Начало истории здесь!
Он сморщился и с трудом привстал на подушках. Она склонилась над ним, глубоко нарушив его границы. Они изучали друг друга.
Наконец, Дэвид заговорил.
— Я был толстым неуклюжим ребенком.
В младших классах мне приходилось нелегко. Последний, кого выбирали в команду, тугодум, которому требовалось больше времени, чем другим, чтобы решить пример. К тому же, я был постоянно влюблен — он изобразил подобие улыбки. Разумеется, безответно. Да я и не смел показать свои чувства. Знал, что никто не сумеет полюбить такого, как я.
Однажды заводила класса подошел ко мне на перемене. Я постоянно раздражал его своим видом и покорностью, которая была следствием страха.
Он подошел и сказал : Ну же. Бей. Ударь меня. Дай отпор. Я не буду отвечать. Просто бей.
Я молча стоял перед ним. И тогда он заорал : бей!
Я до сих пор не понимаю, зачем он это делал. Несколько человек столпились вокруг нас. Я нерешительно ударил его — это был толчок котенка лапкой.
Бей! - орал он, и мне казалось, что вторили все. Хотя народу в классе было немного — все разошлись кто куда, может, хотели перекусить булочкой в кафетерии — им было можно. Так вышло, что в классе лишним весом страдал я один.
От страха я не помнил себя. Я пытался ударить еще и еще,совершенно не доверяя его словам о том, что он не ударит в ответ. Я бил как в последний раз. Он терпеливо ждал.
И тогда я ударил по-настоящему. Он скривился. Я ожидал, что будет. Его аж согнуло попоаам. Мы оба тяжело дышали. Постепенно сердцебиение унималось. Я понял, что сделал что-то верно.
Он выпрямился и сказал : окей.
А на следующий день был набор в команду по гандболу. Этот парень был там. Кажется, он был утвержден в команду заранее.
Когда он увидел меня, он подошел к капитану. И что-то ему сказал.
Я стал тогда одним из первых, кого набрали. За все время ни один из членов команды не позволил себе ни единой насмешки. Более того. Выяснилось, что у меня хорошее чувство юмора. Когда я говорил, все смеялись.
И случилось чудо. Я начал худеть. Без дополнительных усилий, а так, словно сошел детский жирок. Да так оно и было. Мне перестало хотеться сладкого, хотя я все еще предпочитал торт стейку. Я стал меньше времени проводить дома и не было соблазна перехватить снэк.
За полгода я привел себя в абсолютно нормальную форму. Вскоре у ребят просто не осталось повода подтрунивать надо мной, и я забыл, что такое унижение.
Что касается моего «опекуна» в команде и бывшего врага, он почти не замечал меня, мы редко общались. До одного момента. И он наступил много позже времени, которое я описываю.
— Продолжай. —попросила Виктория. Глаза ее излучали тепло и сострадание.
— Дай мне, пожалуйста. — он указал на графин и стакан, стоящие на тумбочке у кровати.
Она налила ему воды.
Пока он пил, жадно, как-будто после физической активности, Виктория изучала черты его лица. У нее было время сделать это и раньше, но после рассказа о важном для него эпизоде черты словно изменились. Лицо стало мужественнее, выражение его — прямее и спокойнее. Она представила себе толстого мальчика, не способного к насилию, которому сказали : бей.
И он собрал все силы. Сконцентрировался. И ударил.
— Потом, — он вернул ей пустой стакан, — незаметно наступила пора старших классов. И началась она с того, что я в очередной раз влюбился. Девочку звали Лина, она была украинка.
Так как я больше не был толстяком и изгоем, я мог надеяться на подобие взаимности и решился пригласить ее погулять. Мы ходили кругами, и я боялся взять ее за руку. Она была симпатичная — чуть полновата, со вздернутым носиком и очень пухлыми губами. Носила платья и босоножки. Вообще любила открытую одежду с вырезом посреди бела дня.
Волосы у нее были такие льняные и мягкие на вид, длинные и здоровые.
А цвет лица такой белый-белый с постоянным румянцем.
—Ты описываешь ее, как писатель.
