Рецензия на спектакль Саши Кукина «Обладание»
Спектакль «Обладание» был поставлен Сашей Кукиным еще в 2012 году, однако сегодня, в 2022 эта работа прозвучало даже чересчур актуально. Слом сегодняшнего мира, его странные, и порой страшные метаморфозы отразились на сцене.
«Обладание» – спектакль о том, как дети стали взрослыми, не осознав этого, не желая этого, не заслуживая этого. Словно весь мир перевернулся с ног на голову. Дети играют во взрослых, а взрослые играют в детей. Но страшнее формула, когда взрослые играют детьми.
«Обладание» – красивое и притягательное слово, за которым скрывается множество смыслов. В некотором роде мы все несвободны, но, когда мы видим истории о несвободе детей – кажется, что рушатся последние идеалы и ценности. Взрослые посягнули на самое сокровенное – на беззаботную улыбку ребенка – затаскивая его в свой мир раньше времени.
Говоря о задумке спектакля в одном из интервью, Саша Кукин упоминает, что еще в 2010 году его заинтересовала шотландская пост-рок группа «Mogwai», в репертуаре которых и была композиция, звучащая на сцене – «Kids will be skeletons» («Дети будут скелетами»). Этот интерес в сознании художника соединился с документальными кадрами одного американского фотографа Льюиса У. Хайна, который был первым начавшим кампанию против эксплуатации детского труда.
Фотографии играют в спектакле полноценную роль, не уходя в функцию исключительно иллюстративную, и связь кадров и хореографии от этого особенна интересна. Фотографии здесь даны нам не для разъяснения, а для того чтобы стать равноправным участником спектакля. Они – продолжение хореографической фразы.
Начало спектакля – юноша и девушка встречаются на авансцене. Юноша продает газеты (ньюзи – дети, которые подрабатывали тем, что продавали газеты), флиртует с девушкой в легком бело-синем платье и шляпе с небольшими полями. На сцене появляется единственная декорация – коляска, которую тащит на себе молодой рикша. В коляске сидит пожилая дама, она просит остановиться и купить газету. С этой встречи четырех героев начинается действие. Начинаются превращения прямо на сцене. В целом, все преображения героев происходят открытым ходом, что само по себе является интересным театральным приемом. Происходит фактическое игнорирование другого пространства, все – на глазах у зрителей.
Еще одна важная композиция для спектакля – «How to Be a Werewolf». «Werewolf» переводиться как оборотень, и оборотнем здесь можно назвать всё. Дети – не дети, взрослые – не взрослые, и даже прогулочная коляска – вовсе не коляска, а самолет образца начала 20 века. Трансформация происходит также на глазах у зрителей, постепенно нечто тяжелое, символизирующее прошлое становиться легким, невесомым. Просыпается надежда, когда видишь кадры улыбающихся молодых людей, осваивающие самые первые самолеты. Чувство полета, отрыва от земли, радость от того, что ты смог вырваться из рамок, из оков силы притяжения. И танцовщики словно поднимаются в воздух, своей внутренней силой они изменяют самые жесткие правила жизни. Но по всем законам – жизнь всегда возвращается на круги своя. Даже самые яркие метаморфозы бессильны перед течением времени. Оно все расставляет по местам.
Тема затронутая в спектакле необычна для сцены, но хореограф и танцовщики смогли прежде всего через пластику поговорить о ней. Конечно, театр совершенно не может изменить в одночасье всё наше существование в лучшую сторону, но оно может быть тем источником силы для жизни, источником кислорода и света.