Печально, что даже в советское время, широко декларировавшийся призыв " Никто не забыт, ничто не забыто", выполнялся несколько однобоко. Яркий пример - словарь-справочник "Великая Отечественная война, 1941-1945", (М.: Политиздат, 1985), который вышел под общей редакцией доктора военных наук, генерал-лейтенанта М. М. Кирьяна. Среди людей, действительно отличившихся в Великой Отечественной войне, мы неожиданно встречаем фамилии М. Горбачева, родившегося в 1931 г., секретарей ЦК КПСС Н. Рыжкова (1929 г. р.) и Э. Шеварднадзе (1928 г. р.), ничем себя в войне из-за возраста не проявивших, и других граждан, не имеющих к Отечественной войне прямого отношения. В справочнике есть сведения о деятеле французского и международного движения Жаке Дюкло, есть материалы о вьетнамском товарище Ле Зуане и о видном деятеле компартии США Уильяме Фостере, а вот для первого коменданта поверженного Берлина места не нашлось.
Восполним этот пробел. Первым комендантом Берлина был командующий 5-й армией генерал-полковник Николай Эрастович Берзарин. Берзарин - представитель нового поколения советских командиров, которое пришло на смену комсоставу РККА, уничтоженному Сталиным. Старые революционеры, отчаянные храбрецы, руководившие фронтами и армиями в гражданскую, лихие рубаки-орденоносцы пали жертвами клеветы и произвола. Молодые генералы были обязаны своими звездами только Сталину и ради него они не щадили ни свои, ни чужие жизни.
Биография Берзарина была типичной для многих командиров его времени - выходец из простого народа, скудное начальное образование, отсутствие влиятельных родственников и нужных связей. Он, как все, воевал, служил, был правоверным коммунистом, учился на разных курсах и снова воевал.
Родился Николай Берзарин 1 апреля (19.03 ст. стиля) 1904 г. в Санкт-Петербурге, в семье рабочего Путиловского завода. Семья была по нынешним меркам большой, по старой - обычной, всего четверо детей. Жили небогато, но и не бедствовали. Глава семьи, квалифицированный слесарь, работал добросовестно и в политику не лез. Николай пошел не по стопам отца, а стал учиться на переплетчика в типографии.
Но началась первая мировая война и в 17-м умер отец Берзарина, еще через год скончалась мать. Тем временем в стране происходит революция, затем начинается гражданская война и Николай, четырнадцати лет от роду, записывается добровольцем в Красную армию.
Несмотря на молодость и невысокий рост, Берзарина зачисляют в пулеметную команду и вскоре отправляют на Северный фронт. Этот фронт, созданный большевиками для защиты Петрограда и Русского Севера, не имел сплошной линии и протянулся по опорным точкам от Ладожского озера до Уральского хребта.
Противниками большевиков, кроме белогвардейцев, были интервенты, которые поражали не своим количеством, а своей пестротой. В районе Архангельска дислоцировались английские, американские и канадские части, французский колониальный батальон, небольшие итальянские, чехословацкие, польские и сербские подразделения, китайский рабочий батальон, австралийские и шведские волонтеры, плюс отряды неких "красных финнов" и партизан с неясной политической платформой.
В качестве пулеметчика Николай Берзарин принимает участие в самой крупной операции Северного фронта - освобождение города Шенкурска. На юге такие города брались и сдавались десятками, но для малолюдного Севера это было важным событием, поскольку, владея Шенкурском, интервенты создавали угрозу флангам красных войск на двух важных оперативных направлениях.
К тому же, как писал в мемуарах "Две жизни" (М.: 1958) бывший командующий 6-й армией РККА А. А. Самойло: "Впечатление, произведенное взятием нами города на правительства Англии, США и Франции (как выяснилось позже от пленных и из газет), было громадное". И уже летом 1919 г. интервенты начали постепенную эвакуацию войск с Русского Севера.
