«о суде же, что князь мира сего осужден.» (Ин. 16: 11).
Помимо нашего материального мира, видимого существует ещё и духовный мир невидимый, который главенствует над материальным миром. Как говорит Священное Писание: «Бог есть дух, и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине.» (Ин. 4: 24). В этом мире присутствуют бесплотные существа - духи, и есть как светлые Ангелы, так и злые демоны. Изначально все ангелы были сотворены светлыми, для того, чтобы они служили Богу. «Творяй Ангелы Своя духи и слуги Своя пламень огненный.» (Псалом 103: 4). Как известно из Библии, третья часть ангелов злоупотребила своей свободной волей и отпала от Бога, последовав за мятежным ангелом Денницей (Люцифером): «И другое знамение явилось на небе: вот, большой красный дракон с семью головами и десятью рогами, и на головах его семь диадим. Хвост его увлек с неба третью часть звезд и поверг их на землю.» (Откр. 12: 3-4), а две трети Ангелов остались с Богом и утвердились в Истине, добре и любви. Мятежные ангелы просто перестали славить Бога, стали гордиться своими дарами, которые получили от Создателя. А когда они отпали от Бога, последовав за сатаной, то использовали свой ангельский ум во зло. Грехи они возлюбили больше Бога. «Если нечестивый будет помилован, то не научится он правде, — будет злодействовать в земле правых и не будет взирать на величие Господа.» (Исаия 26: 10). Они выбирают грех сознательно, желая соблазнить и людей и ввести их в грехи. Они идут к смерти, падая и падая вниз.
Возможно ли покаяние для этих падших духов? Нет, невозможно. Покаяние для них невозможно, потому что они сознательно не хотят этого. Они любят грех больше. В них нет смирения, они очень горды и отчаялись в спасении. По этой причине они злы, жестоки, немилостивы и хотят погубления душ человеческих, всячески склоняя людей к разным грехам, вводя в разные сети, пытаясь увести души в ад. Человек тоже удобопреклонен ко греху, но ему дано покаяние. Озеро огненное уготовано не людям, а сатане и его ангелам: «Тогда скажет и тем, которые по левую сторону: «идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его» (Мф. 25: 41). И многие люди грешат не сознательно, по немощи, люди обложены плотью, а плоть склонна ко греху. Люди могут покаяться, Господь принимает их покаяние. Конечно здесь тоже у человека есть свободная воля, каяться или нет.
Примет ли Бог покаяние сатаны и беса? Ответ был дан преподобному Антонию Великому. «Один великий старец (преподобный Антоний Великий) столько превзошёл искушения демонские, что более уже не боролся с ними мыслью, но зрел очами и ангелов, и демонов, как первые стараются о спасении человеческом, а другие о погибели. Он столько был велик и высок в духе, что пребывал спокоен, когда видел нечистых духов. Часто укорял их и приводил в досаду, напоминая им приготовленную для них огненную геенну. Напоследок демоны разгласили между собою один другому о старце, и положили в совете своём, чтобы с сего времени никто из них не сообщался с ним, из опасения, дабы кому-нибудь не нанёс он вреда, поскольку достиг удивительного бесстрастия. Итак, когда старец был так строг, а демоны так робки, один из демонов сказал другому:
