Таманский саркофаг, хранящийся в Историческом музее, — один из самых древних в мире греческих саркофагов, сохранившихся до наших дней. Он относится к концу IV – началу III вв. до нашей эры, когда греки стали использовать саркофаги для захоронения.
Саркофаг был найден в кургане на Таманском полуострове, но местом его изготовления является Малая Азия. Пятитонный саркофаг из мраморного монолита детально повторяет античный храм, на крыше даже имеется модель светового окна. В саркофаге, по всей видимости, покоилась какая-то богатая и знатная персона, но кто именно, установить не представляется возможным, так как захоронение было найдено не профессиональными археологами, а детьми местных казаков. И перед тем, как заявить о находке, местные жители погребение разграбили.
Спасти уникальный экспонат смогла сотрудница Исторического музея Наталья Валентиновна Пятышева
Наталья Валентиновна Пятышева окончила в 1930 году Московский университет, получив диплом археолога-античника. Еще учась в МГУ, она несколько раз участвовала в экспедициях в Севастополь, Херсонес; где с давних пор велись археологические раскопки. В середине 30-х гг. она стала научным сотрудником Государственного Исторического музея в Москве, и с той поры почти каждое лето она отправлялась на раскопки в Крым.
С первых дней Великой Отечественной войны Н.В. Пятышева, как и другие сотрудники, изымала из экспозиции подлинники, заменяла их воспроизведениями, готовила для отправки в тыл, читала лекции и даже получила специальность военного фельдшера.
В 1944 году ей была поручена ответственная и трудновыполнимая работа – привезти из Керчи в ГИМ находящийся в аварийном состоянии уникальный памятник – Таманский саркофаг.
Саркофаг встретил Великую Отечественную войну на Тамани, став добычей оккупантов. После директивы фашистского правительства об изъятии всех самых ценных произведений искусств гитлеровские мародеры перевезли саркофаг в Керчь, чтобы затем отправить его в Германию. Но этого сделать они не успели: в мае 1944 года советские войска выгнали захватчиков из Крыма.
Таманский саркофаг оставили изуродованным. Ящик был цел, а вот крышку разбили на куски, изрешетили из автоматов, испачкали тавотом (несмываемая смазка). Несмотря на то, что война еще продолжалась и трудности, связанные с перевозкой саркофага, удесятерялись, было принято твердое решение немедленно вывозить памятник в Москву, в Государственный Исторический музей, и попытаться его реставрировать. В начале июля 1944 года было получено разрешение на перевозку.
Сегодня сложно поверить в реальность выполнения подобного задания. Сначала Таманский саркофаг не смогли вывести из Тамани в довоенное время, потом гитлеровцы не смогли вывезти его морем из Керчи, что говорить о времени, когда продолжалась война, Крым лежал в руинах, всё вокруг было заминировано, туго было с продуктами, с деньгами, военные и гражданские власти были обременены тысячами первостепенной важности забот, куда более актуальных, чем хлопоты с мраморным ящиком.
Но пока многие пытались отговорить Наталью Валентиновну от этой затеи, она уже, помимо ордера на саркофаг, получила приказ о его погрузке в прямой вагон Керчь-Москва.
«Ничего, ничего, — успокаивала она себя, — доставим все в Москву, отмоем, склеим, вылечим, вернем красоту и блеск»
В середине августа, намаявшись в трудной дороге с несколькими пересадками, Наталья Валентиновна добралась до места назначения – разрушенной, жаркой пыльной Керчи. Саркофаг захватчики спрятали в Малек-Чесменском кургане. Склеп, куда они его поместили, одновременно служил бомбоубежищем для высшего офицерства. Наталья Валентиновна едва не разрыдалась, увидев, что сделали враги с Таманским саркофагом, которым она столько раз любовалась в довоенные годы! Внутри мраморного ящика были сложены обломки крышки, она насчитала их 1670…
Но как и на чем доставить тяжёлый мраморный саркофаг от кургана до железной дороги?
Она двинулась по адресам, которыми накануне снабдили ее сердобольные советчики. Путь лежал на Морзавод. Директор согласился предоставить мастера-такелажника в распоряжение Пятышевой «на время с 12 до 13 час. для осмотра детали». Тщательный осмотр показал, что необходимы толстые доски, метровые катки, стальной трос, пятитонные тали, пятитонный грузовик и 20 грузчиков. Увидев ошеломленное лицо владелицы саркофага, старик такелажник посоветовал ей: «Сходи к военным, если кто может помочь, — так это они». Наталья Валентиновна отправилась на военно-восстановительную базу.
Полковник на военно-восстановительной базе принял Наталью Валентиновну. Она в тысячный раз приступила к своему рассказу о саркофаге и вдруг увидела на столе полковника две книги, названия которых никак не вязались с должностью хозяина: «Боспорское царство» и «Путеводитель по керченским древностям». Полковник оказался большим любителем и знатоком древней истории.
Ровно через четверть часа после телефонного разговора полковника ординарец доложил, что машина студебеккер и 20 саперов прибыли. Закипела работа, и саркофаг был доставлен на железнодорожную станцию ровно к назначенному времени – 17:00.
Но тут ей объявили, что вагона нет и не предвидится
Ровно в 17:00 никакой вагон никуда не ушел. Миновало еще дней пять, прежде чем в руках у Натальи Валентиновны оказалась железнодорожная квитанция № 259413, по которой саркофаг отправили в отдельном вагоне, обозначив его как «гроб металлический с покойником».
Вагон с саркофагом прибыл на станцию Москва-товарная. Когда железнодорожники открыли вагон, они пришли в ярость, увидев не «гроб металлический с покойником», а ящик мраморный без покойника! Оказалось, что за такую «подмену» музей должен выложить втрое большую сумму. Уладилось и это, уже через полчаса станционное начальство получило от музея гарантийное письмо. Саркофаг был великодушно выдан получателю.
Если на то, чтобы отправить груз из Керчи, ушло пять суток, а на его перевозку по железной дороге в Москву – неделя, то на переселение саркофага из вестибюля первого этажа музея в зал Боспорского царства на втором этаже потребовалось более двух месяцев
К новому, 1945 году, саркофаг занял свое законное место в экспозиционном зале. Тогда же начались работы по его возрождению. Их вел опытный ученый-реставратор А.Д. Чиварзин, помогала ему Наталья Валентиновна. Шедевр возвращался к жизни.
С тех пор Таманский саркофаг, спасенный советскими людьми, стоит в Боспорском зале (зале №6). Лишь несколько царапин от пуль осталось на его крышке – напоминание о той цене, какую приходилось платить за жизнь на этой земле.