До сих пор вопрос о том, был ли расстрел царской семьи совершен по указанию Ленина или нет, остается дискуссионным. Однако большинство историков сходятся в том, что вождь пролетариата не собирался убивать царя и его родственников. А быстрая расправа, учиненная над Николаем II, его супругой и их детьми, стала для вождя полной неожиданностью.
«Взять под охрану!»
Как утверждает Петр Мультатули, автор книги «Император Николай II. Мученик», задержание царя Владимир Ильич воспринял как нечто само собой разумеющееся. По крайней мере, протокол заседания Совета народных комиссаров под председательством Ленина от 2 мая 1918 года свидетельствует о том, что незадолго до этого Николая II решено было перевезти в более надежное место, а именно в Екатеринбург. Ленин же в этот момент находился в Москве. По столице ползли упорные слухи, подогреваемые прессой, о том, что на самом деле Николай уже убит. Поэтому по распоряжению вождя Бонч-Бруевич отправил в Екатеринбург телеграмму с просьбой подтвердить или опровергнуть упомянутые слухи.
Так и не дождавшись ответа, Ленин направил в Ипатьевский дом командующего Уральским Северо-Восточным фронтом Р. И. Берзина для соответствующей проверки. Берзин отрапортовал, что по состоянию на 21 июня все члены семьи Романовых и сам царь живы, а различные домыслы по поводу их убийства он считает провокациями. Как пишет Юрий Жук в своей книге «Гибель Романовых: по следам неразгаданных тайн», в свою очередь Ленин велел Берзину «взять под свою охрану всю царскую семью и не допустить каких бы то ни было насилий над ней». А напоследок Владимир Ильич добавил, что отвечать за выполнение этого приказа Берзин будет собственной жизнью.
Планы Ленина
С какой же целью Ленин так пекся о Николае II? Виктор Кожемяко в своей книге «Деза. Четвертая власть против СССР» приводит слова Михаила Медведева-Кудрина, одного из участников расстрела царской семьи, который утверждал, что революционер Филипп Голощекин ездил в Москву к Якову Свердлову. Однако добиться разрешения Всероссийского центрального исполнительного комитета на убийство царя и его родственников ему не удалось. Якобы Свердлов заверил Голощекина в том, что он советовался по этому поводу с Лениным, который настоял на том, что Николая II и его супругу необходимо перевезти в Москву для того, чтобы совершить над указанными лицами открытый суд. Его ход и результаты должны были освящаться в прессе.
В качестве еще одного доказательства того, что Ленин действительно собирался организовать судебный процесс над царем, можно привести и тот факт, что в марте 1917 года, то есть чуть ли не на следующий день после отречения Николая II от престола, по инициативе Владимира Ильича была создана Верховная Чрезвычайная Следственная Комиссия, в обязанности которой входило расследование деятельности верховных представителей прежнего режима. Как пишут Е. Громова и Л. Громов в издании «Уральский эшафот» со ссылкой на Керенского, к работе комиссии был привлечен «талантливый и энергичный» следователь Руднев. Перед Рудневым была поставлена конкретная цель – обнаружить в действиях царя и его жены признаки государственной измены.
Доказательства намерений вождя
В пользу того, что такой суд Ленин действительно планировал, говорит и телеграмма, в которой вождь пролетариата заверяет одну из копенгагенских газет в том, что царь жив, а слухи о его гибели являются ничем иным как происками капиталистической прессы. И в самом деле, Владимиру Ильичу был больше выгоден судебный процесс, чем убийство. Ведь, как замечает А. Г. Латышев на страницах своей книги «Рассекреченный Ленин», мать Николая Романова, Мария Федоровна была датской принцессой. А дочери монарха и его супруга Александра Федоровна так и вовсе считались германскими принцессами. Обострять же отношения с Германией Ленину было абсолютно ни к чему.
А вот слух о том, что именно Ленин распорядился расстрелять царя и его родственников, пустил Троцкий. По крайней мере, именно такая версия фигурирует в книге Елены Прудниковой «Последняя тайна Романовых». В 1930-х годах Троцкий написал в своем дневнике о том, что он узнал о расстреле, приехав с фронта. Якобы Троцкий спросил у Свердлова, кто все-таки принял такое решение, а тот в свою очередь ответил: «Ленин». Однако в действительности на заседании, во время которого и было объявлено о расстреле Романовых, Троцкий тоже присутствовал. Поэтому, скорее всего, он сочинил эту историю в тех же 1930-х годах, коими и датируется дневниковая запись.
