По делу об измене Родине в августе 1991 года (государственный переворот, совершенный в августе 1991 года) было арестовано 12 человек, из актива ГКЧП и секретариата этих людей. 22 августа 1991 года под стражу взяли Крючкова, Язова, Янаева и Тизякова, 23 августа 1991 года — Павлова, Бакланова, Стародубцева, Варенникова и других.
Все они были высокопоставленными лицами, обладающими властью. Но превратились в сидельцев за "политику".
Некоторые из товарищей начинали свой срок в санаторных условиях. Например, председатель КГБ СССР Владимир Крючков, министр обороны СССР Дмитрий Язов, вице-президент научно-промышленного союза СССР Александра Тизякова держали в подмосковном санатории МВД. Затем их перевели в СИЗО Кашина, а затем в "Матросскую тишину" (СИЗО №4 г.Москва).
В "Матросской тишине" сидели и начальник 9-го управления КГБ генерал-лейтенант Юрий Плеханов и секретарь ЦК КПСС Олег Бакланов.
Первоначально, новенькие "пассажиры" не признавали тюремных порядков и правил поведения в исправительных учреждениях. Они требовали для себя более комфортабельных условий, с отдельными апартаментами, телевизором, холодильником, видом из окна, беспрепятственным доступом к свежей корреспонденции и библиотеке. Требовали улучшенного рациона питания, не желая вкушать тюремную пищу.
И некоторые требования действительно были исполнены тюремной администрацией. В частности, в рацион добавили мясо и масло. И вскоре была налажена бесперебойная доставка посылок с "воли".
По воспоминаниям сокамерников, сначала арестанты ГКЧП дичились других сидельцев, выглядели растерянными, замыкались в себе. Но потом, когда осознали, что посадили их в камеры не рецидивистов, а безобидных кооператоров, проходивших под следствием по экономическим статьям, быстро освоились. И даже объясняли идеологическую платформу ГКЧП, утверждая, что если бы правое дело удалось — Советский Союз снова бы воспрял. Но жулики "экономисты" не особо желали этого. В жарких спорах проходило время.
Бывший председатель Верховного Совета СССР Анатолий Лукьянов позже утверждал, что в тюрьме, "при общении с зэками", ему пригодилось знание "фени" (воровского жаргона). Впрочем, позже он признался, что сидел в "одиночке" и разговаривать по "фене" мог лишь со стенами камеры.
Допросы подследственных проходили по разному. Бывший следователь прокуратуры РСФСР Владимир Соловьев позже вспоминал:
"Особенно много разговаривал с Павловым и с Язовым. С Варенниковым было трудно, очень трудно. Он сразу же спросил, какой у меня армейский чин. Отвечаю: старший лейтенант. "А знаете ли вы, что допрашиваете генерала армии?" Говорю: "Конечно, знаю". — "А вам известно, что я нес Знамя Победы?" "А вы знаете, что я получил Героя Советского Союза за афганскую войну?"
В дни следствия маршал Язов попросил у Горбачева прощения, это было снято на видеокамеру начальником следственного отдела прокуратуры РСФСР Ю.И. Лекановым. Но Павлов обращаться к Горбачеву отказался.
Арестованный премьер-министр СССР сказал тогда:
"Вы не знаете этих людей: Горбачев делает то, что ему взбредет в голову, а Ельцин — что говорит ему его команда. Поэтому никаких жалобных обращений с моей стороны не будет".
25 декабря 1991 года над Кремлем был спущен государственный флаг СССР и поднят флаг России. Закончилась эра правления Советского Советского Союза и само государство кануло в лету. Но следствие по делу ГКЧП продолжалось.
В января 1993 года всех подследственных по делу ГКЧП выпустили из следственных изоляторов под подписку о невыезде. Под стражу они больше не заключались.
В судебном процессе участников ГКЧП защищали девятнадцать известных адвокатов, в том числе Генрих Падва и Генри Резник. Процесс длился около полутора лет, дело закончилось амнистией для всех обвиняемых.