на вытеснение более пассионарными народами?
Нет, это еще не конец. И мы об этом уже говорили. Согласно теории пассионарности за надломом следует благополучная фаза инерции (около 300 лет), когда этнос (суперэтнос) выздоравливает и обретает новые силы, как это было, например, в Европе в 17-20 веках. Судя по всему, российский суперэтнос находится на пороге этой фазы (за исключением Украины). Возможно, мы одной ногой вошли в нее. Болезненный межфазовый переход (более 20 лет!) на наших глазах завершается, и мы выздоравливаем.
Вновь спросят: как это выздоравливаем? Посмотрите на коррумпированных чиновников, олигархов, на образование, на «культуру», на молодежь!
С точки зрения этнологии – это наследие межфазового перехода, когда этнос теряет иммунитет и на его поверхность поднимается всякая дрянь. И эта дрянь быстро исчезнуть не может. Но этнология учит смотреть не на статику, а на динамику. Не на поверхность истории, а на глубинные процессы. Для нашей темы важно, что сегодня этническая динамика – положительная!
Показатели – преодоление красно-белого раскола, уменьшение числа субпассионариев и ослабление антисистемной пятой колонны (относительно 90-х). Но главное – это неожиданный для «либералов» и прочего «гламура» взрыв патриотических настроений после 24 февраля 2022 года. (Первый всплеск был в 2014 году.)
Народ, про который все забыли, на наших глазах обретает единство и выходит на авансцену истории. Он говорит свое громкое «нет!» всем этим либеральным «переговорщикам» и эстрадным русофобам, которые, как бы они не старались, помешать этой пассионарной волне уже не смогут.
Почему не смогут? Да потому, что этногенез никакими волевыми решениями и «технологиями» отменить невозможно, он идет по своим природным законам. И эти законы, на данном историческом отрезке, работают на нас!
Если же говорить об Украине, то события там – это типичный «зигзаг» в этногенезе (термин Гумилёва). Если коротко, то это лечится. Уже сейчас лечится. (Подробнее смотрите в Книге гл. «Об Украине»)
Конечно, «либералы» со своей стороны могут вмешаться и как-то повлиять на процесс, который начался 24 февраля, устроив какую-нибудь пакость. Собственно, уже вмешиваются. Но!.. Но помешать ходу истории они не в состоянии. Процесс «русской сборки» пошел, и его уже не остановить! Это главное. Все остальное: экономика (новая индустриализация), политика (чистка «элиты»), социальные изменения (возвращение к элементам социализма), демография (защита семьи) – приложится!
Тем и хорош Гумилёв, что он показал нам, где причина (этническая система), а где следствие (все остальные системы – социальная, экономическая, политическая), которые у нас до сих пор многие принимают за причины.
Что же касается сроков, то быстро такие дела не делаются. Важно понять, что мы вступаем в длительный мобилизационный период – период затяжной войной или чередой войн. Во время которого, как это ни парадоксально, и будет происходить очищение и возрождение страны! Для нашей же темы важно, что именно в этой борьбе русский народ, наконец, обретет те смыслы существования и уверенности в завтрашнем дне, о которых мы говорили. И, следовательно, – демографический спад будет преодолен.
Поэтому сосредоточимся и наберемся терпения. Впереди – борьба. Борьба за Россию.
Мне кажется, что Евгений Альбертович дал очень хороший прогноз нашему будущему. А как вы считаете, друзья?