На кухне за столом сидела Валентина Федоровна, недовольно всматриваясь в спину своей невестки Лены. Женщина почти прожгла дыру на бедной девушке, пока та наливала ей чай. ― Валентина Федоровна, вы уже спросите наконец-то то, что вас так беспокоит. Ваш убийственный взгляд в мою спину, не начнет диалог, ― вздохнув, произнесла Лена. Девушка поставила перед свекровью чашку с чаем. ― Ты вообще собираешься выходить на работу? ― недовольно спросила женщина. ― Конечно, собираюсь. Как только Максим пойдет в садик, а это примерно через год-полтора. Вы же знаете, ясельных групп у нас практически нет в городе. Надо ждать. ― Ну, пока ждете, устройся на работу в ночную смену, например. Пока ты ночью работаешь, с ребенком Алёшенька сидит, а утром он на работу, ты с Максимкой. ― О, как вы придумали ловко! ― с сарказмом сказала Лена. ― Я бы никогда до такого не додумалась. Свекровь недоуменно уставилась на девушку. ― То есть, по-вашему, Валентина Федоровна, я – робот, и спать совсем не должна? ― Ну
На кухне за столом сидела Валентина Федоровна, недовольно всматриваясь в спину своей невестки Лены. Женщина почти прожгла дыру на бедной девушке, пока та наливала ей чай.
― Валентина Федоровна, вы уже спросите наконец-то то, что вас так беспокоит. Ваш убийственный взгляд в мою спину, не начнет диалог, ― вздохнув, произнесла Лена. Девушка поставила перед свекровью чашку с чаем.
― Ты вообще собираешься выходить на работу? ― недовольно спросила женщина.
― Конечно, собираюсь. Как только Максим пойдет в садик, а это примерно через год-полтора. Вы же знаете, ясельных групп у нас практически нет в городе. Надо ждать.
― Ну, пока ждете, устройся на работу в ночную смену, например. Пока ты ночью работаешь, с ребенком Алёшенька сидит, а утром он на работу, ты с Максимкой.
― О, как вы придумали ловко! ― с сарказмом сказала Лена. ― Я бы никогда до такого не додумалась.
Свекровь недоуменно уставилась на девушку.
― То есть, по-вашему, Валентина Федоровна, я – робот, и спать совсем не должна?
― Ну, спи днем, когда у Максимки тихий час.
Лена посмотрела на женщину и рассмеялась.
― После ночной смены, вы считаете, что два часа сна – это норма? А потом еще успеть сделать домашние дела, чтобы вечером опять на смену пойти? Нет, спасибо.
― Все тебе не так! Найди работу, где ты можешь с ребёнком присутствовать! Хватит на шее моего сына сидеть всем!
Лена от злости, едва не потеряла рассудок.
― На шее вашего сына еще никто не сидит! Все это время, я получала детские, которые тратились на наш семью, это, во-первых. Во-вторых, Леша – отец Максима, он хотел малыша и понимал, что его надо обеспечивать. Больше мне вам сказать нечего! До декрета, я работала на высокооплачиваемой должности, и как только ребенка возьмут в сад, на эту же должность и вернусь. Не надо мне ваши ночные смены и прочие варианты предлагать!
Валентина Федоровна недовольно поджала губы и ушла в прихожую. Обиделась, собралась уходить. Входная дверь открылась, и вошел Леша. Вид у него был недовольный и вымученный.
― Сыночка, привет! ― Валентина Федоровна кинулась к нему. ― Как ты, мой хороший, устал, наверное?
― Привет, да, ― коротко бросил ей в ответ мужчина. ― Лена, положи поесть чего-нибудь, голодный я.
― Сейчас, суп подогрею тебе, ― ответила девушка.
Она прислушалась к шёпоту в коридоре, и поняла, что свекровь жалуется своему сыну, что у него жена-лентяйка. Лена решила не закатывать скандал и закатила лишь глаза.