Дорогие читатели! Сегодня у меня для вас очередная реальная история от читательницы! Повествование ведётся от лица участницы событий.
С соседкой Людмилой, живущей через пару домов со мной, подругами мы никогда не были, но тем не менее приятельствовали по-соседски. Всегда здоровались, разговаривали, иногда даже в гости друг к другу заглядывали. Тогда, в начале девяностых, это было в порядке вещей, по советской привычке ещё.
Хоть и переехала она в наши края совсем недавно, но была всегда весёлой, общительной, с соседями перезнакомилась довольно быстро. Домик они с мужем купили у мужчины замкнутого, нелюдимого, дед которого слыл в нашей округе колдуном.
Однажды, когда Людмила пришла ко мне одолжить сахара для пирогов, мы разговорились.
- Ой, Ирин, не могу больше, - посетовала Людмила, - Спать не могу, каждую ночь ко мне кто-то приходит, рядом ложится, начинает гладить и что-то на ухо шептать. Слов разобрать не могу.
Я напряглась. От бабушки мне досталось умение чистить помещения от нечистой силы, и я кое-что в этом понимала.
- Тебе страшно? - осторожно спросила я, - Тяжело?
- Ой, нет-нет, что ты, - замахала руками Люда, - Наоборот, любопытно, и как-то... Томно, что ли...
- Ты бы батюшку пригласила, дом освятить нужно, - посоветовала я.
Прежде, чем прибегать к тому, чем занималась я, необходимо было попытаться обойтись молитвой и помощью Бога, поэтому я не стала предлагать Людмиле свою помощь.
Соседка согласилась.
Через несколько дней мы снова увиделись, когда я пришла за молоком в магазин, в котором Люда работала продавцом. Я сразу заметила, что на щеке у неё появилось несколько неглубоких порезов, как будто следы от ногтей, а на запястье синяки.
- Кто это тебя так? - шёпотом спросила я, - муж?
Дело в том, что с мужем Людмилы в последнее время происходило что-то непонятное. Он потерял работу, ему всюду мерещились враги, заговоры, немцы, будто он попал во времена Великой Отечественной войны. Сколько раз он кидался на Люду, крича, что она шпионка, выбегал на улицу и хватал людей за руки, утверждая, что немцы идут.
- Нет, Ирина, не муж, - так же шёпотом, осматриваясь, чтобы убедиться, что нас не слышат, ответила Люда, - Я же вчера по твоему совету батюшку-то позвала, он дом освятил. Что ночью началось, ты не представляешь! Шум, грохот, посуда летала, кто-то бегал по полу, стенам, потолку. И мне вот, глянь, досталось.
Люда многозначительно указала на царапины и синяки и добавила:
- Это кошмар какой-то! Даже на потолке царапины остались!
Я предложила Людмиле свою помощь, но она только отмахнулась, ссылаясь на то, что сейчас не до этого, мол, с мужем вон что творится.
***
Вскоре после нашего разговора муж Людмилы попал в психушку: однажды ночью он схватил ружьё и стал палить по проезжающему мимо поезду. Хорошо что поезд был товарный и никто не пострадал. Людмилу все жалели, сочувствовали ей. Спрашивать прямо, как у неё дела, было неудобно, но неожиданно для меня она сама завела однажды разговор. В тот день мы просто встретились на улице и разговорились.
- Ирин, а знаешь, у меня дома есть книга старинная, чёрной магии. Она ночью поёт и зовёт меня... - вкрадчиво сказала Люда.
Я смотрю на неё, а у неё глаза бегают, и блестят странно как-то.
- Люда, с тобой всё хорошо? Ночной гость перестал беспокоить?
Людмила звонко захохотала:
- Что ты, у нас с ним всё хорошо, у нас любовь! Мне так хорошо ни с кем не было!
Я стояла, полностью ошарашенная, и не понимала, действительно ли с Людой происходит страшное, или она тоже, как и муж, того... поехала головой. Глаза-то у неё были дурные-дурные, и смех такой жутковатый...
***
Весь день я думала о Людмиле. В конце концов я не выдержала и позвонила бабушке, чтобы посоветоваться. Бабушка у меня тоже умела кое-что... Я коротко описала бабушке всё, что произошло, и получила следующий ответ:
- Это хозяин книги. Нужно книгу закопать в лесу под осиной, и сверху забить осиновый кол.
Кое-как я дождалась утра и сразу же, как только проснулась, побежала к Людмиле. Она мне дверь открыла, растрёпанная, с глупой улыбкой на лице, выслушала меня и с явной неохотой ответила:
- Лааадно, сделаю, как ты говоришь, - и стала неприкрыто выпроваживать меня, как будто скрывала что-то.
На следующий день Людмила сама пришла ко мне.
- Представляешь, Ирин, я вчера книгу на ночь в кладовку спрятала, кладовку на амбарный замок заперла и спать легла. Ночью проснулась я с книгой в обнимку, сама не помню, как замок сломала, - смеясь, рассказывала Люда.
Мне от этого смеха даже жутко стало. Взгляд Люды с каждым днём переставал быть похож на взгляд обычного человека, с ней явно происходила какая-то страшная, непонятная метаморфоза.
- Я это, чего пришла-то... - Люда небрежно почесала затылок, - Дай мне пятьдесят рублей, мужу надо лекарства купить, а у меня зарплата через неделю только.
