Мы без устали рассказываем о японских традициях в Mazda, но знаете ли вы, что Икуо Маэда, нынешний шеф-дизайнер и автор философии Kodo, большой поклонник итальянского стиля?
«У меня было несколько итальянских машин. Их создатели понимают самую суть автомобиля, не усложняют вещи и делают все очень естественным – сразу замечаешь мастерство, чувство стиля, любовь и человеческое тепло. Началось мое увлечение Италией с ножа для писем Ameland, сделанного в 1962 году художником Энцо Мари. Удивительно, как один кусок металла может быть одновременно простым и затейливым. Я до сих пор храню его».
Еще бы, ведь нож Маэде-сану подарил его отец, Матасабуро Маэда! Который и сам был дизайнером Mazda начиная с 60-х годов. Именно тогда итальянское ателье Bertone разработало внешность моделей Familia и Luce, а юный Икуо живьем познакомился с Нуччо Бертоне и Джорджетто Джуджаро, когда они посещали Хиросиму.
«Это были первые иностранцы, которых я видел в жизни. Потрясающие люди. Конечно, я не понимал ни слова, даже не помню, по-английски они говорили или по-итальянски, но навсегда запомнил их страсть и энтузиазм».
При таких вводных младшему Маэде было просто суждено пойти по стопам старшего, но вы не представляете, как непохожи отец и сын. Матасабуро — адепт строгости, лаконичности и форм, всегда подчиненных функции, Икуо же ставит во главу угла чувственность и эмоции. Взгляды стилистов настолько отличаются, что они предпочитают вообще не обсуждать дизайн, чтобы не поссориться. Но при этом оба оказали огромное влияние на путь Mazda.
Лучше всего династию Маэда иллюстрирует вот такой случай. Безупречно дисциплинированный Матасабуро никогда не брал работу на дом и предпочитал о ней не говорить. Поэтому в один прекрасный день Икуо припарковал возле дома свежекупленную Mazda RX-7, даже не зная, что ее дизайн — дело отцовских рук. Бывает ли еще более красивое признание заслуг того, с кем не можешь согласиться вслух?