После ликвидации Северного фронта Берзарин вместе с полком возвращается в Петроград, и вскоре его откомандировывают на Смоленские пехотные курсы. Но учебу прерывает Кронштадтский мятеж и курсантов бросают на его подавление. На кронштадтском льду вчерашние рабочие и крестьяне, одетые в серые шинели и в черные бушлаты, убивали друг друга. Точное количество погибших неизвестно, но примерная цифра составляет около трех тысяч убитых с обеих сторон. Вероятно, около двух тысяч мятежников было расстреляно после подавления восстания. Николай Берзарин получил благодарность от командования. Так закалялась сталь.
В 1923 г. Берзарин с отличием окончил Смоленские командные курсы и получил направление на Дальний Восток, где стал командиром взвода в 5-м стрелковом полку 2-й Приамурской (Амурской) стрелковой дивизии. В дальневосточной тайге скрывалось много солдат и офицеров разбитых белых армий. Одни из них были идейными врагами Советской власти, другие стали ее противниками от полной безысходности, третьи, деградируя, превратились в обыкновенных бандитов. Так что взводу Берзарина не раз пришлось участвовать в боестолкновениях с различными вооруженными отрядами.
Хорошо зарекомендовавшего себя красного командира вновь отправляют на учебу - на пулеметные курсы при Стрелково-тактических курсах усовершенствования комсостава РККА "Выстрел" им. Коминтерна. Вернувшись на Дальний Восток в 1926 г., Берзарин совершает два важных поступка - вступает в коммунистическую партию и женится на сотруднице местной сберкассы, 20-летней Наталии Просенюк.
Дочери Ларисе не успело исполниться и года, как в 1927 г. Николая Эрастовича вновь командируют на Курсы усовершенствования командного состава в Иркутске. После окончания курсов он остается в Иркутске командиром учебного взвода, роты, исполняет обязанности коменданта гарнизона.
В 1933 г. Берзарина переводят в штаб Приморской группы войск ОКДВА. Командовал Приморской группой комкор И. Ф. Федько, известный герой гражданской войны, награжденный четырьмя орденами Красного Знамени и двумя орденами Трудового Красного Знамени союзных республик. По словам В. Е. Скоробогатова, автора книги "Генерал Берзарин. Первый комендант Берлина" (М.: 2007), Федько назначает Берзарина своим порученцем.
Функции порученца необычайно широки и всеохватны. Толковый порученец при высоком командире выполняет роль верного помощника, личного советника, порой решает его бытовые и хозяйственные проблемы, являясь чуть ли не членом семьи. Поэтому расположения порученца, несмотря на негромкую должность, настойчиво ищут начальники, чьи звания и должности не в пример выше какого-то порученца.
Послужив под руководством Федько , Берзарин получает от него аттестацию, которая начиналась словами: "Тов. Берзарин, выдающийся строевой командир с большой волей, хороший методист и организатор боевой подготовки...". И заканчивалась выводом: " По своей подготовке, опыту тов. Берзарин подлежит выдвижению на должность командира и комиссара стрелкового полка вне очереди". Так в феврале 1935 г. 31-летний Николай Берзарин стал командиром 77-го стрелкового полка 26-й Златоустовской стрелковой дивизии.
В 1937 г. И. Ф. Федько переводят на должность командующего Закавказским ВО, а Берзарин назначен начальником 2-го отдела штаба Приморской группы войск, которой стал командовать командарм 2-го ранга М. К. Левандовский. В этом же году у четы Берзариных рождается вторая дочь.
23 февраля 1938 г. Левандовского арестуют, а на базе ОКДВА в июле этого же года был создан Дальневосточный фронт в составе двух армий. Командовать 1-й Краснознаменной (Приморской) армией стал комдив К. П. Подлас. Полковник Н. Э. Берзарин назначен командующим 34-й Саратовской стрелковой дивизией.
