Народ, не знающий своей истории, есть навоз, на котором произрастают другие народы. Это слова Петра Аркадьевича Столыпина (1862-1911), главы кабинета министров Российской империи. А вот слова из речи, произнесённой век спустя бывшим узником лагеря смерти "Аушвиц" (Освенцим) по имени Мариан Турский: "Auschwitz ist nicht vom Himmel gefallen". Аушвиц не упал с неба. Это может показаться очевидным, но есть в этом глубокий и очень важный для понимания смысл. Перенесёмся на некоторое время воображением в Берлин начала 30-х. Мы почти в центре города. Баварский квартал, три остановки от Кудамма и Зоопарка. Там, где сегодня находится станция метро "Баварский парк". И вот в какой-то момент на скамейках появляется надпись: "На этих скамейках евреям сидеть запрещено". Можно сказать: неприятно, несправедливо, это ненормально, но ведь вокруг столько скамеек, можно посидеть где-нибудь в другом месте, ничего страшного. Это был район, населённый немецкой интеллигенцией еврейского происхождения. Там жил
Народ, не знающий своей истории, есть навоз, на котором произрастают другие народы.
Это слова Петра Аркадьевича Столыпина (1862-1911), главы кабинета министров Российской империи.
А вот слова из речи, произнесённой век спустя бывшим узником лагеря смерти "Аушвиц" (Освенцим) по имени Мариан Турский: "Auschwitz ist nicht vom Himmel gefallen".
Аушвиц не упал с неба. Это может показаться очевидным, но есть в этом глубокий и очень важный для понимания смысл.
Перенесёмся на некоторое время воображением в Берлин начала 30-х. Мы почти в центре города. Баварский квартал, три остановки от Кудамма и Зоопарка. Там, где сегодня находится станция метро "Баварский парк".
И вот в какой-то момент на скамейках появляется надпись: "На этих скамейках евреям сидеть запрещено". Можно сказать: неприятно, несправедливо, это ненормально, но ведь вокруг столько скамеек, можно посидеть где-нибудь в другом месте, ничего страшного.
Это был район, населённый немецкой интеллигенцией еврейского происхождения. Там жили Альберт Эйнштейн, нобелевский лауреат Нелли Закс; промышленник, политик, министр иностранных дел Вальтер Ратенау...
Потом в бассейне появилась надпись: "Посещение этого бассейна евреям запрещено". Можно снова сказать: это неприятно, но в Берлине столько мест, где можно купаться, столько озёр, каналов, почти Венеция, так что можно где-то в другом месте.
Потом появилась надпись: "Евреям нельзя принадлежать к немецким певческим союзам". Ну и что? Они хотят петь, музицировать, пусть соберутся отдельно, будут петь.
Затем появилась надпись и приказ: "Еврейским, неарийским детям нельзя играть с немецкими, арийскими детьми". Они играли сами.
А потом появилась надпись: "Евреям мы продаём хлеб и продукты только после 17 часов". Это уже неудобно, потому что меньше выбор, но, в конце концов, после 17-ти тоже можно делать покупки.
И так медленно, постепенно, день за днём люди начали с этим свыкаться. И жертвы, и палачи, и свидетели, которых мы называем bystanders, начали привыкать к мысли, что это меньшинство, которое дало миру Эйнштейна, Нелли Закс, Генриха Гейне, Мендельсонов, — иное. Что оно может быть вытолкнуто из общества, что это люди чужие; что это люди, которые разносят микробы, эпидемии.
Это уже страшно, опасно. Это начало того, что через минуту может произойти...
А дальше идёт уже насилие: запрет принимать евреев на работу, запрет эмиграции. А потом быстро наступает отправка в гетто: в Ригу, в Таллин, в мое лодзинское гетто — Литцманнштадт. Откуда большинство будет потом отправлено в Кульмхоф, Хелмно, где будет убито выхлопными газами в грузовиках, а остальные пойдут в Аушвиц, где будут умерщвляться "Циклоном Б" в современных газовых камерах.
Аушвиц не упал вдруг с неба. Аушвиц топтался, семенил маленькими шажками, приближался, пока не случилось то, что произошло.
Не будьте равнодушными, если видите историческую ложь.
Не будьте равнодушными, когда видите, что прошлое притягивается в сиюминутных политических целях.
Не будьте равнодушными, когда какая-либо власть нарушает уже существующие социальные договоры.
Потому что если будете, то оглянуться не успеете, как на вас или на ваших потомков с неба вдруг упадёт какой-нибудь Аушвиц.
Расшифровка полного текста речи Мариана Турского по этой ссылке.
Снимок со знаменитой надписью "Работа делает свободным" над воротами сделан в том самом Аушвице, который не упал с неба и где по данным ФСБ были уничтожены больше 4 млн человек (данные на 2020 год).
Ну, а про равнодушный народ, который становится навозом для истории, больше ста лет назад хорошо сказал глава кабинета министров Российской империи Пётр Столыпин.