— Я, кстати, в то время на ежедневной основе вел дневник. И возобновил свои записи в тетрадке с цитатами. Добавив в нее одну — памятную - « Любой мужчина может быть достаточно храбрым, если у него нет выбора»,
Но это было раньше. А в то время, про которое я говорю, я был уже сформировавшимся юношей с комплексами, запрятанными достаточно глубоко, чтобы их возможно было скрыть.
И вот я позволил себе девочку. Я гулял с ней, наверно, раз пять, не решаясь сделать какой-нибудь шаг. А потом были школьные танцы. Конечно, я пригласил ее. Там-то я и надеялся преодолеть барьер между нами. К моему удивлению, она отказалась, глупо соврав, что ее не будет в городе. О том, что она соврала я узнал в тот же день, когда случайно заметил ее за разговором с тем самым парнем, что когда-то привел меня в команду по гандболу. В их разговоре проскальзывали слова : платье, заеду и танцы.
Я вскипел, но попытался убедить себя, что я это заслужил. Моя вина в том, что я не предпринял ничего раньше и не поцеловал ее. Да что там, я даже не взял ее за руку, хотя возможностей было миллион! А тот парень мог и не знать, что я встречаюсь с ней. Да это и свиданиями назвать было нельзя. Опредленно она ничего не была мне должна. Между нами не было отношений!
Но я кипел. И злость нарастала. Я готов был встать между ними и закрыть ее собой от него. Впрочем, она ведь сама его выбрала. Я был бессилен что-либо изменить, и просто пялился на них.
Через какое-то время он заметил меня. Поймал мой взгляд. А потом, когда она зашла в кабинет, он направился ко мне.
Я задрожал. Это и близко нельзя было поставить с чувством, охватившим меня, когда он приказал мне его бить. Несмотря на мандраж, я предвкушал разговор с ним. Моя ярость ждала выхода.
— Ты знаешь эту девочку, так? —спокойно спросил он меня.
— Да. Мы встречаемся. — сказал я неожиданно сам для себя.
— Вот как. — он помолчал. — Я веду ее на танцы.
— Но мы встречаемся. — тупо повторил я, начиная себя ненавидеть.
— Она согласилась.
— Ты знал это? Знал, что она — моя девушка? —Идиот, какой же я идиот.
Он долго пристально смотрел на меня.
— Нет. — сказал он, изучив каждую черту моего лица.
— Можешь встречаться с ней. — сказал я небрежно и мысленно дал себе в челюсть.
Сейчас он скажет что-то вроде : спасибо за разрешение и толкнет меня так, что я отлечу в космос.
Он кивнул и отошел от меня. Всего-то.
На танцы я пригласил другую девочку, свою подругу. Когда все кончилось, я ждал ее у туалета. Там мы снова встретились с ним. Он тоже ждал свою девушку. Мою девушку — как я все-еще считал.
— Дэйв, выпьешь с нами пивка сегодня? Я провожу Лину и мы с ребятами встречаемся дома у Левенте в девять.
Я плохо знал Левенте. В те годы он занимался борьбой. Он был крут, почти как тот парень — мой бывший обидчик. Я хотел гордо отказаться, но согласился.
— Я тоже провожу Фанни. В девять подходит.
— Отлично. Завтра ведь выходной. Можем посидеть допоздна. Надеюсь, ты не против?
—Нет.
***
Так я стал крутым. В тот вечер, проводив Фанни, которая, как я теперь понимаю, ждала моего поцелуя, я пешком дошел до дома Левенте по отправленному мне адресу. Я ожидал всего. Жестких приколов, издевательств, насмешек. Тот парень мог убить мою репутацию, которую я создавал на протяжении четырех лет. Я снова мог стать изгоем несмотря на потерянный вес и неплохую игру в гандбол.
Они сидели за круглым журнальным столиком. На столе были разложены какие-то карты с нарисованными котами.
- Привет. - поздоровался Левенте — Знаешь эту игру?
Вопреки моим ожиданиям, я стал одним из них. Я стал крутым.
Продолжение здесь!
Начало истории здесь!
Подписывайтесь, чтобы следить за развитием сюжета!
Оставляйте комментарии.
Большое спасибо за Вашу обратную связь!
#отношения #семейные отношения #психологияотношений #психология #психология жизни #истории #истории из жизни #рассказы #рассказы из жизни