Муниципальное автономное общеобразовательное учреждение Городского округа Балашиха"Cредняя общеобразовательная школа №14"
Бударина Мария Сергеевна
Индивидуальное задание Всероссийской креативной олимпиады "Арт-успех"
Арт-трек "Книжная полка"
Утро было бодрое. Хотя и раннее. Казалось, всё вокруг подтягивалось, подпрыгивало и бурлило. И, находясь в приподнятом настроении, поддавшись витавшей в воздухе энергии, я вдруг решила стать писательницей.
Это желание возникло так просто и неторжественно, что поначалу я его и не заметила. Но, обнаружив, задумалась: «Что же делать дальше? С чего начать?».
Перебрав в голове кучу вариантов и не найдя достойного, я поняла, что нужно обратиться за помощью к признанному авторитету. Например, к моему знакомому из сказочного мира (мы не раз встречались в воображении) – к Александру Сергеевичу Пушкину.
Тут я должна заметить, что порой с ним бывает сложно. Он, безусловно, гений, это правда, но некоторые его взгляды заставляют меня грустить. «Сколько ж можно страдать! Мы только и делаем, что терзаем себя. А всё из-за вас, русских классиков! – часто восклицаю я, ведя вымышленный диалог с поэтом. – Весь мир – чудо, а мы всё страдаем!». Услышав это, Александр Сергеевич неизменно норовит удалиться…
Обычно Пушкин появляется внезапно. Вот и сегодня его кудрявая голова показалась в мерцающем облаке шампуня, пока я умывалась.
– Доброе утро! – сказал поэт и протянул мне пенную руку.
От неожиданности я покраснела, потом побелела, потом позеленела, потом пофиолетовела, но все-таки ответила:
–Здравствуйте, Александр Сергеевич! Вы как раз вовремя, мне очень нужна ваша помощь. Представляете, я решила стать писательницей.
Карие глаза поэта заискрились весельем. Улыбнувшись уголками губ, он покровительственно проговорил:
– В первую очередь нужен талант, Маша! У тебя, между прочим, он есть. И не один. Ты одарена прекрасным воображением, вот только постоянно теряешь всё, даже мысли.
–Разумеется, – сказала я. –Терять – это непросто талант, это моё призвание!
Мы с Пушкиным рассмеялись.
– Да, и мыслей у меня действительно много. Они прекрасные, но скользкие, поэтому с завидным постоянством утекают от меня.
– Покажи хоть одну! – попросил поэт.
Я достала из головы очень красивую мысль: тёмно-фиолетовую с чёрными вкраплениями. И сейчас же её уронила. Она шмыгнула куда-то на холодный кафельный пол. Пушкин нашарил её и отдал мне:
–Тёмнодум. Взгляни сюда!
И он достал из головы ярко-желтую мысль, похожую на луч солнца.
– Светлодум, – проворчала я. Александр Сергеевич засмеялся.
Я смотрела на то, как послушно мысль следовала за каждым движением Пушкина – мгновенно все мучившие меня вопросы рассеялись.
Столько драгоценных минут было потрачено на на поиски героев и тем, на бессмысленные размышления о «страданиях» в русской литературе, прежде чем я поняла главное: чтобы быть настоящим писателем, нужно уметь смотреть на мир ясно, открывать что-то неизведанное и сквозь пространство и время нести читателю новое знание, бьющий в самую душу свет. ..
Яркое жёлтое утро раскрыло крылья и распушило прекрасные перья. Пушкин исчез также внезапно, как и появился, поразив мое сердце тёплым лучом. Я вернулась в комнату, села за стол и принялась писать: «Утро было бодрое. Хоть и раннее…»