Сегодняшний пост – продолжение рассказа о том, как и кем создавались первые пикантные фотографии и иной контент. О французе Жане Ажелу пост уже был. На этот раз речь пойдет об уроженце Нового Орлеана Эрнсте Джозефе Беллоке (1873 – 1949), который создал известную серию фотографий, вошедшую в историю под названием «Сторивиль».
Не секрет, что практически на всех подобных фотографиях изображены девушки с пониженной социальной ответственностью. Но между французским озорником Ажелу и его американским коллегой было одно принципиальное отличие. Первый занимался созданием так называемых «французских открыток», которые потом продавались большими тиражами. Соответственно, изображения подстраивались под вкусы публики. Беллок были уважаемым джентльменом, который снимал обнаженную натуру в качестве хобби. Поэтому его фотографии менее «гламурные», зато более документальные. Это, скорее, «рабочие будни», поэтому их не раз демонстрировали в музеях и публиковали в альбомах как исторический артефакт.
Эрнст Беллок родился в одной из самых уважаемых и состоятельных семей Нового Орлеана, рос в престижном французском районе, учился в элитном учебном заведении, после выпуска работал клерком или бухгалтером в разных конторах. Карьеру, правда, сделать не стремился, денег на жизнь денди и бонвивана и так хватало. Он носил бриллиантовую брошь, шикарные запонки, любил красные галстуки и шарфы (в России красные галстуки были негласным символом геев, но в Новом Орлеане это воспринималось лишь как броский аксессуар). В конце 1890-х он открыл фотостудию, где снимал обычные портреты, а еще довольно много снимал рекламу, промышленные объекты и тд. О том, что у него есть и другие фотографии, знали только друзья.
Время от времени Беллок брал камеру и отправлялся в самые «веселые» районы города. Наиболее известным из них был Сторивиль (Storyville). Беллок снимал опиумные притоны, кабаки, публичные дома. К сожалению, большая часть негативов была уничтожена, но часть все-таки уцелела. Некоторые изображения повреждены, а лица женщин затерты. Эксперты пришли к выводу, что их умышленно повредили, возможно, еще при изготовлении. Предполагаемым «вредителем» называют иногда самого фотографа, иногда его младшего брата. По иронии судьбы брат Леон был священником-иезуитом, который к творчеству брата относился более чем скептично. Женат Эрнст Беллок не был, детей не имел, в последние годы страдал деменцией. Из денди он превратился в потрепанного жизнью старика, который вместо пояса использовал простую веревку. Однажды он упал на улице, ударился головой и пару недель пролежал в больнице, никому не нужный и никем не посещаемый. Когда его личность установили, брату Леону о нем все-таки сообщили, но тот уже ничем не мог помочь. Через несколько дней Эрнст Беллок умер.
Так бы и сгинул Беллок в безвестности, если бы в 1967 году фотограф Ли Фридлендер случайно не купил в антикварной лавке набор негативов. Имя автора снимков установить удалось, но за давностью лет о его личности ничего не было известно. Это породило много слухов и мифов. Его описывали как сумасшедшего, горбатого, несуразного, страдающего гидроцефалией человека, этакого новоорлеанского аналога Тулуз Лотрека. Но позже исследователи опровергли эти утверждения. В 1970-х фотографии непарадного Нового Орлеана стали демонстрировать на выставках, печатать в художественных альбомах. Сейчас они хранятся в музеях, например в нью-йоркском Метрополитене.
О французском классике Ажелу и американском классике Голдмане посты уже были.
Этот материал также можно прочитать на моем канале на пикабу
#история #искусство #фотография #фотографии девушек #ретро #винтаж