И так плохие отношения с Японией еще более обострились в июле 1938 г., когда советские пограничники начали фортификационные работы на спорных территориях возле озера Хасан. В ответ на это 29 июля японцы захватили сопки Заозерная и Безымянная, сосредоточив в этом районе три пехотные дивизии, механизированную бригаду, кавалерийский полк, три пулеметных батальона при поддержке артиллерии и авиации.
На разгром японцев двинулась советская группировка численностью в 22 950 человек. В ее состав входила и дивизия Берзарина. К 11 августа противник был разгромлен. Советское правительство широко отметило эту победу, щедро награждая отличившихся участников конфликта. Среди них был и Н. Э. Берзарин, получивший орден Красного Знамени.
Но за кулисами торжественных событий шла незаметная работа по анализу прошедшей операции. Вывод Генерального штаба был неутешительным. Слабая разведка, фронтальные атаки господствующих высот, плохое взаимодействие между частями и родами войск - в результате неоправданно высокие потери. По разным данным мы потеряли от 792 до 960 человек убитыми и свыше трех тысяч ранеными. Японцы официально объявили о 525 погибших и 914 раненых.
Теперь к делу приступила другая организация. Командующий Дальневосточным фронтом маршал В. К. Блюхер был арестован и 9 ноября этого же года скончался в Лефортовской тюрьме, не выдержав пыток и избиений. Комдив К. П. Подлас получил пять лет лагерей ( в августе 1940 восстановлен в РККА). Член Военного совета Приморской армии бригадный комиссар М. В. Шуликов приговорен к двум годам (условно), начальник штаба армии полковник А. И. Помощников - к трем годам (условно). Следует добавит, что все трое осужденных не вернутся с фронтов Великой Отечественной войны.
Н. Э. Берзарина репрессии не коснулись, несмотря на его былую близость к арестованному Федько и расстрелянному Левандовскому. Наоборот, он получит звание комбрига и должность командира 59-го стрелкового корпуса. Прокомандовав менее пяти месяцев дивизией, около девяти месяцев корпусом, 36-летний генерал-майор Берзарин в июле 1940 г. становится заместителем командующего 1-й Отдельной Краснознаменной армией. Ко дню Красной армии в феврале 1941 г. его наградили орденом Красной Звезды.
В преддверии большой войны многие генералы-дальневосточники получили новые назначения. Простился с Дальним Востоком и Н. Э. Берзарин. Его назначили командующим 27-й армией, сформированной 25 мая 1941 г. в Прибалтийском особом военном округе. Части армии располагались по всей Прибалтике, а штаб армии находился в Риге.
С началом войны Прибалтийский ОВО был преобразован в Северо-Западный фронт. Немцы, используя превосходство в воздухе, действовали дерзко и решительно. Растерянность советского командования, отсутствие связи между частями и соединениями, потеря ВВС фронта за первые три дня войны свыше 900 самолетов способствовали успеху неприятеля. Литовцы, латыши и эстонцы из национальных корпусов, входивших в состав фронта, массово дезертировали и переходили на сторону противника.
24 июня немцы овладели Каунасом и Вильнюсом, 26 июня - Даугавпилсом, 1 июля - Ригой. К 10 июля Северо-Западный фрон оставил почти всю Прибалтику, отступив в глубину до 450 километров. Сталин менял командующих фронтами и армиями, но толку от этого было мало. К концу августа немецкие войска дошли до озера Селигер. Как вспоминал К. А. Мерецков в книге "На службе народу" (М.: 1983): "Нашу 27-ю армию отделяла от противника система озер, заливов и водных рукавов севернее Селигера".
9 сентября генерал армии К. А. Мерецков, только как три дня освобожденный из тюрьмы, прибыл на Северо-Западный фронт с инспекцией. Компанию ему составили представители Ставки Н. А. Булганин и Л. З. Мехлис.
