Несколько дней Камо ходил сам не свой.
Потом подошёл к Розе и сказал:
— Я так больше не могу, Роза! Жить так, как напророчила твоя подруга из леса, я больше не хочу.
Думаешь, я не знал, что у этих болванов выиграю всё? Знал… Я эти карты обещал себе не брать в руки уже давно. А вот тут не удержался. И знал же, что не удержусь.
Я знаю обо всём Роза! Баба Фуня постаралась. Не хотел её слушать, закрывал уши, а она неугомонная всё твердила, что ей нужно кому-то выговориться. Иначе плохо ей станет.
Только вот почему она тебя не трогает? Что, Камо единственный, кому она может всё рассказать? Тебя бережёт, а меня…
Роза смотрела на великана с удивлением.
А он продолжал:
— Я опять выиграю, и опять… А потом начну проигрывать. Но это я специально так буду делать. И как мне быть, Роза?
Камо плакал. Он закрыл лицо руками и рыдал навзрыд.
— Камо знает даже, когда и как умрёт... Роза… Спаси меня...
Девушке стало не по себе. Она присела рядом с ним, обняла настолько, насколько могла своими руками обхватить могучего великана.
Камо притих. Лишь иногда всхлипывал, и его тело дрожало от обиды.
А потом он повернулся к Розе и поцеловал её в лоб.
Девушка хотела было отпрянуть назад, но Камо прижал её к себе своими сильными ручищами и поцеловал в губы.
Роза не сопротивлялась. Камо гладил её по волосам, по спине, осторожно касался груди. Роза, стесняясь, запахивала грудь шалью. Но вскоре Камо сбросил с девушки эту шаль.
Перестал целовать и уставился на грудь, налитую молоком.
— Лачо, — вдруг прошептал великан, повернув голову к кроватке, в которой посапывал сын Розы, — я так завидую тебе. Нам бы поменяться с тобой местами. Я бы лежал под грудью, как ты, а ты стал бы великаном, как я.
Роза подняла шаль и закуталась.
— Спасибо за поцелуй, Роза! — громко сказал Камо.
Ребёнок вздрогнул и заплакал.
Роза взяла его на руки, а Камо ушёл в кабинет.
Там его с самого утра дожидался приказчик.
А Роза так и жила в каком-то незнакомом для неё мире.
Она вроде бы испугалась поцелуя Камо, а вроде и нет. В голове была постоянная путаница. Все мужчины, которые за последние несколько лет были рядом, постоянно крутились в мыслях. Роман, Пётр Богданович, Александр, Руслан, Камо…
И все они были такими разными. Но каждый что-то хотел от Розы.
Девушка посмотрела пристально на сына и прошептала:
— Как хорошо, что ты не похож на отца.
Но Розе казалось, что Руслана она всё-таки любит. Он часто снился ей. Его поцелуи были самыми жаркими, самыми волнующими. Роза до сих пор помнила его объятия и их первую ночь.
Иногда Роза любовь к Руслану меняла на жалость, иногда на ненависть. Но стоило взглянуть на сына, как в её голове возникала к нему лишь благодарность.
Лачо рос быстро. Вот уже он делал первые шаги, падал и плакал от обиды и боли. Камо не чаял в нём души. При любой возможности крутился возле него, разговаривал с ним по-цыгански. Мальчик, слышавший преимущественно русскую речь, смотрел на Камо с удивлением. Иногда что-то лепетал в ответ.
Роза в их отношения не вмешивалась. Она знала, что мальчику нужен отец. И если родного не было рядом, то Камо прекрасно справлялся с этой ролью.
Выбежавший из кабинета приказчик отвлёк Розу от мыслей.
— Ну что за человек! Ну душа, ей-богу! — восклицал он.
Мужчина подбежал к Розе, прижимая к себе холщовый мешочек. В нём звенели монеты.
— Даже Караваева переплюнул ваш Камо. Даже его!
И выбежал из дома.
Роза ничего не понимала.
Приказчик вернулся, подбежал к Розе. Встал перед ней на колени и затараторил:
— Я вам, госпожа, пришлю приглашение на посещение госпиталя. Сегодня там будет праздник. Там женщины будут чествовать своего благодетеля. Вы же можете пойти туда вместе. Это невероятно! Это просто исключительный случай за всю мою жизнь!
