На следующий день картинка повторилась: Даниэль ждал Есению у входа, держа в руках одинокую красную розу.
- Привет, Baby! Можешь не верить, но я соскучился, - он приобнял девушку и быстро, пока та не среагировала, чмокнул ее в щечку.
- Почему, верю. Я сама по себе иногда жутко скучаю, - как всегда лучезарная улыбка осветила ее милое личико.
- Вечером пойдем куда-нибудь? Может, в клуб? Я знаю один tollen Club… крутой клуб. Я там как-то работал...
- Не получится. Я уже обещала этот вечер другому, - кокетничала Есения, ни на секунду не переставая улыбаться.
- Алексу?
- Да.
- Nein! - вырвалось у него. - Он когда успел? - солист огляделся по сторонам, словно ища спрятавшегося соперника. – Ну и куда вы?
- В кино.
- Ну, конечно, куда он мог тебя еще позвать, - недовольно хмыкнул Даниэль. - Он же весь такой в доску правильный... seriell... последовательный, с предками живет, на квартиру копит…
- Данечка, а ты что ж это ревнуешь?
- Нет, прикалываюсь! - не сдержал тот своего раздражения, распахнув перед девушкой дверь.
Она вошла внутрь, а он, оставшись стоять на месте, взъерошил рукой волосы на голове и выругался на чистом немецком:
- Scheiße! Mist! Schit! - и со всего маху ударил кулаком по стене, разбив себе руку в кровь. - Schit! Schit! Schit! Ничего, посмотрим еще, кто там… и с кем! - влетел в здание, с грохотом бросив дверь.
"Что творит любовь, - подметил про себя во время репетиции Владимир Дурнев. - Наша "звезда" опять в ударе, а барабанщик, что вытворяет!" В этот раз Даниэлю лучше всего удавались лирические рок-баллады, сколько же в них было любви и нежности, тоски и ревности. Удивительно, но за все время репетиции он ни разу не взглянул на бас-гитаристку, хотя еще вчера постоянно ловил ее взгляд. Слушая одну из баллад, Есения вдруг почувствовала ту боль, которая таилась в душе молодого человека, ту любовь, которая стучалась, чтобы вырваться наружу. Слезы непроизвольно потекли по ее щекам. "Как же я понимаю тех девчонок, которые визжат на его выступлениях. Наш Данечка талант, да и Сашенька... - она перевела свой взор с солиста на барабанщика, поймав его такой уже привычный добродушный взгляд. - Какие они все-таки разные..."
Как только закончилась репетиция, Даниэль подскочил к девушке и протянул руку за гитарой.
- Я с вами, - предупредил он.
- В кино?
- В кино.
Есения ничего не сказала, а лишь одарила его милой улыбкой.
- Так что? - не понял, как реагировать солист.
- Идем-идем! - хлопнул его по плечу Александр. - Надеюсь, билет ты еще успеешь купить. Мы на премьеру.
Штраус тут же сунул гитару приятелю и рванул к выходу, кинув:
- Встретимся у кинотеатра!
- Мы в "Кинозавр" идем! - крикнул ему вслед Княжин.
Продолжение следует...