Дмитрий и Лиза позавтракали в гостинице. Он съел яичницу с помидорами, бутерброд с сыром и кофе. Она - кашу с изюмом, круассан и сок. Дмитрий надел заготовленный костюм. Тот на удивление даже не помялся от долгой дороги и даже падения сумки в аэропорту. Лиза была в черном брючном костюме и куртке.
- Ты готова? - спросил отец. - Я вызвал такси.
- Да, пап. Пойдем.
- Ты в порядке, милая?
- Все хорошо, только грустно. Очень-очень тоскливо. - сказала Лиза. Отец погладил ее по голове.
- Пойдем. Эх, жаль нет зонта - льет как из ведра. - сказал он.
- Даже природа тоскует. - сказала Лиза.
Они поехали в такси на кладбище. Игорь не хотел для себя религиозных процедур и процессий. Он всегда считал, что похороны в большей степени нужны твоим близким, а тебе уже все равно. Хотя, конечно, каждому свое. В любом случае покойный уже не может ничего решать. Каждый примет свою судьбу, исходя из того, во что верил при жизни. Каков дальнейший путь и, что там, за кулисами - живым знать не дано. Простить, попросить прощения и проститься - вот и все, для чего нужны похороны.
Всем раздали зонты. Людей было немного. Игорь был официально дважды женат и официально дважды разведен. Детей у него было трое. Он любил своих детей и никогда не прекращал видеться с ними и заботиться о них. Только с его образом жизни - классический брак был невозможен. Он слишком много путешествовал - дома практически не бывал. Не так в головах женщины выглядит хороший муж, несмотря на всю его любовь и заботу. Что это стоит, если тебя нет рядом. А если тебя нет рядом, будет кто-то другой. Можно сказать, что Игорь был женат на своей работе и любовь у них была взаимная и искренняя.
- Здравствуйте, Дмитрий Иванович. Здравствуй, Лиза. - сказала старшая дочь Игоря. Глаза ее были красные от слез и отсутствия сна.
- Здравствуй, Ира. Прими наши соболезнования. Спасибо, что позвонила… - сказал Дмитрий. Они обнялись. - Как ты? Держишься?
- Приходится. Почти все легло на мои плечи. Хорошо, что папа все обдумал заранее и оставил четкие инструкции и деньги. - сказала она и заплакала. - Еще год назад. Как будто знал про тромб. Хотя кто мог знать…
- Значит тромб… - сказал Дмитрий. - А где он был в это время? Мы созванивались неделю назад, он говорил что-то про Грузию.
- Да, там все и случилось. Мне сказали, что от такого умирают мгновенно… так что, надеюсь ему не было больно. Говорил, что еще несколько командировок и на том все. Не… не…не - она рыдала. Дмитрий и Лиза немного успокоили ее.
- Ира, если что-то будет нужно, ты знаешь, скажи. И потом, тоже звони, хорошо? Если сейчас мы можем помочь чем-то.
- Ничего не нужно, не волнуйтесь. Спасибо вам, что приехали. - сказала она и отошла.
Люди начали подходить к гробу, чтобы попрощаться. Игорь выглядел почти так же, каким его запомнил Дмитрий. Высокий, бородатый, короткостриженный. Не было только постоянной улыбки на лице и никак не понять, что теперь в глубине этих больших карих глаз. “Люблю тебя, друг мой” - сказал Дмитрий Иванович и поцеловал Игоря в лоб. Он уже не мог сдержать слез, силы покинули его, ноги ослабли. Лизе пришлось помочь отцу отойти и прислонится к дереву. Дождь не переставал. Она смотрела на отца и сейчас видела в нем разбитого и резко постаревшего мужчину. Ей стало так страшно, что она обняла его и долго не отпускала. Она раньше никогда не видела смерть так близко как сейчас. Не понимала, как внезапно люди, даже самые близкие, могут оставить тебя навсегда. И тогда все, дороги назад нет. Не сказать ничего, не изменить.
