Соседка наша, Марфа Таркановна, была женщиной средних лет, выдающихся телесных категорий, обладающая крупными чертами лица и мелкими финансовыми возможностями. Имела разнополых детей сильношкольного возраста и мужа идиота.
Балконы наши были соединены единой половой системой, разделяясь друга от друга лишь хиленькой невысокой загородкой, поэтому хошь не хошь, а трепаться про какделанормально и наблюдать семейную жизнь друг друга приходилось каждый день.
Дама целыми днями страдала уборочными и кухонным делами, постоянно стирала ковры на том самом балконе, выбивала дурь из подушек и продумывала , где сегодня достать ингридиенты на обедоужин.
Иногда она вздыхала, делала сильно задумчивое лицо, вытирала пахнущие хлоркой руки, присаживалась на табуретку и неторопливо, как будто опробовала трехсотлетний коньяк, выкуривала дешёвую сигаретку.
Вечерний ее рацион страдал от тоскипечали – загоняла детей из школы домой и просматривала бесконечные сериалы.
Раз в неделю к ним заваливался мужеотец, который был ниже своей жены головы на две, обладал щупленьким и сильно пахнущим сигаретами и одеколоном телосложением.
Всю свою любовь он подарил специальным турецким кафе, в которых собираются исключительно мужские организмы, страдают от несправедливости жизни и проигрываются в пух и прах в игры на столе.
Каждый его приход домой вызывал в Марфе Таркановне бурю эмоций, сопровождающуюся включением голосовых связок на визговый режим и дающую команду лёгким стать мешком воздуха, дабы ни на секунду сей крик не прерывался. Руки её параллельно швыряли в пространство различные предметы, а ноги отбивали какой-то незамысловатый чечеточный ритм.
Таким способом она, видимо, пыталась контролировать главную эмоцию – придушить мужчину всей своей жизни.
Супруг её в это время усаживался поудобнее и монотонно рассказывал , что мол вот поэтому-то мужья домой нос и не кажут, что приёмы им непозволительные оказывают. Вся его жизнь - и так сплошные нервные клетки. И то, за 6 дней свободных скитаний никто не доводил его до воинственной трясучки так, как это умудряется сделать родимая жена в великий день оказанной ей чести. В завершении своей непродолжительной речи, он обычно требовал выдать чистоглаженные рубаху и труханы.
Поскольку все разборки велись на кухне, соединенной с нашей единой стеной, да и балконные двери в тёплые периоды постоянно держались открытыми, то мне даже не приходилось использовать подслушивающий стеклянный стакан, я была хорошослышащим, но невидимым третьим участником.
Не знаю, что из речи товарища по паспорту производило на Таркановну наибольшее впечатление, но в какой то момент она усмиряла свой оркестр и переходила к наступательным действиям. Со словами "слышь, игранутый, деньги где?!", махала она перед мужиком скопившимися счетами и смсзаписками от хозяина квартиры с требованием оплатить арендоплощадь или свободно вывалиться из неё.
Сие действо сильно портило представление Марфиного мужика о правах женщины в этом мире, поэтому спасая честь всего мужского населения, откидывал он кухонный стул в стенку и вступал в бой.
Таркановна, рассудив, видать, что така жизнь и есть то самое женское счастье, сильно не сопротивлялась, хотя опираясь на весовое преимущество, всего лишь одним взмахом руки могла отправить мужика в мир иной.
Стойко сносила она все удары и только, когда уж было совсем невмоготу, орала ему и всем соседям в уши, что номер полиции ей знаком наизусть - загремишь ты у меня в общеспальную и общетуалетную комнату с решетками вместо окон.
Обычно после этого мужик делал громкое тьфу, получал запрошенные вещи и все расходились заниматься своими привычным делами.
А однажды что-то приключилось в голове непутного, заявился он домой с замороженной курицей и словами – всё, окстился я, стряхнем, мол, былое и построим таки то счастье, которое я тебе лет 15 назад обещал.
Я честно начала переживать за Таркановну, ибо не к добру тут ей замороженная птица залетела, да и Марфа женщина была не глупая- сама смекнула, что не с проста ей такой щедрый подарок отвалили.
Но товарищ вел себя культурно, с удовольствием откушивал приготовленные блюда, говорил спасибопожалуйста, игриво поглядывал на Марфины телодвижения, а из квартиры выходил только на прогулки в молильные и рыночные заведения.
Спустя месяц данной идиллии, Таркановна затмила свой мозг сердцем, перестала глядеть тихой ненавистью на наши с мужем посиделки на балконе, а наоборот начала улыбаться и одобрительно кивать, мол и я теперь женщина романтическая, мужика не только на фотографии в свидетельстве о браке разглядываю.
Глядя на губы Марфы Таркановны, разговаривающие с мужем в губной помаде и победохитрый прищур любителя азартных игр, было понятно, что душевной организации соседки скоро будет нанесён значительный ущерб, а вся эта романтическая комедия превратиться в фильм катастрофу.
Все это время муж Таркановны гипнотически поведывал ей, что в нынешнее время жизни нормальным людям совершенно не предусмотрено, любая работа -это продажа своего шибко делового ума и золотых рук чужому дяде за копейки, поэтому таким заранееобреченным делом заниматься грех.
