Вероятно, название этого поста навевает на вас мысли о ДТП в Санкт-Петербурге, но на самом деле, речь пойдет об одной из первых русских опер, написанной Василием Пашкевичем по комической пьесе Якова Княжнина. Пашкевич был скрипачом, дирижером и композитором, служил придворным музыкантом у Екатерины II и даже писал оперы на сочиненные ею либретто. Впрочем, талантливая в государственных делах, писательским даром императрица, увы, не обладала, поэтому оперы с текстом профессиональных драматургов имели гораздо большую популярность.
«Несчастье от кареты» стала первой оперой Пашкевича, ее премьера состоялась в 1779 году в Эрмитаже и имела колоссальный успех. Написанная в жанре русской комической оперы, она высмеивает человеческие пороки, однако едкая сатира смягчается и «очеловечивается» музыкой и драматургией.
Сюжет «Несчастья от кареты» завязывается, когда помещик, преклоняющийся перед всем иностранным, решает купить себе новую карету и требует у своего приказчика изыскать денег:
«Хотя у меня и много их, но эта вывезена из Парижа. Вообрази себе, Клеман, какое бесчестье, не только мне, да и вам всем, что ваш барин не будет ездить в этой прекрасной карете; а барыня ваша не купит себе тех прекрасных головных уборов, которые также прямо из Парижа привезены... Ты мне писал, что хлеб не уродился; это дело не мое, и я не виноват, что и земля у нас хуже французской».
Не видя иного способа найти деньги, приказчик решает продать в рекруты главного героя – крепостного Лукьяна, разлучив его тем самым с невестой Анютой (на которую и сам приказчик имеет виды). Помочь влюбленным, хотя и небезвозмездно, вызывается барский шут.
«Видишь, от каких безделиц беда. Ты влюблён в Анюту, Анюта в тебя, в Анюту приказчик, барин в карету, а карета безденежно никого не любит. А от этого и всё, хоть брось. Я как друг тебе советую умереть»
Поразмыслив, он предлагает сыграть на преклонении помещика и его жены перед всем французским и советует Лукьяну и Анюте притвориться, что они говорят по-французски. Впрочем, чтобы произвести впечатление на недалеких помещиков, им хватает лишь пары слов - «Monsieur» и «Madame». Разумеется, с крестьянами, знающими французский, барин расстаться не готов, поэтому запрещает приказчику продавать Лукьяна в рекруты и дает добро на свадьбу влюбленных. «Нас безделка погубила, но безделка и спасла» – поют шут, Лукьян и Анюта хором в финале.
Несмотря на русский антураж опер Пашкевича, они очень близки к итальянской комедии dell’arte (комедии масок). Первое сходство – сюжетное: в комедии масок основной конфликт также связан с юными влюблёнными и какой-то внешней силой, мешающей им быть вместе. Второе сходство – персонажи. Характерная особенность жанра dell’arte в том, что образы героев сводятся к характерному, стереотипному набору качеств (например, хвастливый солдафон, скряга, престарелый ловелас, хитрый слуга, глупый слуга). Так, в опере «Несчастье от кареты» образ шута соответствует маске хитрого слуги, образ приказчика – маске престарелого ловеласа, а образы Лукьяна и Анюты – юным влюбленным. Образы помещиков не соответствуют итальянским маскам, их можно считать типично русскими находками.
«Я удивляюсь, душа моя! Наша деревня так близко от столицы, а никто здесь по-французски не умеет, а во Франции от столицы за сто вёрст все по-французски говорят»*.
В привычных нам операх музыка звучит непрерывно, и чтобы понять действие, нужно пристально вслушиваться в пение (или вчитываться в субтитры). Первые же русские оперы представляли собой смесь музыкальных номеров с драматической игрой. Исполнители были скорее поющими актерами, чем оперными певцами. Вот и в «Несчастье от кареты» песни и хоры перемежаются с диалогами и репликами персонажей. Можно сказать, что из современных жанров старинная русская опера более всего похожа на оперетту.
Оперу «Несчастье от кареты» называют демократической – действительно, в ней высмеивается фигура барина, а в уста шута автор вкладывает важную мысль – что у помещика нет жалости к своим крестьянам. Пускай и высказанная в довольно осторожной форме, это идея отчасти предвосхищает настроения, которые много лет спустя приведут к революции.
В музыке Пашкевича еще нет тех явных русских народных мотивов, которые появляются в творчестве более поздних композиторов, и «Несчастье от кареты» написано в типичном европейском музыкальном стиле того времени. Однако именно его называют одним из создателей русской оперы, поскольку усвоив западные традиции классицизма, с их помощью он умело и точно представил в операх русскую действительность и быт 18 века.
* Подобными перлами изобилует вся опера, но чтобы не приводить их тут, даём ссылку на либретто. Оно небольшое, и мы очень советуем вам потратить несколько минут на его чтение: http://www.operalib.eu/disgrazia/a_01.html