- Я люблю тебя, пап. И маму, и Даню. Я вас очень люблю - сказала Лиза.
- И я тебя, милая. - сказал отец.
Когда они вернулись в гостиницу, оба заснули без сил и спали беспокойно. В темноте и тишине, оставив часть себя земле и дождю.
* * *
Обратный путь был и проще и труднее одновременно. Рано утром они вылетели из аэропорта Сочи. Перебрались на нужный вокзал. Пообедали в кафе: суп с фрикадельками, овощной салат, чай один без сахара, один вкусный. В поезде Лиза читала, Дмитрий смотрел в окно. Иногда они говорили о простых вещах. Пытались смеяться. Лизе казалось, что отец немного приходит в себя - снова не такой старый, снова улыбается, лицо не такое серое, только измотанное.
- Мама, нас встретит? - спросил он.
- Да, я написала Дане, уточнила. Он, кстати, сдал экзамен на четверку. - сказала Лиза.
- Молодец. Первый курс, первая сессия - дело нервное и важное. Ты не решила, куда хочешь поступать?
- Может на журналистику? - спросила Лиза.
- Почему бы и нет. Хорошая профессия, творческая. - сказал Дмитрий. - У тебя со всеми предметами хорошо, ты умница! Я тебе всегда говорил, ты можешь стать кем захочешь. Вы с братом - моя гордость.
- Да ладно, пап, ерунда. Я подумаю еще, но пока склоняюсь к журналистике.
Поезд прибыл во время. Мама встретила их на машине.
- Привет, мои дорогие! Как добрались? Устали? Ничего скоро отдохнете спокойно. Даня дома, готовится к экзамену. Движение сегодня на дорогах - просто ужас! Скользко, а они все гоняют. Магнитные бури наверное. - сказала она.
- Наверное. - ответил Дмитрий. - Знаете, девочки. Вы езжайте, а пешком прогуляюсь. Подышу чуть-чуть свежим воздухом. Налегке я быстро дойду.
- Ты уверен? Не замерзнешь? Может доедем? - забеспокоилась жена.
- Все нормально, не волнуйся. Мне нужно немного пройтись, а если замерзну - прыгну в трамвай. - сказал он.
Дмитрий шел по тротуару. Снег валил, заметая все вокруг. Солнце не было видно совсем. Он шел, погруженный в свои мысли, а точнее в воспоминания. Полезно иногда побыть одному, хоть идти было тяжело. Время только для себя и наедине с собой позволяет привести мысли в порядок, успокоить разум. Переживания последних дней были так сильны. Подходя к трамвайной остановке, он понял, что действительно начинает замерзать и решил доехать несколько остановок. Трамвай пришел быстро и, остановившись, раскрыл свои двери, призывая замерзшего пешехода. Дмитрий через дорогу направился к трамваю, но то ли магнитные бури, то ли, плохая видимость и скользкая дорога, а может невнимательность водителя автомобиля - не дали ему этого сделать. Ударом Дмитрия отбросило на несколько метров, но он этого уже не помнил.
* * *
Он отворил дверь квартиры своим ключом и вошел внутрь. Было тихо. Он повесил пальто, разулся, помыл руки в ванной и прошел на кухню. Там сидел высокий мужчина, с густой аккуратной бородой и карими добрыми глазами.
- Ну здравствуй, Дмитрий Иванович! - сказал мужчина.
- Ну здравствуй, Игорь. - сказал Дмитрий. - И ты здесь?
- Ну мы же всегда и во всем друг другу помогаем, забыл? - Игорь улыбнулся. - Угостишь чаем?
- Это верно, дружище… Конечно, какой заварить? Ты мне всегда привозил вкусный чай из своих поездок.
- Давай какой-нибудь горный черный - это мой любимый.
- Хорошо. - сказал Дмитрий Иванович. Поставил чайник, покопался на полке и вынул оттуда банку с горным чаем. Достал заварник и насыпал большую горсть чая туда.
