Глава 12. Ну куда же вы смотрите?

Одним из вредных наследий патриархального строя в Осетии было избегание родителями своих детей. Ни отец, ни мать, при посторонних не могли нянчить детей, кормить их и, вообще, проявлять в отношении их какую-либо заботу. Это конечно же не значит, что наедине мать не няньчилась и не ласкала свое чадо, но в присутствии кого-бы то ни было осетин мужчина, ласкать, брать на руки и играть со своим ребенком никогда не станет, так было в прошлом... Чтобы закрепить эту мысль расскажу вам историю. Суть её заключалась в том, что отец К. Хетагурова, будучи еще ребенком, подполз к самому краю крыши. Отец ребенка, не имея права схватить его руками, успел наступить ему на рубашонку, мальчик повис над пропастью и висел до тех пор, пока на крик не сбежались соседи и не спасли ребенка. Думается мне, некоторые папы современности, генетически сохранили это поведение, может в этом что-то и есть, но по-моему вы идиоты! Я когда смотрю на своих мелких и хочу проявить к ним чувства, мне похер кто на меня смотрит с осуждением, мне плевать на любую традицию и правило, если мой малыш тянет ко мне руки, а тем более, если срывается с обрыва... Руки мне были даны Богом, не для того, чтобы я наступал на его рубашку ногой, идите нахрен все кто меня не поймет! При этом я ни в коем случае не против правил и традиций, но у всего должен быть рассудок, а пережитки прошлого, должны кануть в лету!

Может я и ошибаюсь, но Авлохов старший уж очень был похож на такого, кого прошлое архаичное поведение, настигло в настоящем. Человек он не бесчувственный, я уверен, в отношении нас, Батраз, был добр и любезен, но своих детей будто бы не замечал. По соседству с нами отцы того времени, практически все были такими, складывалось впечатление будто чужих детей любят больше чем своих. Я помню единственный раз когда мой Отец поинтересовался моей жизнью. Мне было семнадцать. В тот день думал о том, как я не хочу в армию, скоро 18, надо ехать, а недоумки моего класса все до единого списывавшие у меня задания, поступают в вузы университеты, институты. Несправедливость этого мира образовывало во мне дыру, как если бы грудь мою, кто-то бурил аппаратом для алмазного бурения! Не то, чтобы я был подавлен, но меня это снедало. Я включил наушники, ещё тогда кассетного плеера! Только группа Nickelback и я! Чистый воздух, тишина, наш уличный пятачок и тут, идёт бычок качается, ну как бычок, дрыщ, высохший как банный лист. Грязный, запах перегара и вонь не стираной одежды, медленно но очень мощно пробиваются сквозь поры моего еле дышащего носа... Ооо неееет, пахан, ну зачем ты сюда идёшь, не нарушай мой покой, иди дальше, воооон в те ржавые ворота.

Нет, не пошел! Я присел на корточки, он еле перебирая ноги, доплел до меня и тоже упал на корты.

Синок! Если что, я не допустил ошибку в этом слове, он просто так его произнес.

Так вот!

Синок, как у тебя дела с девочками?

Я промолчал, для приличия сняв один наушник, кивнул!

А про себя ответил, не переживай пахан, я потерял девственность на седьмом этаже гостиницы в Армавире, с прекрасной жрицей любви в жёлтых стрингах, она ещё восхищалась тем как много спермы я выпустил в неё. Мой фаллос стал для нее предметом поклонения. И сейчас у меня с этим всё прекрасно, правда не знаю как будет ближайшие два года...

Блять, почему всем папам так интересно, что у сыновей подростков, с девочками?

Какая вам разница и почему этот вопрос вы задаёте в нетрезвом состоянии? Куда вообще вы смотрите? Неужели вас больше ничего не беспокоит?!

Например:

Как ты себя чувствуешь сын?

О чем ты думаешь сейчас?

О чем мечтаешь?

Что слушаешь?

Чем тебе помочь и как поддержать?... И ТД. И ТП.

Да блин, куча же вопросов!

Мы как бы сами по себе! Поэтому и вырастают такие морально не устойчивые, психологически травмированные "кубинцы".

Авлохов старший, неужели ты не видишь, что сын у тебя, ебантей!?

Сделай что-нибудь! Убереги его от того, что его ожидает, сам он не справится, протяни ему руку, наступи на него накрайняк, не дай упасть с обрыва...

А я уехал в армию, вернул родине 25-ть центов сдачи!