У нас непрерывно циркулируют слухи, что китайцы вот-вот займут весь Дальний Восток, а там отожрут Сибирь, и они уже вот там, на низком старте 100 миллионов стоят на границе и хотят ринуться на нас. А посмотришь на карту, где там густота населения обозначена, они все живут вдоль берега тёплого моря, где всякие гады плавают, которых жрать удобно. Что-то не видно никакой тяги даже в суровые районы Китая, на северную границу, не говоря про нас. Они хотят нас завоевать или нет?
Вы знаете, я столкнулся с таким термином, его Поль Лурье Бауль или Буоль, французский публицист, я запомнил годы жизни – 1843-1916, он первый ввёл в политический обиход словосочетание «желтая экспансия», или «жёлтая опасность». Он уже тогда, почти 100 лет назад, говорил о том, что азиатские драконы, прежде всего, Китай и Япония, они воспрянут. Воспрянут и будет очень тоскливо и Европе и Америке за эти все колониальные придирки разные, за эти вот…
Опиумные войны. Да, китайцы это не забыли, китайцы очень злопамятные ребята, это надо отбросить весь политес и говорить всё своими именами. И вот он говорил о жёлтой этой опасности. Но вы знаете, я слышу эти вопли, я называю это воплями, потому что даже Дальний Восток может совершенно точно подтвердить, что там больше узбеков, армян, азербайджанцев, молдован… И ингушей на Колыме. И вы знаете, больше чем китайцев. Но можно не верить в это, можно зайти на сайт МВД России, Федеральная миграционная служба, отчёт за 2021 год уже появился, и мы видим, что китайцы на 10 месте, или в десятку не входят.
Живёт по официальным данным порядка 400 000 человек постоянно. Но эксперты говорят, что, в принципе, цифру можно поднимать примерно на 20-40%, потому что, я совершенно точно знаю, что в Иркутске, в Центральной России можно без регистрации находиться, китайцы это делают. Поэтому, даже если мы умножаем с вами, давайте плюс 50%, т.е. 450 тысяч. А узбеков - 1 800 000. О какой угрозе мы говорим? Об узбекской. Понимаете, мы говорим о других, молдаван 800 000, таджиков полтора миллиона. Всего у нас в России в прошлом году въехало 14 337 084 человека. Я запомнил. Я такие цифры очень хватаю, они мне… я обдумываю, знаете, как китайцы говорят – «император должен заниматься ничегонеделанием. Просто думать». Я, знаете, иногда играю в императора – ничего не делаю и думаю.
Я могу сказать, то это всё чушь, никакой этой угрозы нет, и более того, не надо бояться войны с китайцами, потому что китайцы не ведут никаких войн, они даже в этом конфликте 62 года, с Индией был конфликт из-за территорий, повоевали чуть-чуть, т когда Англия и США начали поставки оружия в Индию, а Советский Союз встал в нейтралитет, в стороне, китайцы дали заднюю, вот и всё.
Вот дружба это хорошо, но дружбы между государствами не бывает. И быть не может. И быть не может, конечно. Иначе для чего у нас разведки? Ну, простите, вас учат, вас развивают, учат воровать, бивать для того, чтобы вы добывали самую важную информацию, чтобы руководство страны могло проводить политику обеспечения безопасности страны.
Почему вдруг дружественные нам китайцы пошли на контракт по газу, который 10 лет они пинали, наши высокую стоимость задавали, это было невыгодно китайцам. Они дождались того момента, когда против нас ввели санкции, все от нас отвернулись, и мы бросились в объятия братьев-китайцев. По сколько китайцы купили газ? Дорого. Засекречено. В том-то и дело, что китайцы выждали момент, и купили его по очень низкой цене, возможно, даже по цене, когда Россия потеряла бы лицо, если бы Европа узнала, по сколько китайцы отжали нас с этим газом, понимаете. Это неприятная ситуация. Я считаю это поражением.
И мало того, что 10 лет контракт этот не шёл, пока Путин не прилетел. Действительно, у них хорошие на политическом уровне отношения с лидером Китая и с Ху Цзиньтао, тот после избрания первый официальный визит наносит в Россию, в Москву, а, соответственно, наши – и Медведев, и Путин, президенты – в Китай. Здесь да, американцы ревнуют, Европа тоже ревнует.
Хотя китайцы говорят, заключают с нами сделки, нам клянутся в дружбе, что не будут работать, и тут же, через неделю, Си Цзиньпин летит в Европу, подписывает там на 15 млрд. долларов контрактов. Как это называется? Это называется «выждать момент». Выждать момент, и в самый неподходящий в спину, пожалуйста, раз – и воткнуть кинжал. Ну это же, как мне кажется, китайская, китайская психология, в моём понимании. Это китайские стратагемы, совершенно верно. Нет друзей, вообще никого, есть враги – очевидные, неочевидные, будущие, завтрашние. И вот я тут среди вас, сижу и смотрю, с кем мне дело иметь, с кем не иметь.
Вот именно такой прагматизм, именно такой живой язык, именно так они такими категориями мыслят. Они так и делают, понимаете. Поэтому, ну я не знаю, я бы не называл китайца другом, потому что у Китая, действительно,, нет друзей. Не надо иллюзий никаких.