— Брат Зерефер, (так назывался сей демон) если кто из нас, демонов, раскается, приимет ли того Бог, или нет? Кто это знает? Скажи мне. Зерефер отвечал: — Хочешь, я пойду к тому великому старцу, который не боится нас, и выпытаю у него? — Иди, — говорил другой. — Но смотри, он прозорлив, узнает обман твой, ибо не преминет вопросить Бога своего. Однако иди. Может быть, ты и успеешь в намерении, а если и нет, то, сделав своё дело, возвратишься назад. Тогда Зерефер отправился к старцу, и приняв на себя притворный вид, начал плакать и рыдать пред ним, как человек. Бог же, желая показать, что он никого не отвращается, но всех прибегающих к нему принимает, на сей раз не открыл старцу, что это диавол, пришедший искусить его. Старец смотрел на него, как на простого человека. Увидев это, говорит ему: — Кто ты, о человек? И что с тобой случилось, что ты так горько плачешь и сильно рыдаешь? — Святой отец! — отвечал диавол. — Я не человек, но демон злой, каковым признаю себя за множество грехов моих. Старец спросил: — Чего же ты хочешь от меня? — думая, что он по смирению назвал себя демоном, а Бог ещё доселе не открыл старцу обмана. Демон сказал: — Ничего более, кроме того, чтобы ты упросил Господа Бога твоего открыть тебе, допустит ли он диавола к покаянию. Ибо я не принимал Крещения и почитаю себя как бы демоном. Старец ответил: — Сегодня пока иди в дом свой, а ко мне приди завтра, я скажу тебе ответ. И в тот самый вечер, простёрши святые руки свои, он молился человеколюбивому Богу и говорил: — Владыко, Господи, благий и милостивый, хотящий всем человеком спастись и в разум истины прийти! Послушай меня в час сей и открой недостойному рабу твоему: приимешь ли человека, превзошедшего грехами и демонов. После сих слов старца вдруг, как блеск молнии, предстал пред ним Ангел Господень и сказал: — Вот что говорит Господь: «Для чего ты за демона просил Моё могущество? Ибо он приходил с лестью искусить тебя». Старец спросил: — Почему же Господь Бог не объявил мне истины? Ангел отвечал: — Не смущайся. Домостроительство спасения требовало того для пользы грешников, дабы открыто было неизречённое человеколюбие Божие и то, что Бог никого из приближающихся к нему не отвергает от себя, хотя бы пришёл диавол или сам сатана, или кто другой из числа сих погибельных. А вместе — дабы некоторым образом открылось и непреклонное отчаяние демонов. Итак, когда опять придёт к тебе искуситель, ты не тотчас обличи его, но сначала скажи ему: «Знай, что человеколюбивый Бог никого из приходящих к Нему никогда и ни за что не отвращается, и возвестил, что ты можешь быть принят, если исполнишь то, что я прикажу тебе». Когда же он, услышав сие, спросит, в чем состоит приказание, отвечай ему: «Так заповедал тебе Бог: знаю тебя, кто ты, и откуда пришёл искусить меня. Ты — древнее зло, ты — гордыня неприступная; как же можешь принести достойное покаяние?» Впрочем, чтобы ты не имел никакого предлога к извинению в день Суда, слушай, как должен ты начать покаяние. Господь говорит: пробудь три года на одном месте, не сходя с него; днём и ночью, обратившись к востоку, говори: «Господи! помилуй меня — древнее зло». И ещё по сто раз говори громко так: «Помилуй меня, омрачённую прелесть». Скажи ему: «Когда выполнишь сие с должным смирением, тогда сопричислен будешь Ангелам Божиим». Если согласиться это сделать, прими его в покаяние. Но знай, что древнее зло не делается новым добром. И что напоследок случится, запиши, дабы желающие раскаяться не отчаивались. Пусть из сего опыта твёрдо уверятся люди, что никогда не должно скоро отчаиваться в спасении своём. Сказав сие, Ангел Божий вознёсся на небо.
