Виктор Долонько, организатор приезда Виктора Цоя в Самару:
...Это было удивительное время. Министром культуры Советского Союза тогда пришёл Захаров, экономист, доктор наук, профессор из Ленинградского университета. И он придумал правила игры для министерства настолько лояльные, каких до этого никогда не было. Всякие бригадные формы подряда, кооперативы. Там была такая куча прогрессивных идей, которые для нас в 1986 году казались недостижимыми. То есть практически можно было делать всё! Была линейная шкала налогообложения в 13%, минимальные отчисления в социальные фонды, и я мог помогать кому угодно. Бюро досуга «Праздник» — это был своего рода фонд, который давал «крышу» любым начинаниям.
Одним из первых, кому я позвонил тогда, был Саша Астров. Мы работали в университетском кафе-клубе «Гаудеамус». Я худрук клуба, Саша – идеолог и один из ведущих дискотеки. Дружили. После ухода из университета сотрудничали на постоянно действующем семинаре руководителей дискотек – был такой при областном научно-методическом центре управления культуры.
Я Астрову предложил: вези любых отечественных рок-музыкантов, кого хочешь. Потому что был колоссальный дефицит «культурного продукта» вне рамок классических театральных и музыкальных форм. Совершенно очевидно, мы понимали, что концертным рок-проектом мы и себе доставим удовольствие, и достанем денег, которые это всё окупят. — Мы приглашали людей, которые были интересны и которых никогда здесь не было. Саша Астров один раз приходит и говорит: «Давай устроим концерт Цоя!» И просит меня договориться с площадкой. Через обком комсомола нам дали Дом молодёжи. Виктор Цой должен был приехать один с акустическим концертом, и никаких проблем мы не ждали. Пока до концерта не осталась 1 неделя. Ровно за неделю в концертной площадке нам отказали. Всем было понятно: это ещё не пик перестройки, а только объявленные намерения перемен. Книжки только через год начали печатать, фильмы с полок снимать.
В общем, с Домом молодёжи не удалось ничего не сделать. Тогда я поставил ультиматум: если вы не поможете, то вся эта концертная линия оборвется, и никаких вам дней города и всенародных праздников. Ну и в конечном итоге после долгих переговоров нам разрешили выступить в кафе клуба 9 ГПЗ. Нам предоставили помещение и сказали: ребята, единственное, там мало места и билеты мы уже все распределили. То есть почти все 100 билетов обком комсомола распределил между сотрудниками куйбышевских райкомов. Там был комсомольский актив, собрали людей со всех районов, тех, которые, в общем, знали, кто такой Цой и которые должны были провести дискуссию, объяснив Цою, кто он такой вообще есть. Реальные поклонники Цоя приехали с Сашей Астровым, но их было мало. Прошло время, и многие из этих комсомольцев в конечном итоге сами стали в ряды поклонников рок-движения, но тогда замусоренные целями, задачами, своим положением и теми указаниями, которые они получили, все сидели с каменными лицами.
Цой ещё не начал петь, а ему уже стали объяснять, что алюминиевых огурцов не бывает. Это всё было очень смешно. Саня Астров, который вёл этот вечер, был в полной растерянности, потому что понимал: можно так провести это мероприятие, что оно станет последним в нашей с ним концертной биографии. Вечер тем не менее прошел спокойно. Цой пел нормально. Я думаю, что на всех приёмо-сдаточных комиссий ленинградского горкома комсомола, которые были регулярно на Рубинштейна (место дислокации ленинградского рок-клуба), он нагляделся этого всего. Но наши куйбышевские комсомольцы не рвали на себе рубахи, не прерывали пения. Цой спел, они послушали, потом задали ему подготовленные вопросы. Такая литургия, которую они должны были исполнить...
Продолжение следует....