*****
…Журавлёва устроилась в огромный родильный дом. Теперь у неё была такая самоотверженная работа и маленькая, но оч-чень гордая зарплата, которая никак не хотела расти. Коллеги не могли взять в толк: что за счастье упало на них в виде этой ослепительной и в то же время такой скромной девушки.
– Времена сейчас тяжёлые, не удержится она у нас. С её фактурой это немыслимо.
– А можно прийти посмотреть? – полюбопытствовал однажды Щедрин, – мы зайдём с Гаспарян, у вас такая чудесная блинная напротив. Выходи на обед.
Через какое-то время до Журавлёвой вдруг дошло: только она оказывается в блинной, её начинают созерцать эти двое…Новые сотрудники, один такой раскрасавец, другой просто обаятельный. Дай Бог памяти… Лев Борисович! Круглые глаза делали его похожим на кота. В отличие от давнишних коллег он не стеснялся на неё смотреть. В одной сказке Андерсена было написано: «глаза горели, словно две плошки». Точно про Льва. Даже зрачки расширялись.
*****
– Что планируешь предпринять? – спросил Щедрин в один прекрасный день.
– Прикинуться ветошью и наблюдать, - ответила Журавлёва.
– Ясно. Да они приличные. Исчезающий вид. Хватай быстрее. Я ведь видел, что ты на какой-то жестянке с кем-то там ездишь, бросай, убогая, всё равно пути в жизни не будет с этой машиной. Она для пенсионеров, ты что?
Журавлёва чуть не упала от смеха.
– Нет, ты видела? Прям побледнел.
– Это ты сидишь и убиваешь его.
У новеньких завязался следующий разговор:
– Куда ты опять уставился, Лёва? Сколько можно? Хочешь, чтобы тебе совсем жизнь поломали? Избегай переломов…
– Я подумал…нет, всё-таки расписываться со своей я не пойду.
– Снова плохие сны одолевают?
– Ну… Не верю я ей…Что значит «сколько можно», у тебя никаких эмоций, что ли?
– У меня душа не лежит к таким девушкам. Ну что это: меняем блондинку на блондинку?
– Ой, да ну тебя, – отмахнулся Лёва, - глаза бы мои на тебя не смотрели…
– Много видишь снов. Это ненормально.
Щедрин сказал в телефон погромче:
– Дорогая, напиши, когда ты выйдешь за меня, не слышу, я в Лондоне. Жду, страдаю. Перестал гипнотизировать?
– Ты у нас волшебник в голубом вертолёте!
– Уйди с больного места. Хочу вертолёт, не могу. Мне удалось полетать…Это колоссально…Высоко в горах, даже в такой машине, мы просто…комары, Оля!
– Верю, - кивнула она, - а где это вы пролетали «высоко в горах»?
– В Америке.
– Ого!
– Да ну что ты…Люби Родину, это лучше всего.
– Ладно, мастер дзен, я попробую.
– Он хорошо выглядит, кстати. Тебе очень подойдёт. Красиво седеющий, всё при нём. Как парикмахер говорю: ни убавлять, ни прибавлять ему ничего не нужно.