Человек, неспособный отличать явление от тех тенденций, которыми оно проявляется, обречен на блуждание в трёх соснах и бесполезную картину мира. Следует чётко различать имманентные свойства феномена от его характера в наблюдаемой реализации, и никогда не приписывать сущему того, что принадлежит обстоятельствам, а того, что принадлежит обстоятельствам —
сущему.
Возьмём для самого простого примера воинство. Что это? Решимость и способность преодолевать враждебные внешние факторы окружающие среды и преобразовывать их согласно своей воле. Всё. Точка. Воинство может быть как варварским, невежественным, или благородным и вежественным, и это будет наделять его проявление присущими состоянию качествами, но никак не определять само понятие: иными словами, деспотичный отец, грабитель, убийца, насильник, террорист являются формой невежественного воинства в рамках семьи, экономики, конфликта, любви и социума; и ошибка, которую совершают люди, эти формирование представления о воинстве как об опасном и бессмысленном явлении, хотя в благородном и вежественном состоянии оно превращается в семье в добытчика и опору, в экономике в упорного бизнесмена, в конфликте в дипломата и переговорщика, в социуме в общественного деятеля, последовательно и непримиримо отстаивающего свою идею.
Ещё раз, на другом примере и с другого ракурса. Часто можно услышать, что хорошая жена должна быть проституткой в постели. Проститутка – это самое поганое, извращенное, бездушное и дегуманизированное представление о любви, которое только существует, если это вообще не антитеза и полное отсутствие любви в самом широком смысле этого понятия. Какой вообще смысл употреблять в значении «быть любвеобильной и ласковой» слово, обозначающее грязь и продажность?
Почему бы тогда не говорить, что хороший муж должен быть таким же рукастым и обстоятельным, как Йозеф Фритцль? Или что хороший воспитатель должен любить своих детей так же страстно, как Андрей Чикатило?
Отождествлять собачью агрессию к окружающим с воинственностью, а продажу своего тела – с женственностью, ставить знак равно между явлением и худшей из его эманаций можно только в очень помутненном состоянии сознания, с соответствующими последствиями.