Проверка началась с 34-й армии генерал-майора К. М. Качанова. Его армия при отступлении потеряла более 50% личного состава и почти всю артиллерию. Начальника штаба армии Ф. П. Озерова назначали командиром полка. Мерецков писал: "Хуже получилось с К. М. Качановым. Л. З. Мехлис доложил в Ставку о его поведении, и на этом карьера командарма окончилась". Мерецков умалчивает, что окончилась не только карьера, окончилась жизнь командарма. 40-летний генерал-майор Качанов был расстрелян перед строем. Расстреляли и командующего артиллерией армии генерал-майора В. С. Гончарова.
Берзарина могла бы постигнуть та же участь, поскольку, по словам Мерецкова: "Как выяснилось через сутки из докладов командарма генерал-майра Берзарина и начштаба полковника П. С. Ярмошкевича, связь этого штаба со своими дивизиями была не намного лучше, и планом действий на ближайшее время командование армии не располагало". Но гроза миновала, а может комиссия решила больше одного командарма не расстреливать - итак воевать некому. К тому же, как отмечал К. А. Мерецков, в течение следующей недели командование 27-й армии "сумело наладить руководство войсками и затем даже наносить врагу чувствительные удары". Хотя начштаба в 27-й армии поменяли.
В декабре 1941 г. 27-ю армию преобразовали в 4-ю ударную. Ударные армии создавались для прорыва обороны противника и отличались большим количеством стрелковых дивизий, которые, при необходимости, усиливались танковыми, механизированными и кавалерийскими корпусами. Командовать 4-й ударной армией стал, только что вышедший из госпиталя, генерал-полковник А. И. Еременко, бывший командующий Брянским фронтом. Берзарину досталась многострадальная 34-я армия. Ей предстояло участвовать в операции по ликвидации немецких войск в районе Демянска.
Операция, начатая силами фронта 7 января 1942 г., и позволила к 20 февраля замкнуть кольцо вокруг немецкой группировки. Но германская авиация, пользуясь пассивными действиями советских ВВС, регулярно обеспечивала окруженные войска всем необходимым. В конце апреля неприятелю удалось прорвать кольцо блокады, в результате чего образовался, так называемый рамушевский коридор, шириною 6-8 километров, по которому шло снабжение окруженных немецких войск. Все наши попытки закрыть коридор и ликвидировать вражескую группировку не удались.
В результате наших неудач командующий Северо-Западным фронтом генерал-лейтенант П. А. Курочкин в октябре 1942 г. был понижен до должности заместителя командующего фронтом, а в следующем месяце стал командующим 11-й армией.
Генерал-майор Н. Э. Берзарин в октябре 1942 г. был назначен с понижением заместителем командующего 61-й армии. Затем он заместитель командующего 20-й армией. Армия оказалась почти утратившей боеспособность в связи с огромными потерями, понесенными в результате Второй Ржевско-Сычевской операции. Прежний командующий армией, генерал-майор Н. И. Кирюхин, был освобожден от занимаемой должности. Короткое время армией командовал генерал-лейтенант М. С. Хозин, которого сменил Н. Э. Берзарин. Он стал десятым с начала войны командующим этой армии.
В марте 1943 г., во время бомбежки вражеской авиацией командного пункта армии, Николай Эрастович получил тяжелое ранение и был эвакуирован в московский госпиталь. В апреле 1943 г. его наградят орденом Суворова II степени и присвоят звание генерал-лейтенанта.
После госпиталя генерала отправили в санаторий Узбекистана, где в эвакуации находилась его семья. В столицу за новым назначением он возвращается в августе 1943 г. Вместе с ним отправилась старшая дочь Лариса, окончившая курсы медсестер.
В начале сентября 1943 г. Берзарина назначают командующим 39-й армией Калининского фронта. Новое назначение совпало с начавшейся через несколько дней Духовщинско-Демидовской операцией, за которую Берзарин будет отмечен орденом Кутузова I степени. До мая 1944 г. Берзарин командовал 39-й армией, а затем он был назначен командующим 5-й ударной армией, входивший в состав 3-го Украинского фронта.