Ты, - говорит, -не думай, жена, что я все это время лентяйствовал, я план созревал гениальный.
С планом его я познакомилась, когда однажды поздно вечером по какой то нужде мне приспичило выйти на балкон, где я лицом к морде столкнулась с огромным псом.
Я прям сразу сильно захотела помереть со страху, но в квартире в одиночестве спала маленькая дочь и прощаться с жизнью было никак нельзя.
Рассказывая животине, что ее ожидает много собачьего и съестного счастья, если она не будет шевелиться и трогать меня за различные конечности, я потихоньку отпячивалась туда, откуда пришла.
На утро выяснилось, что пёс не один, ещё четверо его разновозрастных товарищей живут на Таркановском балконе, вернее там они откушивать и спать изволят, а вот срать, простите, ходят на наш балкон.
Муж мой вернувшийся с ночной смены, потребовал от Марфы её мужика с объяснениями. Мужика дома не оказалось, но Марфа заверила, что уберёт все невкуснопахнущие подарки и поклялась, что ни одна собачья нога больше на наш балкон не ступит, мол будут срать прям там, где спят.
Ближе к ночи мы узнали, что подвал наш переоборудован в вольер с ещё 5 собачьими душами, где от голодного существования выли они на луну и гавкали на различные шорохи.
Поскольку наши с Марфой балконы состояли в брачной связи не только друг с другом, а ещё и с соседними двумя домами, то собачьи дела коснулись всех и потянулись к Марфе звонки и крики про усмирение животин.
Марфа мужа своего в причастности к пёсьему общежитию не выдавала, убеждала всех - потерпите, родненькие, всего один день, уж больно сын у меня сердобольный, живность всякую брошенную в дом тащит, завтра их в государственные собачьи организации определим.
События же в Марфовской семье проистекали в это время следующим манером.
Плешивый убедил Таркановну в необходимости создания собакозаводческого бизнеса и, что это он не от игрищ так безденежно себя раньше вёл, это он в специальном банке денежку копил на открытие какого-либо собственного предприятия. Вот на эту денежку и прикупил он собак самых лучших пород с паспортами, да прививками.
Стоило это мильон миллионов и всего то надо теперь пару троек тыщ турецких денег на приобретение вольера во внедомашнем пространстве и корм животинам.
Начал склонять он Таркановну позвонить её брату и, не вдаваясь в подробности нового семейного бизнеса, одолжить у него сумму в не особо крупных, но все же приличных размерах. Скоро разбогатеем,-говорит,- все вернем и сверху ещё добавим.
А надо сказать, что турецкие женщины очень прагматичные особы и быстрее пожертвуют мужиком, нежели деньгами, но, во-первых в любой нации есть исключения, а во-вторых, азартный товарищ, зная таку особенность местного женского рода, после недельного Таркановоского колебания приволок ей в дом тех самых 10 псов, чтоб женщине быстрее думалось.
Как только деньги бзыкнули на карточке, товарищ исчез в направлении, противоположном уведомленному - вольер строить и корм собирать.
Таркановна не могла смириться с тем, что красивая история воссоединения семьи может так не красиво закончиться, поэтому, когда вся округа клеветала её за псов, она ещё верила в предпринимательские и человеческие способности мужа.
После сотни не отвеченных им звонков, сидела вызывающий абонент на ночном балконе в обнимку с собаками и подвывала им в унисон.
Дети утащили мать домой, мы с соседями понасобирали в холодильнике суповые наборы, дабы избавить Таркановну хотя бы от одной проблемы.
Успокоив собак едой, решилась Марфа позвонить тому самому брату и поведать ему во всех подробностях - как она тут живёт последние года два, а в особенности минувшие пару дней.
На следующее утро в компании еще 4 человек мужского полу на пороге соседки стоял воинственный брат.
Вручил ей сумок пять еды, поцеловал детей и отчитав сестру за сокрытие таких чрезвычайных новостей, ушел вершить правосудие.
Вечером в Марфин дом был доставлен сбежавший заводчик, по разукрашенному лицу которого было ясно, что человек оказывал сопротивление и добровольно сдаваться отказывался.
Человек сей в тот момент, когда заявился к Марфе с замороженной курицей, имел сильно большой проигрыш в своём пристрастии.
И прежде, чем снова показаться в игральных местах, да и вообще, чтоб остаться при всех своих конечностях, обязан был вернуть свой долг в ближайшее время, в связи с чем и придумал такую махинацию.
Но был вовремя остановлен группой Марфовских лиц и вместе с собаками официально передан полицейским органам, ибо они тоже имели к нему интерес, а какой - тот балкон и та общая стенка на кухне мне не поведали.
Собаки, конечно, оказались далеко не породистыми, о чем, я думаю, Марфа в глубине души своей прекрасно знала, но иногда женская вера в счастье оказывается сильнее самых гнусных мужских пороков💕
___
Марфу Таркановну брат оной увез с детьми и немногочисленными пожитками в неизвестном направлении, а в ту квартиру заселилась совершенно другая семья с совершенно другой историей. Но тоже очень любопытной. Скоро расскажу🖐
#женские истории #про любовь #историиизжизни #смех продлевает жизнь #смешная история #семейная жизнь #юмор #смех #рассказы из жизни