У вас есть минутка поговорить о Боге? Нет? Что ж, тогда давайте поговорим об атеистах. Точнее я выскажу своё о них мнение, а потом... потом видно будет.
Итак, что же я думаю об атеистах, когда отвлекаюсь от мыслей о себе любимой? А думаю я, что атеисты эти в большинстве своём либо примитивные, либо глупые, либо равнодушные люди. Объяснюсь.
Почему примитивные? Потому что вот смотрю, например, на себя (такой уж я человек на себе зацикленный и очень себе интересный, ничего не поделаешь) и не устаю поражаться, как сложно я устроена и сколько всего во мне намешано: всю жизнь себя знаю – и всё никак не пойму, какая же я на самом деле; всю жизнь себя изучаю – и всё больше убеждаюсь, что никогда до конца не изучу; всю жизнь за собой наблюдаю – и не перестаю себе удивляться. И никто никогда не убедит меня в том, что такое уникальное и интересное существо (то есть я) возникло случайно, как-то так само собой образовалось из ниоткуда ни для чего и так же случайно уйдёт в никуда без всякого продолжения. Но я допускаю (хоть и с большим трудом), что, видимо, есть такие индивиды, которые заглядывая в себя, обнаруживают, вероятно, настолько убогое убранство, что им очень легко представить, что они – всего лишь случайность.
Однако есть люди, которые тоже считают себя очень сложными и интересными (иногда кому-то и видятся таковыми), но при этом не верят в Бога, который их сотворил. Как по мне, так они просто дураки. Ведь не обязательно иметь обременение в виде выдающегося интеллекта, чтобы понимать: даже обычный простейший пельмень сам собой не слепится, какая-нибудь банальная зубная щётка не возникнет внезапно из небытия, тряпка половая – и та целая история. За каждой из этих обыденных вещей стоит какой-никакой, а создатель (а иногда – целая толпа). Но для атеиста это не аргумент, он наверняка думает что-то такое примерно: «как это глупо – сравнивать человека и пельмень», или «конечно, тряпку кто-то создал, я не отрицаю, но как из этого можно делать вывод, что и человека кто-то сотворил?», или «зубная щётка – дело серьёзное, не нужно к ней подвёрстывать ваш легкомысленный креационизм». Ну, не дурак ли? Можно придраться: а если он вообще об этом не думает? Может, и не думает. Тогда тем более дурак. Можно придраться более основательно: мол, а если он много и очень долго думал обо всём этом, изучил все религии мира подробнейшим образом, опробовал на себе все предлагаемые ими способы проверки существования Бога, но так и не поверил в Него – всё равно дурак? Нет, в таком случае он совсем не дурак. В таком случае он крут, а атеизм – его миссия и крест от Бога. Спасибо, что вы такой внимательный и дотошный читатель, а не просто мимокрокодил.
Но вот мы встречаем непримитивного и как будто неглупого человека, а он всё равно так называемый атеист. Не знаю, как вы, а я таких встречала. Это люди равнодушные, то есть очень спокойно ко всему относящиеся из-за внутренней холодности. Не берусь рассуждать о причинах, лежащих в основе такой их особенности, но отмечу, что они совершенно не способны испытывать сильных эмоций – ни негативных, ни позитивных. Предполагаю, что кто-то таким рождается в этот мир, а кто-то к этому состоянию приходит в процессе жизни. Этот вид атеистов самый безнадёжный: для первых двух видов закрыт путь к Богу через интеллект, но открыт путь к Нему через страдания (самый распространённый) или через большую радость (нечастый), равнодушным же через чувство прийти к Нему почти невозможно. «Но ведь у него остаётся шанс выйти из атеизма с помощью своего незаурядного ума!» – возопиет с надеждой мой воображаемый сердобольный читатель и будет совершенно прав. Совсем не редко равнодушные люди являются счастливыми обладателями очень хороших мозгов (хотя немало среди них и дуралеев). Но будь равнодушный интеллектуалом или тупицей, он в любом случае бессознательно тяготится своим холодом и активно пытается от него отвлечься на протяжении всей своей жизни: первый может поглощать книги одну за другой, смотреть хорошее и даже плохое кино, интересоваться всем на свете – от кулинарии до космоса, забивать своё время работой, почти любыми людьми и событиями, второй занимается тем же самым на своём уровне. Такие люди как правило всеядны в духовном плане – всё, мол, полезно, что в «рот» полезло. И зачем им при такой насыщенной жизни какой-то Бог? Какая вообще разница, есть Он или нет, когда не хватает времени, чтобы съесть всё, что предлагает мир, даже если ты ешь максимально быстро и самой большой из доступных тебе ложек?
А правда, ребят, какая разница?
К большому сожалению (для того, кто атеист) и к осторожному счастью (для того, кто не он), разница есть. И я свидетельствую всем, кто это читает, что Бог есть. Признаюсь, свидетельствую ВЫНУЖДЕННО, потому что считаю своё свидетельство делом совершенно бессмысленным и имею на то все основания. Кроме того, не буду лукавить, мне почти абсолютно безразлична судьба человечества (за исключением моей собственной судьбы и судьбы тех, кто мне близок по духу – не важно, знаю я их лично или нет) и я не считаю нужным и возможным как-то на неё влиять. Но Бог дал мне по шапке, когда я решила молчать, и только поэтому я сейчас, превозмогая свою лютую лень, пишу всё то, что пишу. Потому что знаю, что если буду упорствовать, то огребу не по-детски. А ведь каждый из вас тоже огребает – каждый по-своему, каждый за своё. А то ли ещё будет! Самое стрёмное у нас ещё впереди.
Итак, разница есть. И завтра может быть поздно понять, что это действительно так. И нет, я не про всадников Апокалипсиса. Тема всадников, конечно, очень интересна и даже уже почти актуальна, можно сказать, но зачем нам идти в эсхатологию, если есть более привычная и такая близкая нам всем СМЕРТЬ? И ладно бы, что она есть (это бы ещё полбеды), так ведь её одновременно и нет – вот в чём подвох-то!
И тут бы мне взъерошить свои волосы и с безумными глазами, облачившись в лохмотья, побежать по ночной Москве с криками «Покайтесь, пока не поздно!», но придётся это важное мероприятие отложить, потому что надо дописать этот текст, который всё никак не хочет дописываться.
Так о чём это я? Ах, да! Смерти нет. Все же знают, наверное, что смерть – это такая штука типа рождения человека, когда он из уютного беззаботного внутримамского мирка изгоняется, как из рая. Ему, мягко говоря, очень некомфортно, страшно, ему кажется, что он умирает. Жил себе жил там, понимаешь, не тужил, думать не думал, что что-то изменится, а тут такая заваруха! Вместо тёплых околоплодных вод – холодина какая-то неуютная, вместо приятного полумрака – ослепляющий свет, вместо дыхания без задней мысли – сами знаете, что… Тут и взрослый бы испугался не на шутку, что уж говорить про младенца. Так начинается жизнь. Примерно так же она и заканчивается, чтобы тут же, впрочем, продолжиться. Но продолжиться она может намного страшнее, чем закончилась, если к моменту непервого рождения человек так и остался младенцем. А за порогом этого рождения уже не несколько десятков лет, а вечность. И хорошо бы иметь это в виду, живя свою малюсенькую жизнь. Иначе, когда увидишь, как оно всё на самом деле обстоит, есть риск расплакаться: «Я же не знааал…»
Не ври! Ты не хотел знать.
