В этот раз зашли в кафэшку и заказали по пивку, думая, что этим все и ограничится. Ничего вроде бы не предвещало приключений. Но надо знать нашего Шурика, он часто выступает застрельщиком всяких затей. Шура у нас англоман. Про королеву и Англию вообще может говорить часами. Особенно занимают его привидения. Вот и в этот раз, не успели мы сделать по глотку в честь удачного окончания сессии, как он завел свою песню.
— А вы знаете, что только в доброй старой Англии можно увидеть дорожный знак «Осторожно, привидение!»? И только здесь привидения считаются национальным достоянием!
— Да ты нам говорил уже... — стали мы отбиваться, но слабо. Потому что, во-первых, Шурик все равно расскажет, а, во-вторых, рассказчик он был неслабый, заслушаешься. Ему б на эстраду.
Впрочем, все еще впереди.
— Я, пожалуй, курсовую буду писать на эту тему.
— Такое возможно? — спросил я.
— Конечно, Гриша! Ведь британские призраки — часть их культуры, а не бабушкины сказки. Даже ученые...
— Вот только не надо про британских ученых. Весь мир над ними потешается.
— У нас тоже анекдоты про Чапаева рассказывают, но это ж не значит, что его не было, — парировал Шурик. — Так вот, историки говорят, что на Британских островах встречается больше привидений, чем где бы то ни было.
— Вот, открытие как раз в духе британских ученых! Но недаром англичане придумали пословицу: у каждого есть свой скелет в шкафу. Им лучше знать: ведь если б не было скелета, не было бы и привидения... — язвительно вставил Эдик.
— Вот именно! Если бы призраков не было, то столько народу в них бы не верило — это ж здравомыслящая нация! — горячился Шурик. — А англичане охотно верят, ведь у них тьма замков, помнящих кровавые сражения прошлого, интриги и измены. И вот что я обнаружил, прикиньте только! Насколько прижились в стране призраки, можно судить по такому факту: в судах рассматриваются заявления домовладельцев, требующих снизить налоги с их домов, так как в дома с привидениями трудно подыскать жильцов!
— Еще бы! — хмыкнул Эдик.
— Но желающих все равно полно. Там есть даже риэлторы, специализирующиеся на продаже недвижимости с призраками.
Перед куплей-продажей буквально поднимается столетняя пыль: исследуются родословные, штудируются достоверные источники из архивов. И только если существование призрака доказано, здание выставляется на торги.
— Ну, риэлторы что хочешь докажут, лишь бы выгодно продать! — заметил я.
— Что ж вы такие скептики-то?
Я вот нашел на серьезном английском сайте объявление, что продается замок XVI века в тихом районе графства Суссек вместе с мебелью и привидением, которое не приносит никому вреда.
Гарантируется, что призрак не покинет замок и в случае его возможной перестройки. Каково?
— Васька по обмену ездил в Туманный Альбион прошлым летом, — вспомнил Эдик. — Так он говорит, у них там для повернутых туристов целая программа — чтобы человек достиг нужной кондиции и был готов к встрече С мистикой. На ужине при свечах гостя потчуют жутковатыми историями и нагоняют такого страху, что не все отваживаются на встречу с призраками.
— Ну, прям барышни кисейные, — поморщился Шурик. — Я говорю, это культурный слой, который надо изучать. В Англии не только верят в привидения, — ими гордятся, их ищут, подсчитывают и классифицируют. Там даже обществ полно всяких — «Охотники за привидениями», «Клуб знатоков привидений» и прочие. И все склоняются к тому, что Анна Болейн, которой муж Генрих VIII голову отрубил, и правда, стала призраком, ее многие видели.
— Ага, — отмахнулся Эдик. — Вот только показывается она не всем, а только любителям привидений типа тебя. Инопланетян тоже видят в одиночку, а когда народу много, они почему-то не показываются.
— Эх, многое бы дал, чтобы ее увидеть, — мечтательно вздохнул Шурик.
— Только ее? — спросил я. — У них же там призраками становятся не только злодеи и их жертвы, а еще и звери, и целые леса, и даже мебель... Сумасшедший дом, в общем. Но когда я прочел, что привидения водятся даже и в святая святых — Национальном банке...
— Так, друзья, о чем речь? О деньгах? — Это влетел в кафе опоздавший Юрка.
— Нет, про английские привидения.
— Ясно. О чем еще могут говорить три студента-историка! А я услышал про банк, думал, наконец-то пацаны за ум взялись. — Юрка учился на экономическом.
— Наш Шурик грезит поездкой в Англию, хочет курсовую написать про призраков. Да и сам бы туда слетал с удовольствием... — размечтался я.
— А вот тебе не советую, — прищурился Шурик.
— Рылом не вышел?
— Характером. Не стоит, находясь в Англии, критически относиться к национальному достоянию.
Этим ты обидишь хозяев, а они еще в сердцах нарушат законы гостеприимства... И тогда ты можешь пополнить списки местных привидений, оказавшись скелетом в шкафу.
Мы рассмеялись, а Юрка вдруг задумался, а потом глаза его загорелись:
— Слушайте, братцы, а давайте к нашим привидениям сгоняем?
Есть у меня на примете один домик. Правда, сам я там никогда не был.
Мы не успели ответить, как Юрка взялся за телефон: «Никита, хай!
Книга вышла? Поздравляю! Может, отметим?» И через пару минут Юрка сговорился, что мы приедем.
Городок находился в часе езды на электричке. По дороге Юрка рассказал, что с Никитой, молодым писателем, познакомился в Питере на музыкальном фестивале еще пару лет назад.
Еще было светло, когда мы по навигатору нашли нужный дом. Был он старинный, купеческий, таких много в маленьких городках: двухэтажный, чуть покосившийся, первый этаж из камня, а второй — деревянный. Камень во многих местах откололся, но был замазан какой-то шпаклевкой и побелен, деревянная часть тоже покосилась. Никаких тебе стеклопакетов, но ставни заботливо покрашены, чистый и ухоженный домик являл собой гордую бедность. Был он, кстати, не так уж и мал — по нескольку комнат на каждом этаже.
Хозяин, парень лет 35, веселый и гостеприимный, встретил нас как родных. Кроме него, там оказались еще три девахи, которые беспрестанно хихикали: они уже явно накатили к нашему приходу. Нас усадили за стол, и Шурик тут же приступил к расспросам. Хозяин наш с удовольствием откликнулся.
— Когда-то здесь был постоялый двор, где-то с середины XIX века.
Сейчас у меня небольшой дворик, а раньше тут размещалась еще и конюшня. В большом подвале, он до сих пор цел, хозяева храни ли запасы разные, на чердаке — лишнюю мебель, барахло всякое.
Второй этаж — жилые помещения, а на первом, где мы с вами сидим, располагался трактир. И вот
была у них в услужении девочка четырнадцати лет. Ну, это по нашим меркам девочка, а тогда невеста, считай. И однажды нашли ее в подвале — в окровавленной ночной рубашке: кто-то надругался и убил беднягу.
— Ой, только не надо кровавых деталей, — поморщилась моя соседка.
— Плохая ты журналистка, Люсь ка, если не хочешь подробностей, — хмыкнул наш хозяин.
— Да мне ж не писать об этом, — пожала плечами та.
— В общем, того, кто это сделал, так и не нашли — поди умчался в свои края, проходной двор же. А может, и не один был преступник. И с тех пор девочка эта по ночам ходит тут в той самой полотняной рубашке, ведь душа ее не отмщена.
— Ясный пень, все призраки по ночам шастают, — авторитетно сказал Шурик.
— Да и убили ее ночью. Полиция оказалась бессильна, дом этот стал пользоваться дурной славой, и вскоре постоялый двор закрылся. Стали селиться сюда люди, но жильцы часто менялись. Говорили, что женщины ее не видят, хотя и слышат: когда она идет, звенит колокольчик — вроде на шее он у нее был, звук такой тоненький-тоненький. Словами не опишешь, но услышите, куда вы денетесь.
Признаться, в мои планы не входило знакомиться с призраком, это пусть Шурик развлекается.
Ночевать мне тут однозначно расхотелось.
— Так она, стало быть, только к мужикам ходит?
— А то как же! Обидчика своего ищет.
— Я читал, что если привидение не воет, не звенит цепями и не швыряет вещи, узнать о его приходе можно по внезапно наступившему холоду, запаху серы, беспокойству домашних животных и сбою в работе электроприборов. Скажи честно, ты реально видел ее? — спросил Шурик.
— Свет, бывает, мигает, поди разбери, отчего. Серы не припомню, шагов не слышно, только колокольчики. А однажды спать лег, слышу: звон колокольчиков все ближе и ближе. Вскочил, обернулся — что-то белое в коридоре мелькнуло и пропало. Я опять лег, а потом уже рядом с кроватью колокольчики зазвенели. Глаза приоткрыл — что-то белое стоит. И тогда я ей сказал: «Ты или ложись рядом, или вали отсюда — спать не мешай». И повернулся на другой бок. С тех пор она больше меня не будит, мимо моей комнаты проходит — я только колокольчики слышу. Мы с ней мирно живем, с Аннушкой моей. Она мне не мешает.
— Ты давно здесь?
— Да лет восемь. Раньше тут еще старушка жила, но она умерла, а больше желающих нет.
— Надеюсь, старушка-то компанию твоей Аннушке не составляет? — не удержался я.
— Да нет, мирно почила, — хмыкнул Никита. — А тебе одной Аннушки мало?
— Да ты чего их пугаешь? — хихикнула Люська. — Расскажи им, что Аннушка тех, кто женщин не обижает, не трогает.
— Да мы и не боимся, — хорохорился Эдик, а сам потянулся к бутылке водки, до этого предпочитая пиво.
— Минуточку, — встрял я. — А с теми, кто обижает, что она делает?
— Они не рассказывали, — подумав, ответил Никита. — Но больше одной ночи тут никто не остается.
— Ну, хоть живы остаются, — вырвалось у меня.
— Слушай, а давай к тебе экскурсии водить, — раздухарился Эдик. — Вон Шурик все про это знает.
— Ага, — подтвердил тот, — в Англии отель с богатой историей и привидениями обходится дороже, чем обычный. А сколько денег зарабатывают! Возьми хоть замок с Анной Болейн...
— И что, она экскурсиям показывается? — заинтересованно спросил хозяин.
— Ну, наверное, не всем, — почесал нос Шурик. — Но многие пишут об этом в блогах. Призрак Анны Болейн часто видят в одной из спален ее родового замка, при этом отрубленная голова лежит у нее на коленях. Иногда королева прогуливается по комнатам замка, держа голову в руках. Бывают и более жуткие видения: обезглавленная королева мчится в карете, запряженной обезглавленными лошадьми... Кстати, в замке, кроме нее, скитаются еще два знатных призрака. Все трое не были бы настоящими британскими привидениями, если бы не встречались за традиционным английским чаем — только не в пять часов пополудни, а в полночь — перед полнолунием. Во всяком случае, их тут видят в это время у камина. Вот и ты откроешь опять постоялый двор...
— Хлопотно, — вздохнул Никита, — лучше я буду книги писать.
— Кстати, поздравляем тебя с выходом новой книжки, — вспомнил Юрка. Мы дружно сдвинули стаканы.
Никита сказал: — Сходите кто-нибудь наверх, там у меня книжки лежат. Одну вам подарю — больше не могу: в издательстве всего десяток выдали.
Я тут же поднялся и пошел, с любопытством разглядывая второй этаж, освещаемый тусклой лампочкой. Голоса снизу звучали приглушенно, зато сам дом был полон звуков: скрипели старые половицы, что-то постукивало в стену.
В самом конце коридора стояла тумбочка с книгами. Только взял одну, как услышал звон колокольчиков. Я замер. Звон повторился.
Свет немного замигал. Мне захотелось опрометью кинуться вниз, к людям, но я сдержал трусливый порыв. Когда немного успокоился, предположил, что это кто-то шутит. На цыпочках подошел к лестнице и глянул вниз — все на месте. Но когда звон еще раз повторился, заспешил вниз.
— А я слышал колокольчики! Все заинтересованно повернулись в мою сторону.
— Иди ты! — не поверил Юрка. — А сама не показалась?
— Нет, дожидаться не стал.
— Если боишься, — сказал Шурик, — или призрак агрессивный, то надо направить в его сторону что-нибудь острое, чтобы оно не причинило вреда.
— А больше ничем их не угомонить?
— Вот в графстве Кент есть скорая помощь по отлову и уничтожению привидений. Ее вызывают хозяева замков, если призраки распоясываются, шастая сквозь стены.
— У нас тоже есть такая помощь, — хмыкнул Юрка. — Позвони в «скорую» и расскажи насчет шастающих призраков, мигом в психушку упекут.
— Это который уже час, если Аннушка вышла? — спросила вдруг одна из девиц.
— Да первый пошел.
— Нам домой надо! — гостьи стали собираться.
Я ухватился за Люську, как за соломинку, и вызвался проводить, она согласилась. Мои друзья вызвались проводить оставшихся, а Шурик с горящим взором принялся опять пытать Никиту насчет Аннушки.
По дороге я разливался соловьем, лишь бы Люська пустила меня к себе и оставила ночевать, одновременно размышляя, что значит обидеть женщину в понимании Аннушки. Вот меня летом Светка бросила, сказав напоследок, что я тупой олень. До сих пор не знаю, почему. Вот и пойми этих баб, на что они обижаются? Я бы, конечно, и на вокзале заночевал, но в таких городках вокзалы на ночь закрывают, а все электрички уже ушли.
Деваться некуда: либо Люська, либо Аннушка. Возвращаться в дом к Никите не хотел ни под каким видом. К счастью, Люся сама позвала на кофе. Я присел на диван, а она ушла на кухню.
Утром проснулся на том же диване, заботливо укрытый пледом. Из спальни вышла заспанная Люська:
— Кофе будешь?
— Буду. Извини, сам вчера не заметил, как заснул.
— Да я и не собиралась на тебя нападать, — засмеялась хозяйка.
К Никите я решил не заезжать, позвонил друзьям, и мы сговорились встретиться на вокзале.
Эдик явился чуть живой — бледный, с запавшими глазами. Шурик — выспавшийся, но недовольный. Сиял только Юрка. Он, как и я, прибыл прямо от девицы, которую провожал.
— Что, ночка бурная выдалась? — поддел его я.
Юрка состроил довольную рожицу:
— А у тебя, Гриша?
Я тоже постарался придать себе вид утомленного мачо.
— Ночка выдалась бурная как раз у меня, — буркнул Эдик. — Наташка жила рядом, я ее проводил и через 15 минут вернулся. И Никита показал нам подвал — жуткое местечко. Даже банки с солеными огурцами впечатление не сглаживают. Хоть бы он лампочку поярче вкрутил что ли! Тени в углах мечутся, а в одном месте здоровенный крюк висит — там тушу мясную раньше вешали. Жуть, в общем! И стены толстенные! Там убивай, никто не услышит.
А когда вышли, услышали те самые колокольчики! Вот я затрясся, честно скажу, пацаны! А Ники та невозмутимый, как стена. «Ну что, по койкам?» — спокойно так говорит. «А Аннушка?» — спросил Шурик. «Да куда она денется?» Спасибо, что на чердак не повел.
В общем, выделил он нам по комнате. Я спрашиваю: «А в одной нельзя нам?». Никита бровь поднял: «А вы из этих?». «Не из этих, но вдвоем спокойнее!» А Шурик говорит: «Не, Эдик, давай отдельно. Вдруг Аннушка к нам двоим не явится?». Ну что ты будешь делать!
Я лег, дом скрипел на все лады, сто нал — от ветра что ли, в квартире таких звуков не услышишь! А тут и звон опять появился, то удалялся, то приближался — словно Аннушка владения свои обходила.
Когда колокольчики у моей двери зазвенели, я вскочил и опрометью кинулся к Шурику. И что же наш любитель привидений? Храпел при ночнике! Я сел в кресло и всю ночь просидел, глядя на дверь и слушая все эти жуткие звуки. А этот дрых себе.
— Да, просмотрел я ее, — удрученно сказал Шурик. — Но ведь слышал же колокольчики! Хоть что-то.
Я предположил, что, может, хозяин повесил где-то буддистские колокольчики, которые при малейшем движении воздуха звенят?
Но Юрка покачал головой: — Тогда бы они, Гриша, только из того места звучали, где он их повесил, а их по всему дому слышно.
— Какую-то инженерную уловку применил, — решил я, поверить в это мне было легче, чем в Аннушку. — Помните, нам на лекции рассказывали? И это ближе к истине. Некий господин однажды просто замучил зодчего, строившего ему замок, своей жадностью, придирками и переделками. За это феодал поплатился — в его замке завелось страшное привидение.
Разгадку призрака раскрыли лишь недавно. Зодчий решил отомстить хозяину за все и сделал под окнами специальные фигурные ниши. Сильный ветер вызывал в них до того жуткие завывания, что владелец замка вскоре сошел с ума, и его владение продали за бесценок. Чисто английское преступление, так сказать.
— Ну, всегда ж, Гриша, есть подлинники и фальшивки, — не сдавался Шурик.
— Говорил же вам, — сказал Юрка, — пошли на экономический вместе. Так нет, истфак им подавай! Всякую хрень вам там гонят, а вы с ума сходите! И наверняка в психушке окончите свои дни. По крайней мере, некоторые из вас.
— А экономисты зато в тюрьме чаще оказываются, — парировал Шурик.
Мы рассмеялись и долго еще строили всякие догадки об Аннушке, пока наша электричка не прибыла на вокзал. Там мы расстались, нисколько не жалея о своем приключении. Даже я, ведь при свете дня все это мне показалось довольно занятным.
И хотя правды мы так и не узнали, но радует одно: если Аннушка на самом деле существует, то мы, должно быть, неплохие пацаны, раз она нас только попугала.
#историинаночь #страшныеистории #мистическиеистории #мистика #страшилки #страшилкинаночь #страшныерассказы #хоррор #страшнаяистория