На другой день рано поутру приходит диавол и начинает издалека показывать вид плачущего человека и просить милости старца. Но старец сразу не обличил его замысла, а только в сердце своём говорил: «В худой час ты пришёл, хищник диавол, ядовитый скорпион, древнее зло, тиран, чудовище!» Потом говорит ему: — Знай, что я просил Бога, как обещался. Бог приемлет тебя в покаяние, если только выполнишь то, что Он приказал тебе, как сильный и вседержавный. Демон спрашивает: — Что же он приказал мне? Старец отвечал: — Приказал, чтобы ты простоял на одном месте три года, днём и ночью громогласно произнося по сто раз таковые слова: «Боже! Умилостивись над моим окаянством». И опять подобным же образом по сто раз: «Боже! Помилуй меня — древнее зло». И ещё в третий раз: «Боже! Спаси меня, омрачённого и проклятого». Если сие сделаешь, Бог примет твоё покаяние и причислит тебя, как и прежде, к Ангелам Своим. Демон Зерефер много смеялся на сии слова старца и сказал ему: — Если бы я хотел назвать себя окаянством и древним злом, и омрачённым прелестью, и темным, и проклятым, то я позаботился бы это сделать ещё с самого начала и спасся бы немедленно. Но теперь я назову себя древним злом? Нет — невозможно. Ибо теперь я покрыт славою. Все служат мне, боятся и трепещут меня. И теперь-то я назову себя окаянством, и прелестью, и древним злом? Нет, старик, нет. Чтобы я, господствующий над всеми грешниками, сделался непотребным рабом, смиренно раскаивающимся? Нет, старик, нет! Сказав это, нечистый демон с воплем исчез. Старец, видев то, встал на молитву, говоря: «Поистине, справедливо сказал Ангел, что древнее зло не делается новым добром». Источник: https://pritchi.ru/id_3442.
Как видно из этого повествования Господь всем желает спасения и даже демонам, но они сами не хотят этого по причине гордости, любви ко греху, стремления ко злу. Они сами не желают своего спасения. Сатана и демоны ведут войну с родом человеческим, потому что завидуют людям, что люди могут покаяться и занять их место в Царстве Небесном. Известны случаи, когда люди жалели демонов, желали им спасения и даже начинали молиться за них, но демоны при этом не только не были благодарны им, но ещё сильнее старались погубить душу такого человека. Настолько они злы и ненавидят род человеческий. Молиться за них не только дело бесполезное, но опасное, потому как такого человека они могут утянуть за собой, так сатана и демоны лукавы и хитры. Нам нужно молиться за людей, за бесов нет.
К каким последствиям может привести молитва за бесов можно сделать вывод, прочитав следующую историю. «Однажды в новостях проскочила информация о смерти одной женщины Клавдии Митрофановой, которая по непонятным причинам выпала из окна своего дома. Мотива для ее убийства не нашли и следствие провозгласило, как итог — суицид. На приходе храма, в который ходила Клавдия, настоятель во время проповеди озвучил эту скорбную новость и произнес слово о духовном руководстве и важном значении духовника в жизни каждого христианина. Совсем недавно жила на белом свете одна раба Божия Клавдия. Она, как и большинство современных прихожан, крестилась давно, но сознательно пришла к Богу уже в зрелом возрасте. К такому шагу ее подтолкнула ранняя смерть ее маленького сына. В порыве безмерной печали она пришла в храм и здесь ей рассказали о таком понятии, как Промысел Божий. Она приняла эту истину к сердцу и успокоилась, придав своего сына в руки Божии. Клавдия была замужем один раз. Но, как иногда говорят в таких случаях, — у них не сложилось. И они мирно разошлись, оставшись то ли друзьями, то ли непонятно кем. Поэтому времени служить Богу у нее было предостаточно, чем она и занялась. Как всякая ревностная христианка Клавдия не стала ходить вокруг да около, но принялась сразу за чтение столпов высокой монашеской жизни преподобных Исаака Сирина и Нила Синайского, а также Симеона Нового Богослова. Их писания привели Клавдию в неописуемый восторг! Вот это высота, — думала начинающая подвижница, — вот это сила! Слова о божественном свете и непрестанном покаянии открыли для нее новые горизонты на пути православной аскезы. Она резко сократила рацион своего питания, оставив лишь каши и овощи, почти перестала спать и твердо решила прожить свою жизнь в покаянии…
