Войдя в мамину квартиру, Оля чуть не упала. Из-под ее ног вырвалась рыжая молния и ускакала куда-то в дальнюю комнату. Судя по звукам, на шкаф.
Начало здесь.
Рыжик — так, без изысков, Тамара Васильевна назвала котенка — Олю боялся. Может быть, запомнил, как она возила его к страшному ветеринару и безжалостно поила горьким лекарством. А может, просто слишком редко ее видел. Встреч раз в неделю все-таки мало для дружбы.
Каждый раз, когда Оля приезжала к матери, Рыжик взлетал на шкаф или прятался под кровать и сидел там до самого Олиного отъезда. Ей даже было немножко обидно. Особенно за то, что во время звонков по «Скайпу» Оля видела, как кот ластится к матери. Может, значит, но не хочет.
А еще было обидно, что мама только о нем и говорила. Если раньше она спрашивала, как дела у дочери, то теперь с улыбкой рассказывала, как кот съел очередной цветок или намотал на себя половину клубка ниток, а второй половиной обмотал кресло и торшер.
— Ну ты же не обеспечила меня внуками! — как-то в шутку сказала Тамара Васильевна. — Вот он мне их и заменяет!
Внуки были больной темой. Игорь, Олин молодой человек, говорил, что детей хочет. Но не сейчас. Нужно еще немножко подождать. Накопить на свадьбу, которая обязательно будет, но чуть позже. Заработать на первый взнос на ипотеку. А лучше ее выплатить. Пожить для себя.
Оля понимала, что глупо ревновать мать к коту. Что аргументы Игоря рациональные, и действительно, лучше подождать еще пару лет, чтобы их дети ни в чем не нуждались. Но несмотря на все это, ей было грустно.
Сегодня кот, вопреки обыкновению, со шкафа слез всего через час. И теперь напряженно следил за каждым Олиным шагом. Что это она там взяла из холодильника, уж не его ли еду? Зачем это она убрала со стула кофту Тамары Васильевны, на которой так удобно лежать?
— Ну чего ты, дурашка? — Оля подошла к коту, сидевшему на спинке кресла. — Ну я же не враг! Я же помогаю вам. Ну давай дружить, а?
И протянула руку, чтобы погладить рыжего.
Это оказалось стратегической ошибкой.
Кот внезапно впился в ее руку когтями и зубами, проорал что-то невнятное и пулей улетел на свой любимый шкаф. А Оля чуть не заплакала от боли.
— Мама, он меня скоро выживет отсюда! — в сердцах пожаловалась она.
— Он просто переживает, дочка! — отозвалась мама, уже доставая из аптечки пластыри и перекись водорода. — Мы же с ним вдвоем живем, чужих почти и не бывает…
— То есть я теперь чужая? — через силу пошутила Оля.
Тамара Васильевна поспешила успокоить дочь, что, конечно, никакая она не чужая, и все это понимают, просто Рыжик не привык к гостям, он немного нервничает…
Так с тех пор и повелось: Оля и кот обходили друг друга по самым дальним траекториям. И у Оли создавалось впечатление, что прав в этом доме у нее все меньше и меньше.
Продолжение следует.
Начало здесь.
