Всё меньше лыжных следов, Все больше следов снегоходов, Не видит народ холодов И дружной возни дымоходов. Не меряем тропы - в верстах Встречаемся реже и реже Не носим колец - на перстах Всё тише, всё хуже, всё жиже… И даже в деревне порой Не слышно обычной гармошки Мы жизнь заменяем игрой Как старые сытые кошки. Давно не встречаем приход Давнишнего Бога – Ярило, А лишь отмечаем восход Уставшего с нами светила. Придумали шутки про то, Как жизнь мимо нас пробегает, И даже с «Святою водой» Бутылки за грош покупаем. Я тоже люблю по полям Нестись на своем снегоходе Леса, где встают кружевною стеной, Где солнце над миром восходит, Мы очень торопимся жить, Мы дети двадцатого века, А рядом деревьев финифть, И тонкая – тонкая нить Следов, на снегу, человека.
Всё меньше лыжных следов,
Все больше следов снегоходов,
Не видит народ холодов
И дружной возни дымоходов.
Не меряем тропы - в верстах
Встречаемся реже и реже
Не носим колец - на перстах
Всё тише, всё хуже, всё жиже…
И даже в деревне порой
Не слышно обычной гармошки
Мы жизнь заменяем игрой
Как старые сытые кошки.
Давно не встречаем приход
Давнишнего Бога – Ярило,
А лишь отмечаем восход
Уставшего с нами светила.
Придумали шутки про то,
Как жизнь мимо нас пробегает,
И даже с «Святою водой»
Бутылки за грош покупаем.
Я тоже люблю по полям
Нестись на своем снегоходе
Леса, где встают кружевною стеной,
Где солнце над миром восходит,
Мы очень торопимся жить,
Мы дети двадцатого века,
А рядом деревьев финифть,
И тонкая – тонкая нить
Следов, на снегу, человека.