5-я армия участвовала в Ясско-Кишиневской операции. С. М. Штеменко в книге "Генеральный штаб в годы войны" ( М. : 1981) писал: "Успешно включилась в дело и 5-я ударная армия генерала Н. Э. Берзарина: за день боев ее войска на отдельных направлениях продвинулись на 24-45 км.". 24 августа армия Берзарина освободила Кишинев. В результате Ясско-Кишиневской операции Румыния вскоре вышла из войны, а Красной армии открылась прямая дорога на Балканы.
Но освобождение Балкан состоится без Берзарина. 5-ю ударную армию выводят в резерв Ставки, а затем включают в состав 1-го Белорусского фронта. В сентябре 1944 г. Николай Эрастович получает орден Богдана Хмельницкого I степени, а в ноябре орден Красного знамени за выслугу лет в РККА.
В январе 1945 г. 5-я ударная армия участвовала в Варшавско-Познанской операции, в ходе которой советские войска разгромили основные силы противника и, продвинувшись на 500 километров, вышли к реке Одер, захватив плацдармы севернее и южнее Кюстрина. 21 февраля 1945 г. Берзарин был награжден орденом Ленина.
Г. К. Жуков вспоминал: "Огромная заслуга в захвате плацдармов принадлежит передовому отряду 5-й ударной армии...Появление советских войск в 70 километрах от Берлина было ошеломляющей неожиданностью для немцев. В момент, когда отряд ворвался в город Кинитц, на его улицах спокойно разгуливали немецкие солдаты. В ресторане было полно офицеров. Поезда на линии Кинитц - Берлин курсировали по графику, нормально действовала связь".
Опомнившийся противник всей огневой мощью пытался очистить плацдарм. Но несмотря ни на что, нашим войскам плацдарм не только удалось отстоять, но и значительно расширить. 6 апреля 1945 г. Берзарину было присвоено звание Героя Советского Союза с вручением медали "Золотая Звезда" и ордена Ленина. Через две недели он получил звание генерал-полковника.
21 апреля войска 1-го Белорусского фронта завязали бои в северных и северо-восточных пригородах Берлина. Город опоясывали три кольца обороны. Река Шпрее и каналы затрудняли продвижение советских войск. В Берлине было создано более 400 долговременных железобетонных огневых точек, многие дома и особняки стали узлами обороны. Под ружье были поставлены старики и подростки. Стреляли отовсюду, каждое окно, от подвала до чердака, несло смерть. Немцы сражались с яростью обреченных.
Дымовые завесы и огонь пожаров мешали артиллерии вести прицельный огонь. Танки попадали в волчьи ямы, чуть прикрытые асфальтом и в огневые мешки. Дома, где упорно сопротивлялись гитлеровцы, поджигались, а когда они выгорали, саперы взрывали обугленные стены, проделывая проходы для дальнейшего продвижения. Артиллерийские орудия ломали стены с пяти-шести выстрелов.
5-я армия Берзарина, ведя ожесточенные бои, прорывалась к центру Берлина. Действия армии Г. К. Жуков назвал "героическим подвигом". Сражение за немецкую столицу было в самом разгаре, а Берзарин уже был назначен комендантом Берлина. Г. К. Жуков писал: "Учитывая наиболее успешное продвижение 5-й ударной армии, а также особо выдающиеся личные качества ее командарма Героя Советского Союза генерал-полковника Н. Э. Берзарина, 24 апреля командование назначило его первым советским комендантом и начальником советского гарнизона Берлина".
2 мая 1945 г. советские войска полностью овладели германской столицей. В Берлинской операции погибло свыше 361 тысячи советских солдат и офицеров.
Берзарин стал комендантом побежденного, но еще не мирного города. Некоторая часть уцелевших солдат вермахта укрывалась в развалинах, совершая нападения на советских солдат и офицеров и пытаясь прорваться на Запад. Разрушения в городе были колоссальные.