…Но все это было лишь приготовлением к главному ее подвигу, подвигу ее жизни, ради которого, как думала Клавдия, она и рождена на свет. Прочитав однажды у преподобного Исаака Сирина о признаках милующего сердца, Клавдии сильно запали на душу следующие его слова: «Возгорение сердца у человека о всем творении, о человеках, о птицах, о животных, о демонах и о всякой твари. При воспоминании о них и при воззрении на них очи у человека источают слезы… а потому он ежечасно со слезами приносит молитву, чтобы сохранились они и были помилованы». Значит православный должен миловать и молиться и о бесах, — подумала Клавдия. Ну конечно! Сколько твари пропадает зазря. Кто-то же должен за них молиться. Если бы кто-нибудь смог их вымолить, вот бы радость была на Небе! — думала молитвенница. Я уже имею серьезный опыт в подвижничестве, знаю творения святых отцов. Думаю, я смогу взять на себя этот подвиг. Так было положено начало "подвигу" вымаливания бесов. Клавдия знала, что пост соединенный с молитвой имеет необыкновенную силу и потому взяла на себя сугубый подвиг поста ради спасения падших духов. Днем она работала и каждый час клала поклоны с молитвой: «Господи, помилуй отверженное создание Твое ради смиренной молитвы моей. Ведь и их Ты создал, а значит любишь». А по ночам Клавдия полагала бесчисленное количество поклонов и часто засыпала в молельном углу, утомившись от своих трудов. Бог же не хотящий смерти грешника, всячески вразумлял Клавдию. Он посылал ей книги и людей, через которые взывал к ней и пытался достучаться до ее сердца. Однажды подойдя в храме к книжной лавке, Клавдия взяла книгу о старце Паисии Святогорце. Совершенно наугад она открыла страницу и прочла: «Однажды, — рассказывал старец, — я стоял на коленях и молился о бесах, прислонив голову к земле и говоря: «Ты — Бог, и если Ты хочешь, то можешь найти способ, чтобы спасти и этих окаянных, несчастных бесов». Надо же, — подумала Клавдия, — старцу Паисию тоже приходили такие же благие мысли. Значит я правильно мыслю, — сделала она вывод и продолжила чтение дальше: «С болью молясь такими словами, я увидел рядом с собой голову пса, который высовывал язык и меня передразнивал. Возможно, Бог попустил это, желая показать мне, что Он хочет спасти и бесов, но они сами этого не хотят». Закрыв книгу Клавдия пошла домой. Ну как же, — не хотят! Да кто ж не хочет быть спасенным? Конечно, хотят, только пока не знают об этом. Вот когда попадут в рай, тогда и поймут настоящую цену моего подвига и отблагодарят по достоинству. Следующей ночью Клавдия услышала во сне чей-то голос, который просил помолиться о нем, говорил, что нуждается в молитвах и испытывает облегчение от ее молитв.
Проснувшись, Клавдия сделала вывод, что "подвиг" «работает» и необходимо продолжать. Возвращаясь однажды домой после воскресной службы, Клавдия стала свидетелем разговора двух женщин. — Представляешь, — говорила одна, — нашла вчера у своей дочери сонник! Сны толкует! Вот кошмар! Отругала ее, книгу выкинула! — Да, — ответила вторая, — многие сейчас сны толкуют. Тайны им подавай, загадки. И ведь верят же, несчастные. — А что вы против снов имеете? — не выдержала и вмешалась Клавдия, — Через сны Бог между прочим Свою волю открывает. Женщины в недоумении уставились на нее. Отойдя от неожиданности, одна из них ответила: — Скорее, дьявол через сны открывает свою волю. — Ну да, дьявол! Как же! Скажи это Апостолу Петру и пророку Иоилю, который говорит: "И будет в последние дни, говорит Господь, изолью от Духа Моего на всякую плоть и будут пророчествовать… и старцы ваши сновидениями вразумляемы будут” (Деян. 2:17). — Старцы, может быть и будут вразумляемы сновидениями, — не сдавались женщины, — а вот нам нельзя верить сновидениям. Опасно это. Почитай у святителя Игнатия Брянчанинова. — Я тебе Апостола и пророка процитировала, а ты мне про какого-то святителя говоришь, который и жил не так давно. — Пойдем отсюда. Женщины на это ничего не ответили и предпочли отстать от неугомонной собеседницы. И каждый остался при своем мнении. Клавдия возвращалась домой и ликовала! Свою победу в этом коротком диспуте она расценила как доказательство своей правоты и только еще больше утвердилась в намеченном пути.