После такого щедрого подарка, я думаю, около 10 лет ни в чём не будет нуждаться госпиталь.
Внесу предложение, чтобы построили и мужской корпус. Очень много достойных мужчин могли бы получать там помощь. Тогда денег хватит на пять лет. Но, Розочка, как же оно того стоит!
Приказчик опять выбежал и уже не возвращался.
Камо вышел из кабинета уставшим.
Присел рядом с Розой, откинулся на спинку дивана.
Он рассматривал массивную люстру, вслух считал плафоны: один, два, три... Двадцать шесть…
Голос его звучал монотонно.
А потом великан вдруг сказал:
— Я отдал на благотворительность все деньги, которые выиграл. Роза, нам с тобой вполне хватит того, что у нас есть.
Роза ни разу в своей жизни не задумывалась о финансовых делах, не вникала в подробности. Так вышло, что сначала она была на обеспечении родителей, потом Романа, потом Петра Богдановича, потом Фуни. Жизнь в военном лагере тоже не была голодной.
Деньги, которые Пётр Богданович отдал Розе, она до сих пор хранила вместе с материнской шкатулкой. А тут Камо рассказывал о каких-то баснословных суммах. Но Роза не понимала, не вникала, не хотела об этом знать.
— Я, пожалуй, — продолжал Камо, — обыграю этих болванов ещё раз. А сейчас приведи себя в порядок. Наш город должен знать своего благодетеля и его невесту. Я хочу…
Камо вдруг покраснел, стал нервно чесать за ухом.
Вскоре ухо увеличилось в размерах настолько, что Роза потянула Камо за руку.
Тот отвлёкся от своего уха и прошептал еле слышно:
— Стань моей женой, моя душа! Стань ей до самой моей смерти, до самого последнего вздоха. Ах, если бы я ничего не знал, если бы я ничего не ведал, то был бы счастлив в тысячу раз больше.
Но Роза помотала головой и произнесла:
— Нет, Камо… Я не стану твоей женой. Сейчас не стану. Мне нужно просто пожить так, как сейчас. Я устала от каждодневных перемен. Давай навестим ту женщину, что жила в госпитале одна. Пока там нет других, давай навестим, прошу тебя, Камо!
Великан опустил голову, тяжело вздохнул.
— Вот и пришёл этот час, — пробормотал он.
— Какой час? — поинтересовалась Роза.
— Твой час… Может с него и наладится твоя судьба. Мне неведомо, что там у тебя будет. Я могу говорить лишь за себя. А мне будет хорошо, но недолго.
— Прошу тебя, Камо, — взмолилась Роза, — не рассказывай мне о своём будущем! Я не хочу слышать о твоей смерти и о том, что ты знаешь о каждом своём шаге. Баба Фуня говорила, что всё можно изменить. Мне придётся выбирать самой. Давай, Камо, скажи, что у тебя должно быть со мной, скажи, Камо!
Но Камо покачал головой.
— Ты попросила меня молчать о моём будущем. Как бы мне ни было больно, я не хочу его менять, Роза! Ты сделаешь всё иначе! А я… А я оставлю всё как есть. Глупости все эти ваши предсказания. Не верю я. Собирайся!
— Ну Камо, — девушка продолжала умолять великана, — ну расскажи! Может нам и не стоит ехать в госпиталь? Камоооо…
— Сто́ит, — сказал Камо раздражённо. — Собирайся, поедем к твоей дикарке.
— А она не моя! — возмутилась Роза. — Я просто хочу посмотреть на ту, которую так спасал Пётр Богданович. Может быть…
Роза задумалась.
Камо заёрзал на диване.
— Может быть это дочь Фуни? Может она не умерла, а Караваев всех обманул?
— Чего гадать, — Камо вскочил с дивана, — собирайся.
Роза собралась быстро, Лачо оставила дома с одной из служанок.
У входа в госпиталь была толпа. Рядом с дверью на стуле стоял приказчик, размахивая руками он кричал:
— Прибыл благодетель Всея Руси! Прибыл самый щедрый человек нашей страны!
Толпа оглянулась и ринулась в сторону Камо и Розы.
Продолжение тут
Дорогие читатели, у меня осталось 25 свободных книг "Зоя" и 10 книг "Бобриха"
Для заказа пишите в ватсап 89045097050