- Знаешь, честно не думал, что мы так скоро увидимся. Но я рад что ты здесь. - сказал он.
- Всегда ты такой, Димка. Делать нечего, как я тебя одного оставлю. - сказал Игорь.
- Я, знаешь, тебя никогда не спрашивал одну вещь. А на твоих похоронах понял, что мне очень нужно знать. Да только уже поздно было, сам понимаешь. - сказал Дмитрий. Чайник закипел и он залил кипяток в заварник до самых краев.
- Понимаю. Спрашивай, конечно!
- Ты был счастлив? Жить той жизнью, которой жил, идти по пути, который выбрал? - спросил Дмитрий. Игорь почесал бороду. - Я имею ввиду, когда ты понял, что все, конец. Твоя история закончилась и больше ничего не будет. Ты сожалел о чем-то? Ты всю жизнь путешествовал, видел разные страны, разных людей, невероятные вещи! Ты столько пережил, написал столько прекрасных, талантливых вещей. Из одного приключения, ты бросался в пучину других. Небольшая передышка и вперед. Ты жил сотню жизней в одной своей. Ты, наверняка, получал от этого удовольствие, чистый кайф. Ты мог часами рассказывать, о горах, пещерах, поселениях и племенах, ты любил свое дело. Это однозначно твое призвание… Ты был счастлив в этом? Один, ни дома, ни семьи, но в тебе столько было силы и вдохновения и никаких сомнений. Пока я сидел на одном месте, работал на одной работе, жил с одной женщиной, я не видел и сотой части того, что видел ты. Я погряз в воспитании детей и заботе о них, а что останется от меня самого? Рутина и бытовуха… Что же в итоге твой путь верный? Скажи мне, друг, скажи.
- Счастлив? Конечно, я был счастлив. - сказал Игорь. - Жалею ли я, что мне достался такой путь? Конечно, жалею! Все, что ты говоришь верно, дружище, но кое-что ты упускаешь - я не видел и сотой части из того, что видел ты. У меня не было дома - не было своего убежища, крепости, так сказать. Места, где бы я чувствовал себя в безопасности, окруженный любовью и заботой. Я любил женщин, искренне, но они не смогли быть со мной и я большую часть жизни был одинок. Не было ласковых слов, никто не целовал меня вечерами, никто не ухаживал за мной, когда я болел… Я не видел как растут мои дети, я не видел как они идут в школу, не помогал им с их проблемами, не смог передать что-то важное, направить их, уберечь от плохого… Рутина, говоришь? Любое дело, превращается в рутину. Но если любить его и прикладывать силы, оно поддается тебе и ты тогда становишься мастером. Но для этого и нужна рутина. Я вообще вон умер из-за какого-то тромба! Кому скажи.
Дмитрий Иванович, поставил кружки на стол. Налил чай в одну, и вернул обратно в заварник.
- Что же тогда получается? Ведь и я был счастлив в своей жизни. Искренне счастлив. Но так же жалею, что не уделял время себе и жизнь моя совсем обычная и неинтересная…
- А то и получается, друг мой, нечего жалеть! Как бы ты не жил, все может показаться тебе неправильным. Мир упущенных возможностей. Делай, что хочешь и живи так, как считаешь нужным - ты будешь прав. Нет верного и неверного пути. Быть счастливым на своем пути, вот и все, что ты можешь.
- Я рад тебе, дружище. - сказал Дмитрий. Они допили чай.
- Ну пора что ли. - сказал Игорь и поднялся. - Отличный чай, спасибо!
- А мне что делать? С тобой? - спросил Дмитрий Иванович.
- А тебе зачем? Давай, не раскисай, увидимся когда-нибудь! - сказал Игорь и улыбнулся.
Дмитрий Иванович, проснулся дома в своей кровати, рядом мирно спала его жена. Неделю как его выписали из больницы и тридцать восемь дней после похорон.