В 1986 году на экраны вышел мультфильм с запоминающимся названием «Нехочуха». Детям того времени (мне в том числе) он хорошо запомнился, в т.ч. благодаря подражанию западному стилю (яркий, динамичный, минимум реплик). В то же время это мультфильм с прямолинейной как шпала моралью («Не ленись, а то станешь отбросом»): от «Спортландии» (1958) «Нехочуху» отличает лишь внешний антураж – и ещё одна странная деталь.
В детстве она вызывала амбивалентные ощущения. Герой мультфильма регулярно отпинывает от себя социальные требования голофразой «Не хочу» и за это (во сне) попадает в страну Нехочухию. В ней его буквально закармливают удовольствиями и развлечениями. Однако, когда он пытается сказать фразу «Я хочу» мир вокруг едва не рушится: у обслуживающего его робота вылетают шестерёнки, а местный правитель Великий Нехочуха падает в обморок. В том мире это слово запрещено. Как ребёнку мне было неясно в чём же разница между «не хочу» и «хочу»? Ведь первое подразумевает второе, а второе регулярно звучит как требование всё тех же удовольствий и развлечений, так в чём же разница? Тем более что советская мораль с её одой скромности едва ли не на первое место ставило максиму «не желай слишком много» (не знаю как другие, но я что-то подобное всегда слышал от мамы в магазине игрушек).
Сегодня это выглядит как крайне проницательная критика дискурса капитализма. Вопреки ожиданиям потребительское общество не интересует желание, а значит и субъект нехватки, который его создаёт – напротив, субъект здесь затыкается наслаждением, а чтобы провоцировать новые акты потребления сойдёт и тревога (или соперничество с зеркальным другим, который в этом мультфильме продемонстрирован прям буквально). В этом плане «не хочу» в мультфильме – это не слова о желании/нежелании, это именно голофраза-затычка, скрывающая от самого субъекта тот неудовлетворённый остаток, что присутствует даже при (пере)удовлетворении потребности. Потому что настоящее, живое «Я не хочу» - очень часто и есть точка рождения субъекта, но оно ничем не отличается от утверждения желания (просто грамматика языка позволяет многие вещи именовать апофатически, через «не»).
Поскольку объектом критики мультфильма является именно лень, то авторы удивительно точно отмечают, что её антагонистом является желание. С его появлением мир, угадывающий ваши запросы, чтобы срочно их выполнить, действительно блекнет и разрушается. «Я хочу» - тоже может быть лишь словами, но когда есть реальное желание, за ним почти всегда следует деятельность, борьба, поиск.