Я уже писала вкратце о своих умопомрачительных выходных вот здесь. Теперь настало время леденящих душу подробностей.
Утром мы с подругой Юлей решили сходить на живописное озеро. Из-за острова на стрежень выплывал расписной селезень с суровым лицом римского легионера. А возле коряги совершенно неподвижно отдыхала раскормленная лягушка.
Пузо и лапы земноводного болтались под водой, а физиономия была направлена в сторону солнца. Лягушка кайфовала. Но Юле почему-то показалось, что ей нехорошо. Настолько нехорошо, что она сдохла. И надо ее непременно реанимировать палкой.
Потыканная палкой лягушка недовольно шевельнулось и лениво переплыла на другое место и там опять зависла в той же позе. Жизнь животного явно была вне опасности.
Довольные результатом реанимационных процедур, мы двинулись дальше по берегу и увидели скамейку с брошенным на ней одеялом. Мужчина с большой собакой поинтересовался, не наши ли это вещи. Мы сказали, что не наши. И тут же предположили, что хозяин одеяла, возможно, нырнул с мостика и не вынырнул.
Ну, мы-то пошутили, а мужик и собака задумчиво пожали плечами. Мол, фиг его знает, может, так и было.
Через несколько часов мы опять оказались на том же озере. Одеяло все так же лежало на скамейке. Вдруг откуда-то прибежал чувак в наушниках, взлетел на мостик (с которого предположительно нырнул наш утопленник), сфоткал воду и умчался.
– И что это было? – спросила Юля. – Зачем он фоткал воду? А вдруг там правда тело?
Мы посмеялись. Потом задумались. Потом не выдержали и тоже пошли смотреть, что же там такое в воде под мостиком…
Продолжение следует. А пока готова выслушать ваши версии.