Я быстро сбегала за деньгами и сунула их в руку Люде, лишь бы она побыстрее ушла. От её вида и смеха у меня волосы на голове шевелились...
***
Людмила потом куда-то пропала на время. В магазине сказали, что она поспешно взяла отпуск, но во дворе, где до этого она любила возиться в палисаднике, её не было видно.
А у нас начались проблемы с деньгами. Свекровь моя, женщина прижимистая, экономная, которая всё время старалась подкопить на чёрный день, стала замечать, что деньги утекают, как вода сквозь пальцы. Вроде и берём всё одно и то же, да не хватает ни на что. Не то, что подкопить, от зарплаты до зарплаты еле-еле хватает!
Я решила почистить дом, как учила меня бабушка. Всё сделала, как положено, стала наводить порядок.
У нас стояло две входных двери: первая, с улицы, металлическая, а вторая, ведущая в дом, деревянная. Я совершенно случайно поставила веник об деревянную дверь веером вверх. Веник я всегда ставила об дверь, потому что наш маленький щенок, которого нам недавно подарили, повадился драть дермантин, которым была обита деревянная дверь, и боялся он только веника. Но обычно я его веером вниз ставила, а сегодня веером вверх. Как знала...
Часа в три ночи нас разбудил сумасшедший стук в дверь. Такое ощущение, что стучавший решил её вынести. Дома были только я, дети и свекровь. Кое-как справившись со страхом, я пошла к двери. Подхожу и слышу, Люда кричит:
- Открывай, Ира! Я деньги тебе принесла!!!
Я открыла и непонимающе уставилась на неё. Смотрю, а она аж кипит от злости. Щенок наш подбежал, рычит, скулит, аж раздирается, кидается на Люду. У соседки глаза злющие, разве что не светятся. Она шаг сделала, а дальше пройти не может, и стоит то на веник, то на собаку косится.
- Радуйся, что бабушка у тебя знающая, иначе наплакалась бы! Догадались, сволочи! - сквозь зубы процедила она.
Я стою, глазами на неё хлопаю. Хотела было взять деньги, которые она мне протягивала, да щенок наш мне на руку кидаться стал, не даёт взять и всё тут.
- На машинку положи, - сказала я, хлопая по стиральной машинке, которая стояла в нас перед входом, - Зачем же ты так, я же к тебе по-хорошему?
Она деньги на машинку швырнула и говорит:
- Нет дружбы между добром и злом. Мне твоё добро только печёт!
Развернулась и ушла. Ни пока, ни спасибо. Будто подменили Людмилу, будто не она это.
***
После этого случая Людмила снова куда-то пропала, но потом появилась. Как и прежде, стала ходить на работу, только почти ни с кем не разговаривала, стала замкнутой и нелюдимой. Так, буркнет что-то себе под нос в ответ на приветствие, голову опустит и идёт мимо, насупившись.
Заведующей в магазине, в котором работала Людмила, была моя знакомая. Однажды при разговоре по телефону она мне пожаловалась, что молоко, которое им в магазин привозят, скисает, не простояв и часа. Сметана пахнет непонятно чем, да и вообще в магазине атмосфера какая-то неприятная. Завод обратно молочку не принимает, и теперь Наталья, так звали мою знакомую, боится потерять работу.
Я решила помочь.
- Давай магазин почистим? Вероятно, что-то нехорошее там завелось.
Договорились в обед. Прихожу и вижу, что за прилавком стоит Людмила. Увидев меня, она неожиданно зашипела, как змея, всё лицо у неё перекосило, глаза засверкали злобно.
У меня в руках была пачка соли, нужная мне для ритуала очистки помещения. Я схватила горсть соли и швырнула её прямо в Людмилу, отчего та зашипела ещё сильнее, стянула с себя фартук и убежала.
Я спокойно почистила магазин и отправилась домой. Только зашла, разделась, как зазвонил телефон. Я сняла трубку и услышала голос Натальи:
- Ирина, Людмила вернулась. Да ещё и не одна, а с цыганкой. Они в подсобку пошли, мне страшно!
Я помчалась обратно. Кое-как мы попали в подсобку, еле нашли запасной ключ. Заходим и видим такую картину: Людмила и цыганка сидели друг напротив друга, держась за руки, на полу мелом были начерчены какие-то символы по кругу, в центре этого круга сарая, потрёпанная книга. Должно быть, та самая, о которой говорила Людмила. А у стен стоят перевёрнутые иконы и кресты. Обе они, и Людмила, и цыганка, находились в трансе и шептали что-то на непонятном языке... Жуткое зрелище. Наверное, они не успели сделать задуманное, потому что мы довольно быстро и легко смогли их выгнать. Кто знает, смогли бы, если бы они закончили свой зловещий ритуал?
***
Больше я Людмилу не видела. Она поспешно продала дом за бесценок и куда-то уехала. Только вот по городу пошли слухи, что появилась ясновидящая, очень сильная, всё видит и всю правду говорит. По описанию я поняла, кто это. И всем своим знакомым посоветовала никогда, ни при каких обстоятельствах не обращаться к ней, потому что сила у неё чёрная, злая. Даст одно - заберёт в сотни раз больше, на откуп своему хозяину.
Почитать ещё: