Студентам всегда не хватало денег. В наше время бывают богатые родители и кредиты на учебу (теоретически). И подработать можно (хотя это сказывается на учебе, конечно). Зато в советское время учеба была бесплатна. И с едой было проще, во всяком случае, в НГУ — можно было жить на бесплатном хлебе из столовой, да по друзьям в общаге ходить — голодным не оставят. А еще профсоюз продавал талоны на питание. Номинально по 60 коп, как раз стоимость комплексного обеда в студенческой столовой, а продавались вдвое дешевле. У меня друг был, Сергей В., еще с моего поступления, т.е. на два года старше по курсу. Он был профоргом в своей группе, получал талоны. Но его одногруппникам они были не особо нужны — парни в стройотрядах зарабатывали, девушки уже частью замуж повыходили и готовили сами. Так что талонов оставалось много, он мне их продавал. "Навара" никакого, конечно, брал в профкоме бесплатно, продавал студентам и потом сдавал деньги.
Валера Ш. всегда сидел без денег. В стройотряды и подработки он не ездил, здоровье не позволяло. Да и в то время работы для студентов не было. Разве что на разгрузке вагонов или на «железке», ровнять рельсы. Родители помогали мало. Учился плохо, стипендии не было. Еще и куда-то свободные деньги у него пропадали, обычно на спиртное и что похуже. Так что вечно я его подкармливал (у меня со стройотряда всегда деньги были, да и стипендию получал).
Как-то Сергей В. собрался в командировку на пару недель и обратился ко мне. Оказывается, они со Славой Р. зарабатывали на уборке столовой. Приработок хороший а еще можно кое-что из еды прихватить. Терять такое жалко. И он предложил мне две недели поработать. Ну ладно, что ж не помочь другу, в деньгах я не нуждался.
Убирались с Валерой Ш. Он столы мыл, я — пол. Зал большой, 200+ м2. Сначала горячей водой все заливаешь, потом тряпкой собираешь. Хорошо, что не требовали применять хлорку, с ней замучаешься. Из бонусов — мы забирались на кухню и брали остатки еды. Мяса не было, разные овощные салаты, тоже хлеб.
И вдруг Валера обнаружил ящик с остатками талонов. По логике, кассирша должна сдавать их вместе с денежной выручкой инкассатору. Но, видимо, все было организовано по-другому: сдавались только деньги, а талоны утилизировались тут же, в столовой. На эту мысль нас навела упаковка: связки по 100 штук старой бечевкой. Валера тут же загорелся идеей использовать талоны повторно. Это было предусмотрено: они были по месяцам, а еще надорваны. Разрыв можно склеить, но что делать с месяцем? «Что-что, свести, конечно!» «Замечательная идея, — отвечаю, — и что нарисовать на его месте?» Мне это было не надо, да и подделка документов преследовалась. Тем паче, исчезновение талонов заметят. Но когда Валера загорается какой-то идеей, лучше между ним и этой идеей не стоять. Так что он взял пару сотен талонов и начал химичить.
Склеить талоны просто; даже если оставались следы, не так важно, т.к. печатались они на плохой бумаге, часто были потертыми и надорванными, даже новые. С месяцами Валера выкрутился так: вместо «июнь» сделал «июль», вместо «октябрь» — «ноябрь» и т.д. Сводил кислым р-ром марганцовки, потом бурые пятна окиси марганца смывал пиросульфатом. Вот не лень было ему возиться за 30 коп!
Но я недооценил друга. Ха! Какие там копейки…
Как-то приходит Валера с рюкзаком и просит спальник. Поход в зачетную пору? Нет, решил скрыться на недельку в лесу. Этот прохиндей стал продавать талоны, по 20 коп за штуку! Продажами заинтересовались в профкоме и доложили куда следует. Так что ему надо исчезнуть, пока шум уляжется. Я ему посоветовал дурью не маяться с палаткой и спальником в декабре, а сделать, как все бомжи в Академе — пожить в теплотрассе. В километре от общаги, прямо в лесу было немало колодцев, он там и поселился. Говорил, что большая часть обжита, много диссидентского самиздата. Не скучал. Правда, хватило его всего на несколько дней.
Говорит, что больше подделкой не занимался. Я не верю, т.к. вскоре (конец 80-х) началась выдача талонов на еду: масло, колбасу, водку, сахар. У Валеры почему-то всегда это было, особенно водка.
Все мои книги на Литрес