Самое главное, чего Флоренс Уэлч хотелось на карантине — танцевать. И не в домашней пижаме, когда никто не видит, а полноценно, в танцевальной студии, перед зеркалом, с такими же, как она, энтузиастами. Или вовсе на балу — без масок (не считая карнавальных) и социальной дистанции! Но все танцевальные студии были закрыты, а дома одни только фильмы ужасов и доставляли ей удовольствие. В одной из книг певица также вычитала о так называемой хореомании (ей даже посвящена одна из песен) — групповом ритуале, во время которого люди утанцовываются до изнеможения... так, как будто она уже не была похожа на белую ведьму. Казалось бы, куда уж больше? Оказывается, есть куда.
Основная тема этого танцевального ритуала — будущее. Вместо оглядки на прошлое певица пытается понять, что ждёт её в будущем, и протанцовывает в него с любовью, оптимизмом и уверенностью. И, хотя она, как и прежде, себе на уме, и создаёт полноценную мифологию вокруг своей персоны (с её талантом и скромностью это простительно), не заразиться её мыслями и не услышать в них что-то своё очень сложно. Флоренс всегда вдохновлялась Бродвеем, и это заметно во всём — в том, как она себя преподносит, в цветастости промо-кампаний и, разумеется, в музыке. В этот раз руку к альбому приложили вездесущий Джек Антонофф и Дейв Бейли, фронтмен Glass Animals — оба выступили продюсерами некоторых песен. Пышнота, роскошь, торжество — основные качества этой танцевальной лихорадки.
Альбом выходит как раз под занавес пандемии, вырваться из рамок которой певица и мечтала, пока над ним работала. Это значит — самое время надеть комфортную одежду (или платье с корсетом, если у вас пылится одно в шкафу) и поддаться новой чуме — танцевальной. И, если и умирать — то с песней.