Немка Людмила. Из моего детства

-Встань и постой! - Людмила Викторовна, второй раз за урок подняла и продержала меня на ногах десять минут, вместо пяти, как в первый раз, во время моей самозабвенной беседы с соседкой по парте Таней.

"Ну вот что она придирается!" - подумал я, встав рядом с партой. - "Болтали все, а стою только я. Видно сильно её раздражаю"

-Теперь садись, но если я тебя подниму в третий раз, отправлю за мамой, - строго посмотрела она на меня, когда раздался  звонок, сломавший все её планы, хотя я не собирался больше болтать. У меня была другая задача.

Произошло это на кануне международного женского дня.

Наш староста  Виталик Сарафанов неделю назад задал мальчишкам вопрос: "Что будем дарить классной и девчонкам на восьмое марта?"

Все сперва загорелись вручить что-то особенное, но потом, похоже, благополучно забыли про подарки.

А я, дав обещание подготовить подарок для классного руководителя, пришёл в школу не с пустым портфелем.
У меня там лежал плюшевый медвежонок. Его я выпросил у мамы, чтобы подарить Людмиле Викторовне.

"И как мне ей теперь его дарить, если она меня так жестоко наказывает?" - с обидой и волнением думал я, прохаживаясь после уроков в рекреации рядом с кабинетом немецкого языка, где Людмила Викторовна вела урок, посвящённый великому немецкому поэту Иоганну Гёте.

-Чего домой не идёшь? - спросил меня Сарафанов, выйдя из учительской, куда он относил журнал после классного часа.

-Дежурство у меня, сейчас немка закончит урок, приведу класс в порядок и пойду, - обманул я старосту.

-Ясно, - получив ответ, Виталька исчез.

Я любил Людмилу Викторовну, как я тогда думал. Ну, по крайней мере, она мне очень нравилась. Она была высокая, смуглая девушка с черным длинными волосами, карими глазами и ямочками на щеках. И очень напоминала мне певицу Сандру из популярной тогда группы "Арабески".

Я жалел, что пошел изучать французский язык и мечтал в дремучем лесу спасти её, например, от медведя...

Я поставил портфель на подоконник, открыл его и потрогал медвежонка, игрушка отозвалась шуршанием упаковки.

"На месте" - успокоился я. - "Уже скоро, потерпи"

В это время дверь класса распахнулась, ученики шумно высыпали из класса и под окрики Людмилы Викторовны: "Я же просила без шума, тихо и по одному!" как воды бурной реки, огибая меня с обеих сторон, ринулись в столовую.

-Ты чего здесь? - немка удивлённо посмотрела на меня, потом на свои золотые швейцарские часики, привезенные из ГДР её братом-офицером. - Почему остался?

-Да вот, тут, - я прошёл в опустевший класс, огляделся по сторонам и открыл портфель, - Людмила Викторовна, с праздником вас!

Я достал на свет упакованного в прозрачной пакет и завязанного сверху розовой ленточкой медвежонка.

-Валера! - на щеках Людмилы Викторовны появился румянец. - Какой замечательный медведь, спасибо!

Она прижала меня к себе и поцеловала.

Теперь была моя очередь покраснеть от удовольствия и смущения.

-Ты не сердишься на меня за сегодняшнее?

-Нет, - благородно ответил я.

-Ну и хорошо, беги теперь домой, мой хороший...