Фильм «Красное солнце» (1971), который у нас привыкли считать чем-то вроде разновидности спагетти-вестерна, ибо часть съемок проходила в Италии, на самом деле не так прост. Более того, Теренс Янг в качестве режиссера изложил в ленте в неком зашифрованном виде собственные воззрения на развитие криминальных жанров.
Прежде чем распутать эту головоломку, обратим внимание на то, что у нас категорически неправильно использует термин «истрен», которым обычно характеризуют приключенческие ленты на тему гражданской войны (от «Неуловимых мстителей» до «Белого солнца пустыни»).
Таковые в классическом киноведении всегда обозначалась как «редстерны», то есть «красные вестерны». Хотя некогда была сделана оговорка, что чертами истерна обладают отдельные проекты, повествующие о борьбе с басмачеством (вспоминаем «Джуру» 1964 года).
На самом деле истренами являются преимущественно японские кинокартины, которые затем были успешно преобразованы в вестерны. Обычно это было связано с творчеством Акиры Курасавы. Например, «Семь самураев» стали «Великолепной семеркой», а «Телохранитель» трансформировался в «За пригоршню долларов».
То есть уже на уровне терминов указывалось на внутреннее сюжетное родство этих внешне различных кинотворений. Янг предпринял попытку объединить эти жанровые явления в рамках одной кинокартины. В итоге самурай действует бок о бок со стрелком из краев «Дикого Запада».
Что интересно, актеры, подобранные на эти роли, обладали некой взаимосвязью. У Тосире Мифуне была одна из главных ролей в «Семи самураях», а у Чарльза Бронсона – в ремейке этой ленты, в не менее прославленном проекте – в «Великолепной семерке». Однако в «Красном солнце» есть ещё один важный персонаж, который усложняет сюжетную конструкцию.
Главного злодея сыграл ассоциируемый с френч-нуаром Ален Делон. Здесь словно кроется намек на то, что многие истерены и японские криминальные ленты снимались по мотивам американским «преступных» повестей, которые также были основой для нуара. В частности, «Телохранитель» является импровизацией на тему «Кровавой жатвы» Хэммета, а «Рай и ад» был экранизацией «Выкупа» Эда Макбейна.
Опять же весь сюжет «Красного солнца» держится на важном для нуара понятии макгаффин (предмет алогичного криминального вожделения). В качестве такового выступает церемониальный меч, который был похищен из дипломатического поезда. Это был подарок японского императора американскому президенту.
То есть ценность похищенного меча не определяется его сугубо материальной стоимостью. Вернуть оный поручено одному из самураев, которого не совсем по своей воле берется сопровождать стрелок Линк Стюарт.
В итоге явленная зрителю история как бы показывает особенности соотношения трех жанров: нуара, вестерна и истрена. Что и являлось концептуальной задумкой Теренса Янга. Так что в любой «стрелятельной истории» может иметься более глубокий, скрытый от некоторых зрителей смысл.