Я стою на Колхозной площади, жду пока откроется кафе Пицца Домино. Осталось 10 минут. Вообще-то я собиралась скоротать полчаса в Бургер Кинге. Но, придя к дверям, была встречена добродушным крупным мужчиной в строительной спецовке. Он сказал, что заведение на ремонте. И как будто мысленно добавил, - это я его и ремонтирую, сам!
Мне кажется, он хотел показать мне, что в данный момент является полноправным хозяином целого заведения. Радушным хозяином. Он предложил сварить мне кофе, и я чуть было не согласилась. Ведь было холодно, накрапывал дождь и дул мерзкий ветер. А в закрытом на ремонт Бургер Кинге было тепло, сухо и наверное где-то в шкафах лежали неучтенные маффины. И я спросила, - вы что, серьезно? А строитель испугался и промямлил, что пошутил.
И вот я жду открытия кафе, а вместе со мной стоят две кумушки, ждут своих автобусов. И одна грузит-грузит-грузит другую. Про свою невестку, которая потеряла ребенка. И ее знакомой это слушать ужасно неприятно. Но у нее нет предлога, чтобы не слушать. Она - заложница автобусной остановки и случайной встречи. И рядом с нами прячутся в нише от дождя еще несколько человек. И им тоже неприятно слушать про медицинские подробности интимной жизни чьей-то невестки. Но все терпят, надеются, что тетка иссякнет.
Наконец, подходит нужный автобус. Собеседница болтуньи с ощутимым вздохом облегчения прощается и убегает. Уфф, теперь тишина, - думаю я. Но нет, кумушка, которую прервали на самом пике монолога, обличающего продажных врачей, не намерена умолкать. Она, видя вокруг благодатное поле слушателей, продолжает кидать реплики, теперь ни к кому конкретно не обращаясь. И действительно, одна из женщин подхватывает разговор. Совершенно незнакомые женщины обсуждают на рыночной площади болезнь несчастной невестки. Врачебная тайна? Нет, не слышали. Я не выдерживаю, и ухожу под дождь.
Вы вот как, поддерживаете разговоры на улице, в поликлинике? Я - под настроение, если тема спокойная. Но в большинстве случаев прикидываюсь глухонемой.