Семья наша большая: я, муж и четверо детей. Все мальчики. Один - 14-летний Дмитрий, другой - 9-летний Владимир, Николаю два годика, а самый младший, Артёмка, совсем недавно родился. Недавно мы въехали в новый дом. Там ещё много работы по обустройству и практически нет нормальных условий. Газа в доме нет - топим дровами, а вода и удобства на улице. Дмитрий и Владимир ходят в школу, а два малыша со мной дома. А беда наша заключается в том, что моего мужа Володю недавно посадили на три года. Посадили за то, что он заступился за свою жену на пороге собственного дома.
Того человека зовут Сергей Л. В тот день он в пьяном состоянии приехал с компанией двоих своих приятелей к нашим соседям разбираться по какому-то поводу. Как выяснилось потом - перепутал дома и зашёл на наш двор. Начал скандалить. Стал меня задирать, обложил матом, даже угрожал. Я тогда находилась на восьмом месяце беременности. На все мои просьбы покинуть наш двор Сергей не реагировал. Когда я попыталась его как-то угомонить и вывести со двора, он неожиданно схватил меня и отшвырнул в сторону. Я упала и ударилась животом.
Всё случилось очень быстро. Муж находился дома и не знал, что происходит во дворе, пока не услышал крики. Он выскочил и сразу нанёс этому подонку удар в грудь с ноги. Тот отлетел, споткнулся о колесо в цветнике и упал на спину. Но после этого быстро вскочил на ноги и снова кинулся на мужа. Тогда Володя нанёс ему второй удар, уже в челюсть. Сергей упал и уже не вставал. Я еле удерживала мужа, чтобы он не разорвал моего обидчика. Еле увела его в дом.
Сергей Л. какое-то время лежал на земле, а потом попросил у меня воды. Я вынесла, он умылся и пошёл к своей машине, угрожая, что сейчас соберёт толпу людей. Но никого не привёл.
Оказалось, что Сергей Л. - местный предприниматель и держит в нашем селе магазин. На допросе он предъявил справку об удалённой селезёнке, которую якобы отбил мой муж, и о сломанной челюсти. А ведь раньше мы его знать не знали. Но следствие возбудило уголовное дело по статье «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью» и указало в деле, что у нас якобы были с этим Сергеем «неприязненные отношения», а поступок мужа квалифицировало как «умышленное действие», как будто Владимир сам поджидал этих мужчин. Вот что делают деньги. Аесли у нас их нет, то мы уже не потерпевшие, а виновные и вообще не люди.
В итоге мужа осудили на три года. То, что Сергей Л. первым напал и ударил меня, беременную, никто даже слушать не захотел. Все кассации, все обращения в прокуратуру были бесполезны - приговор оставили без изменений. Кому я только не писала, даже президенту. Но всё без толку. Хочу спросить: а куда делась статья о необходимой самообороне? И куда делось положение той самой 111-й статьи УК РФ, по которой осудили Владимира, о нападении на лицо, находящееся в заведомо беспомощном состоянии (это я о своей беременности)? Ведь под эту статью подпадал не муж, а как раз Сергей Л. Где же правосудие, где справедливость?
Теперь я осталась одна. Про то, как мне тяжело, говорить не могу, только плачу. Сама дрова рублю, сама по дому справляюсь кое-как. Почему я с четырьмя детьми на руках должна оставаться без мужа из-за какого-то пьяного урода? Только потому, что у меня нет денег на хорошего адвоката? Почему в нашей России всё решают эти проклятые деньги?
Муж мой - хороший человек. Он взял меня с тремя детьми, души в них не чает. И они его любят, называют папой. Он не делит их на «мои - твои». Любит троих так же, как и своего родного Тёмочку. Володя добрый, нежный, отзывчивый. По дому всё делает, помогает друзьям, соседям. Плохого слова не скажет детям, даже когда они нашкодят. А теперь дети спрашивают меня: «Мама, а когда папа приедет?» И что мне им сказать? Что их папка приедет через три года?
Старшие всё понимают, а вот младшие... Я всё чаще с ужасом думаю: младшему Тёмочке исполнится как раз три года, когда его папа вернётся из тюрьмы. Представляете, каково будет сыну? А каково будет отцу? Ведь ему придётся знакомиться с собственным сыном! Это справедливо? А этот алкаш-предприниматель станет спокойно жить со своей семьёй, и его наверняка не будет мучить совесть.
Кстати, он намекал нам сначала: давайте, мол, 600 тысяч, и я заявление заберу и дело замну. Потом понял, что у нас таких денег нет, предложил заплатить хотя бы 100 тысяч. А когда до него дошло, что и этой суммы у нас нет, то решил, что раз так, то пусть мой муж сидит.