Первоначальные задачи, стоящие перед комендантом, были огромны: обеспечить население города (его насчитывалось до 2.8 млн. человек) продовольствием, дать свет и воду и не допустить эпидемий из-за тысячи трупов. По словам военного журналиста Г. Вейса работу по уборке трупов комендант возложил на немцев: "Пусть этим займутся члены нацистской партии , им это послужит хорошим уроком".
Уже 14 мая генерал Берзарин открыл движение первой линии метрополитена. Заработали водопровод и канализация. 25 мая комендант разрешил организацию городской полиции, суда и прокуратуры. Начало работу берлинское радио, выходила газета советских оккупационных войск на немецком языке, затем стала издаваться газета берлинского магистрата.
29 мая 1945 г. Н. Э. Берзарин был награжден орденом Суворова I степени. Ему предстояла поездка в Москву для участия в параде Победы. А пока он не расставался с мотоциклом, перемещаясь по Берлину и решая возникающие вопросы и проблемы.
Утром 16 июня 1945 г. Берзарин за рулем мотоцикла отправился в штаб армии. В коляске мотоцикла устроился ординарец сержант Петр Лахов, который в этот день подменил второго ординарца красноармейца Полякова. О дальнейшем известно из телеграммы, направленной Г. К. Жуковым и К. Ф. Телегиным на имя Сталина.
"Сегодня, 16 июня в 8 ч. 15 мин. в городе БЕРЛИНЕ от катастрофы на мотоцикле погиб Герой Советского Союза, командующий 5 Ударной армии и комендант города БЕРЛИНА - БЕРЗАРИН Николай Эрастович. Смерть произошла при следующих обстоятельствах. В 8.00 тов. БЕРЗАРИН на мотоцикле с коляской выехал в расположение штаба армии. Проезжая по улице Шлоссштрассе со скоростью 60-70 км, у перекрестка с улицей Вильгельмштрассе, где регулировщиком пропускалась колонна грузовых машин, БЕРЗАРИН, не сбавляя скорости и, видимо, потеряв управление мотоциклом, врезался в левый борт грузовой автомашины "Форд-5". В результате катастрофы БЕРЗАРИН получил пролом черепа, перелом правой руки и правой ноги, разрушение грудной клетки с мгновенным смертельным исходом".
Ординарец П. Лахов также погиб на месте. Контрразведчики тщательно изучили все обстоятельства происшедшего, но никаких следов покушения на жизнь коменданта обнаружено не было. Вероятно, неисправность тормозов унесла жизнь 41-летнего генерала и его ординарца.
В телеграмме Г. К Жукова была просьба к Сталину: "Учитывая особые заслуги перед Родиной генерал-полковника БЕРЗАРИНА Н. Э., а также нежелательность оставления могилы в последующем на территории Германии, прошу Вашего разрешения на похороны БЕРЗАРИНА в Москве с доставкой самолетом".
Первый комендант Берлина Н. Э. Берзарин был похоронен в столице на Новодевичьем кладбище.
Всего 54 дня пробыл Берзарин на посту коменданта Берлина. Но это были первые, самые трудные дни. Поэтому не случайно, что Берзарин стал почетным гражданином города Берлина. Однако, в 1992 г., когда уже не стало ни СССР, ни ГДР, Берзарин был лишен этого звания. Справедливость восторжествовала только в марте 2002 г. - его имя было вновь внесено в список почетных граждан Берлина.
Источники: Великая Отечественная. Командармы. Военный биографический словарь. - М.; Жуковский: Кучково поле, 2005.
Жуков Г. К. Воспоминания и размышления. 2-е изд. , доп. - М.: Издательство Агентства печати Новости, 1974.
Мерецков. К. А. На службе народу. 3-е изд. - М.: Воениздат. 1983.
Скоробогатов В. Е. Генерал Берзарин. Первый комендант Берлина. - М.: Яуза. Эксмо, 2007.