Шесть лет поморы боролись за жизнь в суровых условиях Шпицбергена. Подробности — в статье «Рамблера».
Богатыре промысловые места архипелага Шпицберген были хорошо известны поморам. Поэтому экспедиция Еремея Окладникова из поселка Мезень Архангельской области была рядовой. В 1743 году он снарядил корабль, нанял четырнадцать опытных охотников и отправился на промысел моржей и китов. Через девять дней судно достигло района Тысячи Островов на востоке Шпицбергена к югу от острова Эдж. Корабль попал в ледовый плен, поэтому команда решила перезимовать на ближайшем острове. По мнению норвежского геолога Кейлау, это был остров Полумесяца.
На разведку отправились кормчий Алексей Химков и три матроса-зверобоя — Хрисанф Химков, Степан Шарапов и Федор Веригин. С собой они взяли котел, девять килограммов муки, топор, огниво, нож, немного табака, ружье и порох на 12 зарядов. Моряки нашли на острове хижину с печью без дымохода, которую очевидно возвели другие промысловики из Мезени. На следующий день они вернулись, но корабля на стоянке не обнаружили. Вероятно, за ночь судно ушло на дно вместе с экипажем. Так промысловики оказались в ловушке. Но они не отчаялись.
Доски, бревна и другие остатки затонувших кораблей, найденные на берегу, пошли на растопку печи и стали основой для инструментов. Моряки сделали рогатины против медведей и лук со стрелами, так как порох быстро закончился. Для профилактики цинги мужчины ели ложечную траву, также охотились на северных оленей и песцов. Водой их обеспечивал лед зимой и ручьи летом, кроме того, иногда они пили кровь животных. Главной угрозой оставались медведи, которые неоднократно атаковали хижину. Поэтому из дома выходили только по двое. Другой опасностью был суровый климат — зимой снег заметал избу до самой крыши, поэтому промысловики выбирались наружу из дыры в кровле. В доме же коптили мясо. Новую одежду сделали из шкур, нитки — из сухожилий животных, а иголки — из костей.
И все же помочь русским робинзонам могло только чудо, ведь корабли зверобойных артелей обычно шли в западные области архипелага, минуя остров. Зимой 1748 года скончался Фёдор Веригин, который чувствовал себя хуже остальных. Товарищи похоронили его в глубокой яме, чтобы сохранить тело от медведей.
Только 15 августа 1749 года к берегу подошло российское судно. Его владелец, купец-старообрядец, планировал зимовку в восточной части архипелага. Трое моряков смогли привлечь внимание костром и символическим флагом с шкурой оленя вместо ткани. Они пообещали заплатить, если их наконец отвезут домой. Промысловики забрали с собой множество оленьих шкур и пятьдесят пудов сала. 28 сентября 1749 года они прибыли в Архангельск, а оттуда добрались до Мезени. Родственники давно считали их погибшими, поэтому встретили их как выходцев с того света. Всего на острове они провели шесть лет и три месяца.
Невероятная история выживания в арктических условиях привлекла внимание столицы, так что Алексея и Хрисанфа Химковых даже вызвали в Петербург. Там их допросила комиссия Российской академии наук. Но детали убедили ученых. В частности, моряки назвали точную продолжительность полярных ночей.
Трое выживших промысловиков стали не только местными знаменитостями. В 1772 году французский ученый Пьер Луи Ле Руа описал их историю в книге «Приключения четырёх российских матросов к острову Ост-Шпицбергену бурею принесённых, где они шесть лет и три месяца прожили». Так о них узнали и европейцы.
Трое моряков еще долго удивляли жителей поселка своими привычками. В частности, они отвыкли от хлеба и всех напитков, и предпочитали питаться мясом и водой. Степан Шарапов умер в 1757 году, Хрисанф Химков — в 1778 году. А вот дата смерти Алексея Химкова точно не установлена.
О приключениях мужественных поморов рассказывает фильм «Море студеное» 1954 года, основанный на дилогии Константина Бадигина. А в 2003 году книгу о них написал американский альпинист и скалолаз Дэвид Робертс.