Следующей же ночью во время своего бдения она услышала какое-то движение в комнате. Стало страшно, по коже пробежали мурашки. Клавдия обернулась, но никого не увидела. Было два часа ночи и ее бдение было в полном разгаре. Повернувшись к иконам, она продолжила молитву. Но через минуту сзади раздался голос: "Спасибо тебе за молитвы.” Клавдия подпрыгнула от страха и обернулась. В полумраке она увидела темный силуэт. Он был маленького роста и разглядеть его лица было невозможно. — Ты кто? — в страхе спросила Клавдия. — Я тот, о ком ты молишься. Голос был детский, но от этого спокойнее не становилось. — Ты кто, бес? — Люди называют нас по-разному. Мне больше нравится — черт. Но ты зови меня как хочешь. Он подошел поближе и пламя свечи высветило его черное лицо. Он был похож на голого трехлетнего негритенка. Срамные места у него были закрыты чем-то, вроде тряпки. Он держал руки вместе и выглядел смущенным. Еле-еле справляясь с приступом жуткого страха, Клавдия спросила: — Зачем ты здесь? — Я пришел поблагодарить тебя за молитвы. Они помогают и скоро меня помилуют. Нужно, чтобы ты не оставляла молитвы обо мне. Он подошел еще ближе и встал прямо перед ней. Глядя на нее снизу вверх он сказал: — Конечно, не все желают туда, — он показал рукой вверх, — но некоторые были бы не против и я в том числе. — У тебя есть имя? — Меня зовут Ашмедай. Имя не важно, главное — это то, что ты делаешь для нас. Но ты не должна говорить об этом никому. Если ты скажешь, то наш отец узнает и прогневается на нас. Ты не должна никому говорить о том, что молишься за нас. Доброе дело нужно совершать втайне. Иначе тайна раскроется и ничего не получится. Это будет наш секрет. — Да, да, я понимаю. А сколько еще нужно молиться? — Не переживай, я тебе скажу. Ты первая узнаешь эту радостную новость. Главное — не рассказывай никому. А сейчас я оставлю тебя, чтобы не отвлекать от твоего спасительного занятия. С этими словами бес развернулся и вышел через дверь…
…На следующее воскресение Клавдия была на службе. После Литургии настоятель подошел к ней и спросил, все ли у нее в порядке? Те женщины рассказали ему об этом «знатоке» Священного Писания и попросили пообщаться с ней, так как ее поведение вызывало беспокойство. — У меня все хорошо, — ответила Клавдия, — даже лучше чем хорошо. А у Вас?— Что ж, отрадно слышать, — сказал священник, — у меня тоже неплохо, спасибо. Ты, говорят, Священное Писание неплохо знаешь. Это похвально. Только ко всему нужно подходить разумно, и переусердствовать можно даже в святом деле. Поэтому я и спросил тебя, все ли у тебя в порядке? — Да, отче, я все понимаю. У меня все хорошо. — Ладно, — заключил настоятель, — только не надорвись. У тебя что-то уставший вид. Если что, подойди, спроси. Я чем смогу помогу. Тут Клавдия вдруг спросила: «А молиться за бесов можно?» Она даже сама не понимала зачем спросила, так как уже давно знала для себя ответ. Настоятель насторожился. — Нет. За них нельзя молиться. И проблема тут вовсе не в Боге, Который готов миловать любого кающегося грешника. Проблема в них самих. Они сами не ищут спасения. — Но они не ищут потому что не знают. А когда будут спасены, тогда поймут от чего отказывались, — возразила Клавдия. — Они никогда уже не захотят быть спасенными, — ответил батюшка. — Они окончательно и невозвратно утвердились во зле и заняли позицию вечного противления Богу. — Но ведь Исаак Сирин молился за них! — не сдавалась Клавдия. — Своим словом он не столько призывал молиться за бесов, сколько показывал насколько невместимым может быть любящее милующее сердце. Это не призыв молиться за бесов и грызунов, а призыв стремиться к любви. Понимаешь? Святых отцов тоже нужно правильно понимать. Я потому и сказал про рассуждение в добродетели.
Но Клавдия хотя и слышала его слова, однако их смысл проходил мимо. Понимания между ними не произошло. Утвердившись в своей воле, человек не воспринимает даже явных вразумлений Божиих. А вот бесовские, наоборот, будут льстить его самолюбию. Ночью во время своего краткого сна, Клавдия услышала голос, который указал на книгу преподобного Силуана Афонского и сказал номер страницы. При этом голос добавил: «Не сомневайся и выполни свое предназначение». Проснувшись, она тотчас нашла указанную книгу и открыла на нужной странице. Преподобный Силуан говорил: «Так Дух Божий научает любви ко всем, и душа сострадает всякому существу, любит даже врагов и жалеет даже бесов, что они отпали от добра». Это была последняя капля, после чего для Клавдии наступила точка невозврата. Прошло еще какое-то время. И вот одной ночью во время своего молитвенного подвига Клавдия увидела, что комнату осиял свет. В этом свете она увидела маленького мальчика. Он подошел к ней и радостно сказал: «Здравствуй, моя спасительница. Твоими молитвами я помилован и теперь отправляюсь на небо. Как я и обещал ты первая узнала об этом». Несмотря на изобилие света Клавдию не оставляло чувство страха и ужаса. Она совсем забыла про крестное знамение и имя Божие, но полностью была поглощена видением. Явившийся уже не был негритенком. Он выглядел как обычный белый мальчик. Взяв ее за руку, он сказал: «Пойдем, я покажу тебе куда по твоим молитвам меня поместили», — и он повел ее из комнаты. За дверями комнаты Клавдия увидела длинный немного освещенный коридор. Пол был усыпан цветами и зелеными листьями, а стены были из черного мрамора. Клавдия удивлялась и продолжала следовать за своим спутником, который часто-часто поворачивался и смотрел на нее своими детскими глазками. Наконец они подошли к двери. Бес сказал: «За этой дверью ты увидишь иной мир, которого ты раньше не видела. Иди же смелее. Только один шаг и ты увидишь мир моими глазами». И Клавдия сделала этот шаг, который стал последним в ее жизни... «И пока заключен ты в месте тела, будь рачительным в делах покаяния и противоборцем страстей, терпеливым в делании заповедей, и остерегайся бесовского поругания» (преп. Исаак Сирин. Слово 55. Послание к преподобному отцу Симеону Чудотворцу); с сокращениями. Информация с сайта: https://napravdestoy.livejournal.com/ .
Раба Божия Клавдия имела хорошие намерения, добрые, желая даже бесам спасения, но враг рода человеческого запутал её, ввёл в заблуждение. Лучше свои силы тратить на молитву о себе и о ближних. А молиться о бесах занятие не только бесполезное, но опасное и вообще оно может довести до погибели. «И Ты, Господи, Боже Сил, Боже Израилев, поспеши посетить все народы, не пожалей всех делающих беззаконие.» (Псалом 58: 5). «Ты же не проси за этот народ, и не возноси за них молитвы и прошения, и не ходатайствуй предо Мною, ибо Я не услышу тебя.» (Иер. 7: 16). Господь милостив и готов принять покаяние любого Своего творения, но сами бесы не хотят этого. А их коварство, хитрость зависть и злоба не знают предела. Поэтому мы просим в молитве: «и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого.» (Мф. 6: 13). Эти падшие духи действительно являются нашими врагами. Господь победил сатану и бесов. «Царствует ад, но не вечнует над родом человеческим». Слова из Вечерни Великой Субботы. И мы, уповая на Христа, имеем надежду на спасение для жизни вечной. Не нужно давать место диаволу и бесам, а господствовать на ними по слову Спасителя: «се, даю вам власть наступать на змей и скорпионов и на всю силу вражью, и ничто не повредит вам;» (Лк. 10: 19).
«Удаляйся от неправды и не умерщвляй невинного и правого, ибо Я не оправдаю беззаконника.» (Исход 23: 7).